Ещё
Аладдин
Приключение, Комедия, Семейный
Купить билет
Люди в черном: Интернэшнл
Боевик, Приключение, Фантастика
Купить билет
Унесённые призраками
Мультфильм, Приключение, Аниме
Купить билет
Люди Икс: Тёмный феникс
Боевик, Приключение, Фантастика
Купить билет
Игра
Триллер
Купить билет
Ма
Триллер, Ужасы
Купить билет
Джон Уик 3
Боевик, Триллер
Купить билет
Годзилла 2: Король монстров
Боевик, Приключение, Фантастика
Купить билет
Гори, гори ясно
Фантастика, Ужасы, Драма
Купить билет
Зелёная книга
Биография, Комедия
Купить билет
Боль и слава
Драма
Купить билет
Красивый, плохой, злой
Биография, Драма, Криминальный
Купить билет
Донбасс. Окраина
Боевик, Триллер, Драма
Купить билет
Покемон. Детектив Пикачу
Мультфильм, Приключение, Фэнтези
Купить билет
Рокетмен
Биография, Драма, Музыкальный
Купить билет
Обитель страха
Вестерн, Ужасы
Купить билет
Куриоса
Исторический, Мелодрама
Купить билет
Мстители: Финал
Боевик, Приключение, Фантастика
Купить билет
Дылда
Драма
Купить билет
Отпетые мошенницы
Комедия
Купить билет

«Алтай — боль моя!» 

Зрителей постановка оставила в смешанных чувствах — не столько из-за игры актеров (на ней-то все и держалось), сколько из-за довольно сомнительного, не сказать примитивного, сюжета… Тем не менее, было весьма любопытно наблюдать, как на сцене Александр Панкратов-Черный заставлял смеяться зал, когда еще полчаса назад едва сдерживал слезы, давая интервью.
40 лет не выходил на сцену
— Александр Васильевич, вы всем известны как киноактер и появление вас на сцене несколько необычно. Или я ошибаюсь?
— Все верно, я 40 лет не выходил на сцену, занимался только кинематографом. И вот Наташа Егорова и моя землячка Ниночка Усатова уговорили меня прийти на сцену, я стал играть антрепризовые спектакли: два в Петербурге, один в Москве. Сейчас еще два спектакля готовим с Леночкой Образцовой, Алексеем Васильевичем Петренко. В общем, втянулся я в театр серьезно. В первый раз играю в Барнауле, очень волнуюсь, потому что на родине играть очень ответственно, не знаю, как получится, буду стараться.
— Есть разница, где играть: на сцене или съемочной площадке?
— Разница большая. На сцене ты беспрерывно действуешь — живешь постоянно и вся твоя человеческая сущность на виду. В кино — это каторга: сегодня один кадр сняли, завтра другой, разрывность такая…
Очень тяжело. Бывает, что роль снимают с финала, а ты не пережил еще ничего, это печально. Это надо угадать, понять. Очень сложно. Я считаю, что актерская профессия в кинематографе сложнее, нежели театральная. Но в театре сложнее тем, что на одном протяжении нужно сыграть судьбу и сказать зрителю то, что ты хочешь. Это очень важно. И очень сложно. Тут такая разница! Я определить не могу.
«Надоело бояться»
— Расскажите о спектаклях, в которых заняты, есть в планах привести их сюда?
— Их три. Две комедии с моими любимыми партнершами: Ниной Усатовой и Наташей Захаровой. Третий спектакль, удивительный совершенно, неожиданный, его почему-то не хотят показывать… Он называется «Надоело бояться».
Крейлис-Петрова Кира Александровна, артистка, написала сценарий про себя, про блокаду. С ней и Ириной Соколовой, гениальной актрисой, мы втроем играем там. Я играю бомжа, в образе Сталина, Гитлера, Ленина возникаю — отбираю у блокадниц квартиру. Пьеса очень серьезная, сложная, я бы назвал ее по жанру траги-фарс.
Почему-то не хотят ее показывать народу, хотя она пользуется колоссальным успехом. Мы в Благовещенске на фестивале искусств устроили премьеру этой пьесы и получили приз за не нее, Гран-при. Люди просто плакали на спектакле. Она очень острая, злободневная, «сегодняшняя». В Барнаул, на мою родину, мне пока не удается ее «пробить»… А я хочу, чтобы мои земляки посмотрели эту пьесу. Потому что она про нас.
— Скажите, у вас не возникало мысли на родине открыть свою творческую мастерскую, набрать группу или курс, например, в Академии культуры?
— Вы знаете, Алтай — это моя родина, но после гибели Михаила Сергеевича Евдокимова мне сюда грустно приезжать. Чувство страха меня не покидает. Я на Алтай приезжаю с тревогой, с болью. Я не боюсь, но я душой болею, что родина тебя может уничтожить. Да не родина, господи!.. Родину-то кто представляет? Шукшин всегда говорил: Шурка, плюнь и разотри. Вот плюю, а растереть не успеваю.
Вот приехал комедию играть, повеселить алтайского жителя, пусть улыбнется. Пусть посмотрят на смешного Сашу Панкратова. Может быть, и о себе задумаются, и зададут себе вопрос: для чего живем? И почему живем? И на кого пашем?
Падаю в дерьмо…
— В вашем арсенале хватает самых разных колоритных и запоминающихся ролей. А какие вам самому больше нравится играть?
— Никакие мне роли не нравятся. Это моя работа, моя профессия. Как крестьяне, утром встают за плуг и пашут, так и я берусь за роль и играю. Комедийная она или трагедийная — мне не важно. Это моя профессия. Я обязан работать. Бывает, отказываюсь.
Мне один недоносок предложил роль человека, который из могилы выкапывает покойника и с ним танцует. Я говорю: вы что, с ума сошли? О чем вы думаете, что у вас в голове? Вот такой нормальный современный недоносок. Я отказался. А если роль в себе что-то несет, обязательно положительное, я соглашаюсь.
Георгий Иваныч Бурков, царствие ему небесное, друг мой близкий, говорил: «Шурка, вот найти в роли что-то такое, чтобы человек, глядя на тебя на экране, сказал: ты смотри, живой!». Если «живость»