История о сотруднике страховой компании, который не может примириться с обществом потребления, остается культовой на протяжении уже более двух десятилетий.

Этот роман потеснил на книжных полках «Над пропастью во ржи» Сэлинджера.

Книга Паланика вышла в 1996 году, почти сразу же странный сюжет, придуманный писателем, привлек внимание кинопродюсеров, права на экранизацию были выкуплены еще до публикации итоговой версии «Бойцовского клуба», а через 3 года на больших экранах появился фильм с Эдвардом Нортоном, Брэдом Питтом и Хеленой Бонем Картер в главных ролях.

Съемки картины проходили в Лос-Анджелесе, в основном ночью, для дневных сцен подбирали затенённые локации, так что картина выдержана в болотно-зеленых и синих тонах, с яркими вкраплениями кислотных (желтых и коричневых) красок.

Оператор фильма, Джефф Кроненвет старался максимально разгрузить задний план для того, чтобы ни что не отвлекала зрителей от основного действия.

Максимализм, позитивное восприятие насилия и отрицание «взрослого» образа жизни: все это привело к тому, что «Бойцовский клуб» стал любимым фильмом подростков и молодых людей по всему миру.

Взрослые же увидели в нем вариацию «Странной истории доктора Джекила и мистера Хайда» на которую наслоились фрейдовские концепции об Эдиповом комплексе и бессознательном Оно.

Среди психологов есть и те, кто называет фильм конспектом фрейдовского трактата «Недовольство культурой».

В фильме жёстко критикуется консьюмеризм, неслучайно скорость распространения по стране бойцовских клубов напоминает о том, как быстро в городах появляются «макдональдсы» и «старбаксы»: в начальных кадрах Рассказчик упоминает о корпорациях, в заключительных сценах — путешествует по стране, где находит уже упомянутые клубы.

«Мы созданы быть охотниками, а живём в мире шоппинга. Некого убивать, не с чем бороться, нечего преодолевать и исследовать.

И в таком выхолощенном обществе рождается этот всечеловек... Он пытался делать всё, чему его учили, пытался приспособиться к этому миру, став тем, кем он не является», — считает Финчер.

«Бойцовский клуб» получился настолько универсальным, что и приверженцы, и критики самых ярких философских теорий и концепций XX века находят здесь отражение того или иного течения.

Фильм обвиняли в фашистских подтекстах и в преклонении перед феминизмом (мотив несостоятельности мужчин в обществе, в котором женщины больше от них не зависят).

Для самого Чака Паланика, который, кстати, признал, что концовка фильма получилась удачнее, чем концовка его книги, «Бойцовский клуб» — это памятник концу века, эпохи, в которой эпидемия СПИДАа стала повседневной реальностью, и поколению, для которого секс и смерть оказались почти синонимичным.

Что касается режиссёра Дэвида Финчера, то он уверен, что эта история ставит лишь диагноз обществу, но не способна прописать нужный курс лечения.