Четверть века без Майлса Дэвиса 

Александр Кан обозреватель по вопросам культуры
28 сентября исполнилось 25 лет со дня смерти джазового трубача Майлса Дэвиса. За эти четверть века репутация Дэвиса, и при жизни бесспорная, достигла невероятных высот. Он по праву считается одним из величайших музыкантов XX века.
Три смерти
, можно сказать, умирал трижды. За полтора десятилетия до трагического дня 28 сентября 1991 года, когда сочетание инсульта, пневмонии и дыхательной недостаточности окончательно поставило точку в 65-летнем жизненном пути великого музыканта, он тоже, как казалось тогда многим, умер.
Так, во всяком случае, поспешил объявить в 1976 год журнал Rolling Stone. После автомобильной катастрофы в 1972 здоровье Дэвиса постоянно ухудшалось. В марте 1975 года он попал в больницу с язвой, еще несколько месяцев спустя — в августе 1975-го — с грыжей. После выступления на фестивале в Нью-Йорке 5 сентября 1975 года он исчез на шесть лет: ни концертов, ни новых записей, ни публичных появлений. Что и дало почву слухам о смерти.
А некоторые джазовые пуристы похоронили его еще многим раньше — в самом конце 60-х. К тому времени уже великий Майлс, не удовлетворившись своим статусом классика джаза, попал под очарование новой, только зарождавшейся тогда рок-культуры.
Наверное, в этом не было ничего удивительного. Рок конца 60-х и вправду был завораживающим — Джимми Хендрикс, Grateful Dead, , Cream восприняли джазовую импровизацию и насытили ее рок-ритмикой и рок-фразировкой.
Дэвис чувствовал себя обделенным — молодые, не скрывая пиетета перед наследием своих старших коллег-джазменов, зарабатывали в десятки, если не сотни, раз больше.
Именно эта денежная составляющая и заставила пуристов провозгласить Дэвиса — после выхода его первых джаз-роковых альбомов «In A Silent Way» и «Bitches Brew» — безнадежно «продавшимся» и, по сути дела, похоронить его как джазмена.
История эта почти зеркально отражала случившееся буквально тремя-четырьмя годами ранее с , когда столь же непримиримые и бескомпромиссные пуристы от фолка прокляли Дилана как иуду за его переход к электрогитарам.
Многие не готовы простить Дэвису «вероотступничества» и по сей день. Преклоняясь перед величием Дэвиса 50-60-х годов, неустанный пропагандист и апологет джазовой традиции в нашем с ним недавнем разговоре все последующее дэвисовское творчество характеризовал совершенно безапелляционно: «Майлс просто всех дурачил. И сам прекрасно это понимал».
Множество жизней
Это непонимание кроется в невероятной многоликости и обновляемости стиля (стилей?) Дэвиса. Если смертей у него было три, то жизней — во всяком случае, творческих — с полдюжины.
В отличие от большинства героев раннего джаза, Дэвис рос если не в богатой, то, во всяком случае, хорошо обеспеченной семье дантиста. Он с детства занимался музыкой — настолько, что после окончания школы поступил во вполне академическую Джульярдскую школу музыки в Нью-Йорке. Оттуда идет его любовь к классике ХХ века — Дебюсси, Равелю, Шостаковичу, Бергу, Стравинскому.
Впрочем, джаз пересилил классику, и уже в середине 40-х, когда ему едва исполнилось 20, он играл в компании только-только основавших би-боп , Макса Роуча, Телониуса Монка.
В 1948 году началась одна из главных коллабораций его жизни — с аранжировщиком Гилом Эвансом. Выпущенные в 1957 году записи нонета Дэвиса 1949-50 годов с аранжировками Эванса были объединены под обложкой «The Birth of the Cool» и дали название главному джазовому стилю 50-х.
В 1955-м он собрал своей первый «великий квинтет» с , , Полом Чэмберсом и Филли Джо Джонсом. Вершина квинтета — шедевр 1959-го «Kind of Blue».
Записанные на рубеже 50-60-х годов несколько альбомов с оркестром Гила Эванса — «Порги и Бесс» по опере , «Sketches of Spain» и «Miles Ahead» — вершина сформировавшегося в те годы так называемого «третьего течения», объединявшего джаз и классическую музыку.
В середине 60-х он сформировал второй «великий квинтет» — с Херби Хэнкоком, Уэйном Шортером, Роном Картером и Тони Уильямсом. Большинство джазовых критиков сходятся во мнении о том, что музыка этого квинтета — высшая точка развития джазовой музыки.
Выпущенные в 1968-69 годах первые «In A Silent Way» и «Bitches Brew» положили начало джаз-року и в то же время стали вершиной стиля. Игравшие на этих альбомах музыканты: Херби Хэнкок, Чик Кориа, Джон Маклохлин, Кит Джаррет, Джо Завинул, Уйэн Шортер — crème de la crème джазовой музыки второй половины ХХ века.
"Все тот же великий Майлс"
Дэвис совершенно спокойно относился к раздававшимся в его адрес многочисленным упрекам об измене «чистому» джазу.
"То, что я играл когда-то с Биллом Эвансом, было музыкой своего времени. Теперь я ее не чувствую, для меня она — как разогретая индейка", — говорил он.
Майк Зверин, джазовый критик и в свое время соратник Дэвиса — он играл в классическом квинтете конца 40-х — говорил мне как-то, что, как бы ни менялся стиль музыки Дэвиса, труба его остается неизменной: «Это всегда все тот же великий Майлс».
Интересно, впрочем, что буквально за два с половиной месяца до смерти, в июле 1991 года, Дэвис впервые за три десятилетия исполнил музыку из классических альбомов с Гилом Эвансом. Самого аранжировщика уже не было в живых (он умер в 1988-м), и Дэвис играл с оркестром .
Выпущенный уже после смерти Майлса, в 1993 году, альбом «Miles & Quincy: Live at Montreux» — посмертное завещание Дэвиса, которое должно было примирить сторонников всех, зачастую антагонистично относящихся друг к другу поклонников разных жизней Майлса Дэвиса.
Видео дня. Как прожил жизнь экранный Будулай
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео