Ещё
После
Мелодрама
Купить билет
Миллиард
Боевик, Приключение, Комедия
Купить билет
Волшебный парк Джун
Мультфильм, Приключение, Комедия
Купить билет
Проклятие плачущей
Мистика, Триллер, Ужасы
Купить билет
Унесённые призраками
Мультфильм, Приключение, Аниме
Купить билет
Кладбище домашних животных
Триллер, Ужасы, Драма
Купить билет
Балканский рубеж
Боевик, Приключение, Драма
Купить билет
Шазам!
Боевик, Приключение, Фэнтези
Купить билет
Хеллбой
Боевик, Приключение, Фэнтези
Купить билет
Зелёная книга
Биография, Комедия
Купить билет
Мы
Триллер, Ужасы
Купить билет
Щенячий патруль: Мегащенки
Мультфильм, Приключение
Купить билет
Домовой
Фэнтези, Комедия, Семейный
Купить билет
Королевский корги
Мультфильм, Комедия
Купить билет
Миа и белый лев
Приключение, Семейный
Купить билет
Нуреев. Белый ворон
Биография, Драма
Купить билет
Середина 90х
Трагикомедия
Купить билет
Трезвый водитель
Ромком
Купить билет
Потерянное звено
Мультфильм, Приключение, Комедия
Купить билет
Пушистый шпион
Мультфильм, Приключение, Семейный
Купить билет

Софья Капкова: документальному кино далеко до популярности рэп-баттлов 

Фото: РИА Новости
В преддверии пятилетия Центра документального кино его основатель и бессменный директор Софья Капкова рассказала корреспонденту РИА Новости о том, как планирует отметить первый юбилей, о развитии неигрового кинематографа в России, аудитории документальных фильмов и своем отношении к ситуации вокруг Кирилла Серебренникова.
— В сентябре ЦДК исполняется пять лет. Планируете ли вы какие-то фестивали, акции, спецпоказы?
— Обычно свой день рождения мы отмечаем вместе с днем города в Музее Москвы, так как находимся на его территории. Четыре года назад появился фестиваль городской культуры Center, задача которого показывать лучшее документальное кино, чья тематика связана с урбанистикой, архитектурой, человеком, живущем в большом городе. Это могут быть фильмы социальной или музыкальной направленности. Мы не претендуем на статус фестиваля в полном смысле этого слова, так как у нас нет жюри, и мы не выбираем лучший фильм, мы скорее отбираем для зрителя то, что нам кажется обязательно нужно посмотреть за прошедший год. У нас есть молодой куратор Майя Кузина, и каждый год мы немного меняем формат. Победитель этого фестиваля — это фильм, который остается в более длительном прокате, потому что мы видим, что зрителю он понравился больше всего, было больше всего продано билетов, и о нем говорят в соцсетях.
rightВ этом году мы решили рассказать о жизни современного общества и сделали уклон на социальные темы. В фестивале будет четыре блока. Один из них "В центре внимания" — программа документальных фильмов, которые стали победителями или призерами главных фестивалей. На мой взгляд, стоит обратить внимание на обладателя Гран-при фестиваля Sundance —2017 — фильм «Дина», рассказывающий о романтике и сексе в жизни женщины с синдромом Аспергера.
— То есть вы никак не будете заострять внимание на юбилее?
— Мы никогда особо не отмечали дни рождения, но в этом году нам идет уже пятый год, а шестого может и не быть, в этой стране все так быстро меняется. Мы решили позвать всех друзей, всех партнеров, тех, кто нам все эти годы помогал, поддерживал, самых наших стойких зрителей и ярых поклонников на вечеринку. Когда случилась история с Кириллом (Серебренниковым), честно говоря, я хотела этот праздник отменить, но потом под давлением коллег и друзей, так как уже многое было сделано и оплачено, решили, что пусть у нас будет грустный праздник, но все равно праздник, где собираются друзья.
Режиссер Кирилл Серебренников после заседания Московского городского суда. 4 сентября 2017
— Раз уж вы упомянули Серебренникова, не могу спросить вашего мнения по поводу этой ситуации.
— Это ужасно, страшно и несправедливо, и не дай бог кому-то оказаться в подобной ситуации.
— Вы хотели отменить вечеринку, а некоторые призывают отменить театральные премьеры и вернуть все госнаграды, чтобы выразить протест по поводу того, что происходит с Серебренниковым.right
— Я против всяческих призывов, человек сам принимает взрослое решение и несет за него ответственность. Я не участвую в массовых акциях, потому что у каждого свой путь. Мне легче, наверно, чем многим другим, потому что я несу ответственность за тех 12 человек, которые на меня работают. И я не представляю, какой уровень ответственности ложится на плечи директора того или иного театра, у которого 100 человек, 200, 500 сотрудников. У каждого из них есть свои семьи, планы. Плюс есть подписанные контракты, есть зрители, в конце концов.
— А петиции, коллективные письма и обращения могут возыметь какое-то действие?
— Я не знаю. Но не все хорошие дела делаются на виду.
Акция в поддержку Кирилла Серебренникова у Басманного суда. 23 августа 2017
— Софья, как вы отбираете репертуар для своего кинотеатра? Как решаете, какой фильм показать, а какой нет? И какое место в вашей программе занимает российское кино?
— Я не являюсь кинокритиком или киноведом, я журналист по образованию. Я очень люблю документальное кино, поэтому могу сказать, что я профессиональный зритель. Мы стараемся максимально показывать все, что есть на рынке. Соответственно, если кино идет в прокате хорошо, значит, на него приходит зритель, пишет отзывы, мы ставим его в длительный прокат. Если мы видим, что кино зрителю неинтересно, то, как бы оно ни было высоко оценено критиками и документалистами, мы через несколько сеансов кино убираем. Мы следим за всеми кинорынками и фестивалями. Более того, мы выступаем за коллаборации, поэтому на нашей площадке проходит огромное количество фестивалей, в которых мы выступаем соорганизаторами. Таким образом мы и формируем программу.
— Вы сказали, что вы профессиональный зритель. Как, по-вашему, можно популяризовать документальное кино и взрастить таких же профессиональных зрителей, которые будут искренне любить и смотреть неигровые фильмы?right
— На это нужно закладывать время, так как это не короткая дорога, а довольно трудный путь. Например, моей дочери скоро будет 18 лет, и с детства я показывала ей документальные фильмы — сначала про динозавров, про китов, про птиц. И у нее уже есть свое сформированное представление о документальном кино. Подростки не смотрят телевизор, они живут в другом измерении, для них идеологами являются YouTube-блогеры. Сейчас уже моя дочь мне рассказывает про те или иные фильмы. Например, у нее есть интерес к защите окружающей среды, и она выискивает такие картины, которые, предположим, на фестивалях не завоевывают никаких призов, а смотреть их небезынтересно. Или, например, у нас должен был быть фильм про руферов — это ребята, которые прыгают с крыши на крышу — но в последний момент они нам отказали, потому что их пригласил «Артдокфест». Так вот, про этот фильм мне рассказал 11-летний сын, который видел, что ребята снимают кино, так как подписан на них в соцсетях. В общем, начинать нужно с малого, с себя.
— Получается, что нужно работать с аудиторией в раннем возрасте и в совершенно другой плоскости?
— Есть разные целевые аудитории. Одни ходят на блокбастеры, другие ходят на авторское кино, третьи с детьми смотрят фильмы для семейного просмотра. С документальным кино точно так же. Нельзя сказать, что есть один уникальный зритель неигрового контента. Здесь точно так же в зависимости от темы у того или иного фильма есть разный зритель, и мы стараемся чтобы этот разный зритель приходил к нам на то кино, которое ему будет интересно. Глупо предполагать, что бабушки будут приходить на фильм про кроссовки (фильм «Сникерхеды»). При этом у нас был прецедент, когда мы показывали фильм про Рудольфа Нуреева, и на кассе была очередь из интеллигентных женщин преклонного возраста.
— Интересно, что бы они сказали про постановку «Нуреев» в Большом театре.
— Это зависит от разных обстоятельств — от внутренней культуры, образования, личностных предпочтений.
— Вы гендиректор фестиваля Context, интересуетесь современным танцем. По вашему мнению, возможна была отмена премьеры «Нуреева» из-за плохой подготовки артистов или это отговорки?right
— Мне сложно на эту тему рассуждать. В этом проблема нашей страны — у нас все люди очень любят иметь мнение по любому поводу. Я считаю, что мое мнение никому не интересно, и я не имею права его публично высказывать. Я люблю говорить, что мы вскапываем свою грядку, про нее я могу говорить часами, потому что здесь я знаю все.
— Тогда вернемся к вашей грядке. Недавно Путину предложили предусмотреть льготы для кинотеатров за показ документального кино. Как вы считаете, это поможет?
— Наверное. Но нужно понимать, как эта поддержка будет выглядеть. Проблема в другом — самих фильмов не так много. В прошлом году вышло 37 неигровых работ разной направленности, из них десять российских, из них самая успешная — фильм «Русские евреи», который прокатывали мы. Мы даже получили за него премию «Блокбастер». Мы собрали примерно 3,5 миллиона рублей, и 10 тысяч зрителей посмотрели этот фильм по стране. Если сравнивать с баттлом Гнойного и Oxxxymiron, который посмотрели 20 миллионов — это смешные цифры. Но я не вижу в этом проблемы.
Гости на открытии центра Документального кино в Москве. 2013 год — То есть по этому поводу не стоит рефлексировать?
— Нет. Нужно производить больше качественного кино. Хотя даже на качественном кино, например, на победителе «Оскара» — фильме про Эмми Уайнхаус — билетов было продано на сумму восемь миллионов рублей, в то время как в Америке он заработал восемь миллионов долларов.
— Мне кажется, здесь еще работает разница в культуре. Все-таки у нас гораздо меньше людей знает Уайнхаус, чем в США.
— Разница культуры, образования, да и не стоит забывать о личных. Но считать, что можно легким движением руки все исправить, неправильно.
— Сейчас Минкультуры внесло законопроект, который предлагает ввести взнос в пять миллионов рублей за прокат кино. Эта инициативы вызывает много споров, многие уверены, что это очень негативно скажется на киноиндустрии. Вы как думаете?
— Насколько я понимаю, это будет касаться только игрового контента. Естественно, если бы документальное кино туда попадало, мы могли бы повесить амбарный замок и закрыться, потому что выжить мы не смогли бы. Но бог с нами. Для любого другого дистрибьютора, который прокатывает игровое артхаусное кино, это будет плачевно.
— Но при этом это делают под эгидой поддержки индустрии.right
— Я считаю, что любые рамки и ограничения — это всегда плохо. «Запрещая, предлагай». Если продолжать про документальное кино, могу ответственно заявить, что мы бы не смогли функционировать в такой системе координат. Выпуск даже пары фильмов в год дается нам нелегко. Конечно, стоимость прав на документальные фильмы нельзя сравнивать с ценами на игровое кино. Но даже сумма в 10 тысяч долларов — это очень большие деньги для бизнеса, которым мы занимаемся. К счастью, есть возможность фестивальных показов — ведь я не могу купить права на все фильмы. Разовые скрининги — гораздо меньшие деньги. Это здорово, спасибо им большое, но в принципе жесткие ограничения индустрию убивают. Все должно быть в рамках закона, конечно, но ограничения, например, «сегодня мы показываем только военнопатриотическое и никакого иностранного кино» — это в целом плохо для индустрии и для зрителя, у которого сужается выбор.
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео