Три страсти в одном

15 июля 2026, 21:58

Завершились съемки политического детективного сериала «Югославия», где одну из ролей сыграл Владимир Стержаков. «Вечерняя Москва» побеседовала с актером о его новой работе, и не только.

Владимир Стержаков поговорил о сериале «Югославия», своих мечтах и любимых ролях — © Вечерняя Москва

— Владимир Александрович, наверное, это очень сложно — вживаться в роль известного человека, которого до сих пор многие хорошо помнят?

— Я ведь уже не первый раз играю Виктора Степановича (имеется в виду сериал 2020 года «Виктория». — «ВМ»). Иду, как говорится, по проторенной дорожке. Человеком он был веселым, с прекрасным чувством юмора. И говорил здорово, иносказательно. Приступая к съемкам, я просматривал записи некоторых его выступлений и встреч. Это очень помогает в работе над ролью.

Кстати, мне предстоят съемки еще в одном детективе, под названием «Как приручить лису». Впереди второй сезон картины. Пока все, что могу сказать по этому поводу, потому как я человек очень суеверный. Настолько, что, например, перед выходом из дома всегда подхожу к зеркалу и показываю язык своему отражению. И ни в коем случае нельзя, чтобы меня в этот момент спросили: «Ты куда идешь?»

— А из недавно вышедших фильмов с вашим участием какой нравится больше других?

— Сериал «Ландыши. Вторая весна», где я сыграл роль Мамая — прапорщика, который помогает чинить транспорт для военных и решается везти женский состав молодежной группы «Ландыши» в Донбасс. Интересный сценарий. И я очень уважаю автора идеи и продюсера картины Юрия Сапронова. У него есть чутье: «Ландыши» станут классикой, не сомневаюсь.

— Скажите, а почему после того, как в 2001-м вы покинули МХТ имени Чехова, больше ни от одного театра приглашения не приняли?

— Меня действительно много куда звали. Но я не мог предать свою любовь к МХАТу Олега Ефремова, к труппе, в которой я работал.

— Но недавно я видела вас на сцене Театра «Русская песня» в спектакле «Покровские ворота» в роли Льва Евгеньевича Хоботова…

— Когда я пришел на встречу с руководителем театра Надеждой Бабкиной, мое сердце растаяло. Роль Хоботова — это наслаждение как для актера, так и для зрителя. К тому же с Надеждой Георгиевной можно похулиганить на сцене — в хорошем смысле. И я ее просто обожаю.

Она для меня — праздник, подарок. А как любит свой театр! И к актерам относится как родная мать. Я бы призвал всех руководителей театров на нее равняться. Посмотрите, какой в «Русской песне» потрясающий репертуар!

И если Надежда Георгиевна предложит еще сыграть с ней в каком-нибудь спектакле, я соглашусь. А сейчас у нас намечаются гастроли.

— От каких еще ролей испытываете наслаждение?

— Как меня учили в Школе-студии МХАТ великие артисты-педагоги: какую бы роль ни играл, ты должен ее принять. Но я точно знаю, от чего бы я отказался. Если происходит насилие над детьми, принять и хоть как-то оправдать такого героя я не смогу.

— Многие ваши коллеги в 1990-е годы были вынуждены расстаться с профессией. А каким это время было для вас?

— Приходилось браться за любую работу, чтобы не остаться без средств к существованию. Кем я только не трудился: и водителем, и грузчиком, и подъезды мыл…

— Вы сыграли в двух картинах о спорте: «Молодежка» и «Легенда 17». А сами спортом интересуетесь?

— Телевизор я смотрю очень редко. Во-первых, некогда. Во-вторых, я больше не верю ТВ. Исключения — спортивные каналы, потому что там тебе не наврут, нет фальши. Когда человек мчится на огромной скорости, бьет по мячу или шайбе, или поставил цель взять высоту больше двух метров, перед камерами ему кривляться некогда. Разве что потом, если победит, может попрыгать от радости.

А еще люблю каналы о рыбалке. Хорошо, что их много. Люди рассказывают, как они ловят рыбу, показывают, как ее вываживают, радуются, хвастаются — ты видишь, что у них от страсти и куража руки дрожат…

— В начале июня вам исполнилось 67 лет. Была возможность отпраздновать?

— В последние годы самые счастливые торжества происходят, когда ко мне приезжают студенты, которых я выпустил много лет назад (с 1999 года актер почти восемь лет вел занятия во ВГИКе. С 2019-го работает в Институте современного искусства (ИСИ) в должности доцента, ведет курс актерского мастерства и дисциплину «Специфика работы актера в кино». — «ВМ»). Так получилось и в этот раз. Мы с женой обычно готовимся — закупаем продукты, накрываем стол. Я специально никого не приглашаю, ребята сами собираются — человек 15–18. И это происходит в течение всего дня — кто-то подъезжает, кто-то уезжает. Все же заняты, работают… В день рождения они устраивают мне настоящий праздник — с песнями, плясками, шутками.

Разговариваем, вспоминаем… Так здорово! Курс у нас был очень дружный. Говорю совершенно искренне: всех ребят люблю и переживаю за них, как за своих детей. Правда, в этом году так случилось, что у младшего сына Алексея после окончания Института нефти и газа именно 6 июня, в мой день рождения, была присяга. Конечно, мы с женой ездили его поздравить. Очень Лешей гордимся! Так что отмечание дня рождения пришлось перенести на 7 июня. А вообще, лето для меня — самая гастрольная пора. И раньше, когда играл в антрепризах, в день рождения находился где-то в пути или на сцене.

— Каким был самый запоминающийся подарок, который вы получили от своих студентов?

— Саженцы дуба и яблоньки. Я их посадил. Растут. Очень меня радуют — красивые, крепенькие. Ухаживаю за ними — подкармливаю, в жару поливаю. Сделал заборчик, чтобы никто, не дай бог, не затоптал.

— Какое яркое воспоминание, связанное с днем рождения, сохранилось у вас из детства?

— Знаете, у нас настолько дружная семья — мама, папа и две старшие сестры, что в детстве каждый день был как день рождения. Поэтому я и не ждал его с особым нетерпением. Тем более, я самый маленький в семье, мне все время от каждого что-то перепадало. Мы жили в мире, любви, уважении и помогали друг другу. И я никогда не слышал, чтобы мама с папой ссорились. Они прожили вместе 54 года.

— А есть ли у вас неосуществленная мечта?

— Есть. Она давняя. Очень хочу вырваться на некоторое время куда-нибудь на природу — в Заполярье, в тайгу… Как я говорил, обычно — начиная с апреля месяца и на протяжении всего лета — сплошная работа. Поэтому найти время крайне сложно, а ехать на один-два дня — смысла нет.

Я вырос в Эстонии, в Таллине, рядом с водой. Папа был заядлым рыбаком и подсадил меня на это дело. Вот такая у меня давняя страсть. Когда появлялась возможность, мы с другом Сережей Новиковым куда только не забирались — и в калмыцкие степи, и в астраханские поймы, и в какие-то совсем глухие места. Это просто счастье! И сейчас я бы забил машину снастями, палатками, зонтами, мангалами, коптильнями и отправился с другом куда-нибудь дней на десять. Пока же он терпеливо ждет, когда у меня появится время, чтобы рвануть туда, где никого нет.

А мои любимые занятия в московской квартире — готовить вкусную еду, общаться с сыновьями и ходить по дому босиком и в шортах, потому что это моя одежда, а не та, которая выдается в кино или в театре. Еще я всегда что-то читаю, готовлюсь к предстоящим съемкам и обожаю гулять с женой по нашему району. Благо есть где — парк МГУ, Воробьевы горы. Раньше делали это вместе с нашей собачкой Форби породы джек-рассел-терьер. Сейчас у нее уже очень почтенный возраст, она практически не видит и не слышит. Поэтому выходим без нее.

— Отдых на морях и океанах вас совсем не привлекает?

— Нет. Бывал там только ради жены. Люди приезжают туда для того, чтобы расслабиться, а у меня такой возможности нет. Это беда, наверное, всех актеров. Курортники постоянно просят сфотографироваться, дать автограф, пытаются пообщаться. Кепки и темные очки не спасают, в парандже я ходить не могу... А «диких» мест на море сегодня практически нет.

Вы не подумайте, я не кокетничаю. У меня никогда не было ни безумного стремления к популярности, ни, тем более, звездной болезни. Вы, наверное, обратили внимание, что я очень редкий гость на каких-либо кинофестивалях и тусовках — тяжело переношу усиленное внимание. А вот когда я нахожусь наедине с природой, с комариками и птичками — я в своей стихии, это абсолютно мое.

— Когда в последний раз удавалось куда-нибудь выехать, чтобы порыбачить?

— Давно. Наверное, года три назад. Вообще, от того, что в жизни я постоянно в движении, очень люблю рыбалку и полное расслабление.

А мой самый большой улов был в Эстонии: поймал леща весом четыре килограмма 100 граммов — на сало и на леску 0,18. Кто знает, что такое рыбалка, тот поймет…

Есть у меня и еще одна страсть. Обожаю собирать грибы. Отлично ориентируюсь в лесу, опять же — спасибо папе, научил. Я понимаю, вижу, чувствую, где они могут прятаться.

— Что делаете с добычей?

— Блюда с грибами готовит жена, а с рыбой сам вожусь. Нравится ее коптить или готовить на мангале. Всегда вкусно получается. Тут у меня есть секреты, которые никому не выдаю. И даже истинные гурманы и самые отъявленные циники ставят наивысшую оценку моим кулинарным способностям.

— Как вы себя сегодня чувствуете? Вы перенесли несколько серьезных операций…

— Я всегда боролся, цеплялся за жизнь, как только можно... Если отбросить эмоции и подходить к случившемуся с холодным разумом, то прекрасно понимаю, почему так произошло. Всю жизнь ни о каком режиме и речи не было: постоянные съемки, выступления, переезды, перелеты, все на бегу... До спектакля не поешь, иначе тяжело будет играть, а заканчивается он, допустим, в десять вечера, приезжаешь домой — в одиннадцать у тебя обед.

Раньше много играл в антрепризах и поставил рекорд — за год объездил 147 городов. Не оттого, что люблю деньги, нет. Ради семьи. И еще снялся в 54 рекламных роликах. Кстати, есть среди них и любимые: в одном я рекламировал банк, в другом — майонез.

— Вы как-то сказали, что были бы не против, если сыновья пойдут по вашим стопам. Хотя многие актеры этого своим детям не желают.

— Я с детства хотел стать актером. Безумно люблю свою профессию, хотя и считаю ее одной из самых сложных. Но отдаю ей всего себя. Можно сказать, это моя главная страсть. Никогда не капризничаю, и у меня нет никакого райдера.

Зато — огромное количество работ в театре и кино, и, как сказал один известный кинокритик, ни к одной из них нет претензий. Он назвал это «даже странным». А число сыгранных ролей приближается у меня уже к тремстам. Представляете, с каким количеством кинорежиссеров, операторов, драматургов я общался? Но сыновья говорят: «Пап, мы не хотим такой жизни, как у тебя». Они видели, как я работаю, устаю, как не хватает времени ни на что... Вот такие выросли мальчики — с замечательными аналитическими умами, и решили, что актерами не станут.

— Для вас это удивительно?

— Да. Потому что оба очень артистичны, и внешность — что называется, бери и снимай. Но нет. Старший окончил продюсерский факультет Школы-студии МХАТ, а младший увлекся математикой, компьютерами, окончил математическую школу при МГУ. Потом практически без проблем поступил в Институт нефти и газа и окончил его с красным дипломом. Таков выбор моих детей. Я ничего не понимаю в сферах, которыми они занимаются, но счастлив, что сыновьям это нравится.