Ещё
Стриптизерши
Стриптизерши
Триллер
Купить билет
Аладдин
Аладдин
Приключение, Комедия, Семейный
Купить билет
Одесса
Одесса
Ромком
Купить билет
Щегол
Щегол
Драма
Купить билет
Комната желаний
Комната желаний
Детектив, Фантастика, Драма
Купить билет
Битва
Битва
Драма
Купить билет
Yesterday
Yesterday
Фэнтези, Комедия, Музыкальный
Купить билет
Рэмбо: Последняя кровь
Рэмбо: Последняя кровь
Боевик, Приключение, Триллер
Купить билет
Королевские каникулы
Королевские каникулы
Мультфильм, Комедия, Семейный
Купить билет
Однажды в... Голливуде
Однажды в... Голливуде
Трагикомедия
Купить билет
Король Лев
Король Лев
Приключение, Мюзикл, Семейный
Купить билет
Я иду искать
Я иду искать
Детектив, Триллер, Ужасы
Купить билет
Форсаж: Хоббс и Шоу
Форсаж: Хоббс и Шоу
Боевик, Приключение
Купить билет
Дорогой папа
Дорогой папа
Комедия, Мелодрама
Купить билет
Пункт назначения: Смайл
Пункт назначения: Смайл
Триллер, Ужасы, Драма
Купить билет
Между нами музыка
Между нами музыка
Мелодрама, Музыкальный
Купить билет
Зеровилль
Зеровилль
Трагикомедия
Купить билет
Щенячий патруль: Суперпатруль 2
Щенячий патруль: Суперпатруль 2
Мультфильм
Купить билет
Побег из джунглей
Побег из джунглей
Мультфильм, Приключение, Фэнтези
Купить билет
Промар
Промар
Мультфильм, Приключение, Фантастика
Купить билет

Теория заговора и содомия как эвтаназия 

Начался конкурсный показ Каннского фестиваля
Фестиваль кино
Каннский фестиваль стартовал с двух конкурсных картин именитых, можно сказать, модных режиссеров из двух европейских стран, занимающих особое положение на карте Каннского фестиваля, — Румынии и Франции. Их оценивает .
С тех пор как в 2007 году фильм Кристиана Мунджу «4 месяца, 3 недели и 2 дня» отхватил Золотую пальмовую ветвь, румынское кино обрело карт-бланш, в значительной степени узурпировав то скромное место, что отводится в каннских программах Восточной Европе. Но такого еще не бывало — чтобы в конкурсе весь этот регион был представлен сразу двумя румынскими фильмами и только ими — того же Мунджу (его покажут во второй половине фестиваля) и Кристи Пую. Последний называется «Сьерра-Невада», а мог бы называться «9.11», или , или «Путин и Обама», потому что все эти сюжеты сегодняшней геополитической реальности всплывают в разговорах, в течение почти трех часов ведущихся в пространстве одной городской квартиры, где собрались члены семьи и близкие в сороковой день со дня смерти хозяина. Попутно чествованию памяти покойного выясняют отношения братья, родители и дети, бывшие коммунистические активисты и ненавистники режима Чаушеску. Один из героев, как на иглу, подсел на интернет, кто-то обуреваем теориями заговора (башни-близнецы взорвали не те, кому это приписывают), а параллельно интеллигентскому трепу протекает бытовая жизнь тесной для такого сборища квартиры: в соседней комнате спит ребенок; туалет оккупирует пьяная подруга дочки, приехавшая из Хорватии; на кухне отвергнутый муж-волокита пытается вернуть расположение своей жены. Как в фильме «Скромное обаяние буржуазии», компания все время стремится сесть за стол, закуски под полиэтиленовой пленкой вот-вот протухнут, но сначала надо бесконечно долго ждать священника для молитвы, потом еще что-то мешает, а когда наконец изголодавшееся общество дорывается до чорбы и мамалыги, хорватская подружка снова начинает блевать.
Кристи Пую — виртуозный мастер мизансценирования и звукорежиссуры. Фильм выстроен с театральной дотошностью деталей, но в то же время снят суперсовременной подвижной кинокамерой, порой едва позволяющей различать лица в квартирном полусумраке. Даже главный герой врач Лари, сын покойного, оказывается в результате недостаточно высвечен психологически, а за фарсовыми, почти водевильными перипетиями теряется экзистенциальный смысл происходящего — тот самый, который так стремится обнажить Пую. Даже отличные сцены загаженных улиц Бухареста, забитых дешевыми автомобилями и неврастеничными жителями, всего лишь иллюстрируют очевидные вещи: агрессия рождает агрессию, маленькая ложь — большую, люди сами по себе не плохи, но в каждом есть червоточина. Наверняка картину будет поддерживать французское лобби (Франция — одна из стран-копродюсеров, а здешние критики назначили Пую своим культурным героем), глядишь, и жюри подпадет под наркотическое действие «Сьерры-Невады», но я не считаю ее удачей режиссера. И дело не в трехчасовом метраже, который то и дело пробуксовывает, а в том, что линейная длительность не обеспечена запасом художественных идей — не рождает ни парадокса, ни катарсиса.
Парадоксов зато хватает в первом из многочисленных французских фильмов конкурса — «Стоять ровно» Алена Гироди. Его «Незнакомец у озера» — триллер из жизни гей-комьюнити — оказался весьма успешным и создал режиссеру репутацию восходящей звезды. В новой работе речь идет о киносценаристе в кризисе, который мечтает встретить волка в южнофранцузских степях — и это ему удается как буквально, так и метафорически. Помимо волка он натыкается на пастушку, которая рожает от него ребенка, и на нескольких мужчин разных возрастов: с каждым его связывают квазисексуальные отношения.
Эту претендующую на новое слово картину можно рассматривать и как китчевую комедию в духе Альмодовара, и как замысловатую аллегорию — необиблейскую притчу. К сожалению, для первого ей не хватает органического юмора, для второго — интеллектуального багажа. Тем не менее смотрится это зрелище не без саспенса, интригуя как магнетическим восприятием природы, так и небанальными перверсиями. На моей памяти впервые я наблюдал Эроса на подтанцовках Танатоса, а содомия выступала легальной формой эвтаназии. Ну что с нее взять, с Гейропы…
Кем была Зина из «Диалога у телевизора»
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео