Ещё
Стриптизерши
Стриптизерши
Триллер
Купить билет
Щегол
Щегол
Драма
Купить билет
Однажды в... Голливуде
Однажды в... Голливуде
Трагикомедия
Купить билет
Одесса
Одесса
Ромком
Купить билет
Аладдин
Аладдин
Приключение, Комедия, Семейный
Купить билет
Битва
Битва
Драма
Купить билет
Дорогой папа
Дорогой папа
Комедия, Мелодрама
Купить билет
Королевские каникулы
Королевские каникулы
Мультфильм, Комедия, Семейный
Купить билет
Игра Ганнибала
Игра Ганнибала
Боевик, Триллер
Купить билет
Пункт назначения: Смайл
Пункт назначения: Смайл
Триллер, Ужасы, Драма
Купить билет
Angry Birds 2 в кино
Angry Birds 2 в кино
Мультфильм, Приключение, Комедия
Купить билет
Король Лев
Король Лев
Приключение, Мюзикл, Семейный
Купить билет
Я иду искать
Я иду искать
Детектив, Триллер, Ужасы
Купить билет
Эбигейл
Эбигейл
Приключение, Фэнтези
Купить билет
Зелёная книга
Зелёная книга
Биография, Комедия
Купить билет
Жара
Жара
Комедия
Купить билет
Форсаж: Хоббс и Шоу
Форсаж: Хоббс и Шоу
Боевик, Приключение
Купить билет
Смерть и жизнь Джона Ф. Донована
Смерть и жизнь Джона Ф. Донована
Драма
Купить билет
Царство
Царство
Боевик, Исторический, Военный
Купить билет
Щенячий патруль: Суперпатруль 2
Щенячий патруль: Суперпатруль 2
Мультфильм
Купить билет

Человек-птица пролетел над Италией 

На вопрос, как ему удается в жесткой конкуренции удерживать за Венецией статус не только старейшего, но и одного из главных киносмотров мира, задавнный на вступительной пресс-конференции директору фестиваля Альберто Барберу, тот ответил, что не видит в Каннах, или Берлине своих соперников. Скорее — сторонников в борьбе за то, чтобы качественное кино продолжало существовать в мире.
Фильм, выбранный Барберой для открытия фестиваля: Birdman, «Человек-птитца» Алехандро Гонсалеса Иньярриту, — тоже отчасти об этом. О «качественном» искусстве в мире попсы, о соотношении высокой и поп-культуры, о том, что восприятие публики меняется, как бы это ни было болезненно для тех, кто проклинает «попкорновое» кино, современную систему звезд — одним словом, все то, что в мире принято называть «Голливудом».
Герой фильма, знаменитый актер Ригган Томпсон, в молодости завоевал миллионы поклонников, сыграв супергероя, Человека-птицу, и так сжился с этим своим персонажем, что даже перенял у него некоторые сверхестественные способности. Но прошли годы, публика о нем слегка подзабыла, и теперь он пытается напомнить о себе, взяв уже совершенно иную вершину. Томпсон написал психологическую драму «О чем мы говорим, кода говорим о любви», ставит ее на Бродвее и играет главного героя.
На роль Томпсона режиссер выбрал  — того самого, четверть века назад ставшего Бэтмэном, Брюсом Уэйном, у . В роли дочери Томпсона — , широко известная как Девушка Человека-паука. Партнера героя по бродвейской сцене сыграл , партнершу — Наоми Уотс.
Едва ли не впервые Иняьрриту, режиссер, всегда предпочитавший серьезно говорить о серьезных вещах, снимает почти комедию. Впрочем, кино о театральном закулисье, наверное, хотя бы отчасти не быть комедией попросту не способно.
Но размышления о природе творчества ставит много вопросов. Например — может ли человек не изысканного ума, коим является герой Майкла Китона, постичь глубины психологизма? Возместят ли искренность и талант отсутствие интеллекта? Мможет ли истинное искусство противостоять накату попсы? И не является ли попса, в свою очередь, тоже своего рода искусством? Все эти размышления, с какой бы легкостью они ни подавались, у Иньярриту звучат всерьез.
Фильм снят длинными планами, с минимальным количеством монтажных склеек, и режиссер признается, что смог достичь этого только долгим процессом репетиций, когда та, или иная сцена доводилась до абсолюта и лишь затем включалась камера. Весь ансамбль актеров работает выдающимся образом — возможно, еще и потому, что у каждого в доставшемуся ему образе есть что-то личное.
— Как только закончили эту работу, я поняла, что хочу одного: проделать все это снова! — признается Эмма Стоун, ставшая вместе с коллегами по «Бёрдману», первой, кто прошел по красной дорожке Венецианского фестиваля в 2014-м.
Еще недавно между тремя главными фестивалями мира существовало четкое разделение «обязанностей». Канны отвечали за искусство плюс гламур. Венеция — за чистое искусство. Берлин — за искусство с политическим и социальным подтекстом. Но эти разграничения с каждым годом становятся менее ощутимы, а политические проблемы дают о себе знать все острее. Во время вступительной пресс-конференции дирекции фестиваля и членов жюри (кстати, большое жюри впервые в истории возглавил не кинематографист, а композитор — автор музыки ко многим популярным фильмам Алекесндр Деплэ) два стула на сцене оставались пустыми. Они символически предназначались для двух режиссеров, находящихся сейчас в тюрьме: иранки Махназ Мохаммади, которой недавно несмотря на обращение к правительству страны ведущих мировых кинематографистов добавили к пятилетнему сроку еще два года, а также , содержащегося под стражей в ожидании суда. Вслед за ММКФ и  Венецианский фестиваль выступил c просьбой о его освобождении.
Программа «Горизонты» — вторая по значению в Венеции — открылась фильмом, который не скрывает своего политического звучания. Картина , вынужденного покинуть родину иранского режиссера Мошена Махмальбафа— история о диктаторе, отвратительном в своей жестокости, но и о не менее вопиющей жестокости революции. Фильм, который Махмальбаф определяет как протест против всякого рода насилия, является копродукцией Франции, Великобритании и Грузии, снимался целиком в Грузии на грузинском языке и с грузинскими актерами в главных ролях. По мнению режиссера, это уже само по себе является подтверждением того, что за последнее время Грузия пошла по пути демократии.
— Примерно в половине стран мира такой фильм попросту не мог бы быть снят! — говорит Махмальбаф.
Всего в разных программах 71-го Венецианского фестиваля будет показано 55 фильмов, отобранных из 1700, присланных на селекцию. Двадцать из пятидесяти пяти сражаются за «Золотого Льва» в основном конкурсе. Среди них российская картина «Белые ночи почтальона Алексея Тряпицына» режиссера , для которого Венецианский фестиваль всегда был счастливым. Ее покажут 5-го сентября, за день до церемонии закрытия и объявления победителей.
Альберто Барбера признается, что две картины ему, при всем старании, не удалось заполучить: это GoneGirl («Исчезнувшая») и InherentVice («Врожденный порок») Пола . Обе они отправляются на фестиваль в Нью-Йорк. Зато «Бёрдмэна» Барбера отвоевал у Каннов: дистрибуторы, которые выпускают фильм на американские экраны в октябре, решили, что фестивальная премьера в конце августа выгоднее, чем в мае. Ведь законы рынка все чаще определяют то, как будет складываться фестивальная жинь. Венецианский фестиваль, который, в отличие от Каннов и Берлина, никогда не сопровождался кинорынком, в последние три года этот рынок у себя открыл.
Первый же стенд, на который попадают вошедшие в помещение кинорынка — стенд РОСКИНО: с Венецианским фестивалем у этой организации давние и близкие отношения. В каталоге DOORS, который РОСКИНО при участии представляет в Венеции, 32 картины, снятые отечественными режиссерами за последние годы: от «Двух дней» до «Горько!» , от «Любви с акцентом» до «Роли» .
Однако, помимо фильмов, в этом году РОСКИНО будет представлять в Венеции и свой новый проект: Международный Медиа Форум, который пройдет с Петербурге с 1 по 10 октября. И там рынок: кино-, теле— и новых медиа — тоже будет играть важнейшую роль. Поскольку, с точки зрения главы РОСКИНО , запускать новый фестивальный проект без рынка означает обречь его на ограниченное существование. А у Петербургского Медиа Форума большие планы.
Советские звезды, сломанные жизнью