Ещё

«Необъятный Рязанов» на Московском культурном форуме 

«Необъятный Рязанов» на Московском культурном форуме
Фото: Ревизор.ru
Участники спектакля-концерта выступили перед гостями форума, исполнили песни из фильмов и поделились воспоминаниями о нём, создав ностальгическую атмосферу вечера. Также был представлен лиричный отрывок из фильма «Карнавальная ночь-2», где Эльдар Рязанов и  исполняют песню на его стихи «Хочется лёгкого, светлого, нежного…»
Яркими и красочными были воспоминания актрисы Лии Ахеджаковой, которая оказалась в центре зрительского внимания. Она рассказала об Эльдаре Рязанове не только как о режиссёре, но и как о человеке, который обладал внутренним спокойствием и умением сопереживать, с пониманием относиться к людям. Лия Ахеджакова. Фото: Елизавета Гришанова
Актриса вспомнила о съёмках фильма «Гараж», в котором ей досталась роль матери-одиночки Малаевой.
— Эльдар Александрович с нежностью рассказал мне о матери-одиночке, в роли которой мне предстояло выступить. Такой способ обращения с актёром, чтобы он прочувствовал роль, гораздо лучше, чем заставлять его и запугивать, как это делают некоторые режиссёры. Меня настолько затронул образ этой матери-одиночки, что даже всплакнула. Благодаря дружбе с Эльдаром Александровичем на съёмочной площадке «Гаража» сложилась особенная атмосфера, в которой я пребываю до сих пор. Он сумел заставить меня сопереживать тем людям, которых я играю, болеть за них душой. После премьеры фильма «Гараж» люди на улице меня целовали, обнимали и благодарили, и куда бы я не приезжала, меня везде воспринимали как родную. После съёмок кинокартины «Небеса обетованные» у меня появилось ощущение, что я в ответе за них за всех, ко мне подходили люди и рассказывали о своих бедах, выражали благодарность мне и Рязанову.
Произошёл судьбоносный эпизод, связанный с фильмом «Старые клячи», когда мы — я, Гурченко и Купченко сидели за решёткой в Хамовническом суде. Фильм мы там снимали три дня, а через много лет я пришла на суд Ходорковского и Лебедева, которые сидели за той же самой решёткой Хамовнического суда, только судьи были другие. Я увидела интеллигентных людей, настоящих мучеников — вот так ужасно и абсурдно кино и жизнь соприкоснулись друг с другом в моей памяти. Лия Ахеджакова. Фото: Елизавета Гришанова
Вообще, Москва для меня — это город Рязанова. Вот здесь мы с  сидели на паперти, вон там была огромная помойка, и мы, целый день утопая в миазмах, играли сцену для фильма «Небеса обетованные», которую потом вырезали. Весь город — это город воспоминаний о сыгранных ролях, о том трагическом мгновении, когда мы прощались с Рязановым…
С уходом Эльдара Александровича и других великих режиссёров исчезают моральные авторитеты. Некоторые, конечно, остались: они по традиции пытаются удержать ускользающий мир советского кинематографа, оставить в фильмах порядочность, благородство, человечность, возможность говорить правду. Но всё это понемногу уходит в небытие. Это было общество, где находились люди огромного творческого запала, как , , . Эльдар Александрович всех заражал своим юмором. Как говорил Табаков: «Наше дело весёлое», и не было угрюмости, все были дружны. Я навсегда запомнила очарование атмосферы дружеского соучастия на съёмочной площадке, и очень жаль, что этого никогда уже не будет, хотя было и плохое, и тяжёлое, и горькое. Но рабочий процесс был красивым и весёлым, а люди — яркими и остроумными.
Режиссёр поделился воспоминаниями о знакомстве и общении с Эльдаром Рязановым.
— Когда в процессе создания фильма «Серые псы» я находился на съёмочной площадке, зазвонил мобильный телефон, и я снял трубку. Я услышал вежливый голос: «Вас беспокоит Эльдар Александрович Рязанов. Очень рад познакомиться». Я ответил: «Я тоже очень рад…» Хотя на самом деле я был не просто рад, я был в диком восторге. Но заочно Рязанова я знал с раннего детства: по его кинокартинам — «Ирония судьбы», «Карнавальная ночь», «Необыкновенные приключения итальянцев в России», «Служебный роман», его книгам, выступлениям по телевидению, которые составляли золотой багаж моего личного опыта. Как мне казалось, я прекрасно знал Рязанова: его фильмы, его рассказы. Я придумывал себе его образ, но я не знал, насколько это яркий, обаятельный и удивительный человек в личном общении. Николай Лебедев. Фото: Елизавета Гришанова С начала 2000-х мы стали общаться, в праздники я звонил ему и говорил с ним, особенно в День рождения и на Новый год. Новый год — это праздник, который Рязанов нам подарил, его фильмы создают уникальную атмосферу.
Однажды на Новый год я позвонил ему и открыл душу — сказал, как он важен в моей судьбе, какое огромное место занимают в моей жизни его кинокартины и педагогические труды. Рязанов внимательно выслушал меня, а потом сказал: «Коля, заметьте — я лесть не люблю». Я это запомнил.
Когда мы встретились на одном из кинофестивалей, я позвал его на показ своего фильма «Фонограмма страсти», но он сказал, что не сможет прийти и пожелал мне удачи. Во время показа я взошёл на сцену и вдруг увидел Эльдара Александровича и представил его аудитории. Все встали, зааплодировали ему. Уже после фильма, когда мы встретились с ним в гостинице, он стал рассказывать мне о кинокартине. «За сценарий я бы вам поставил „два“, — сказал он, после чего подробно и чётко разъяснил, что ему не понравилось. Он был обаятельным, обладал прекрасным чувством юмора и в каждом разговоре, в каждой своей формулировке был предельно чёток. Он искренне ценил собеседника, уважал его и поэтому говорил правду. В конце отзыва о моём фильме он сказал: „А вот за режиссуру я бы поставил Вам „пять“. В фильме много интересных моментов“. На что я ему ответил: „Эльдар Александрович, заметьте — я лесть не люблю“.
И так мы с ним общались. Я думаю, что много доброго и прекрасного связано с Рязановым не только у меня, но и у каждого человека, который видел его фильмы. Из его книг я почерпнул много такого, на чём строится моё личное ощущение кинематографа. Без Эльдара Рязанова мир стал грустнее, но благодаря тому, что остались его фильмы, стихи и книги — мы счастливые люди. Мы всё равно продолжаем жить в эпоху Рязанова, становимся чуть лучше, светлее и добрее. И эти имена, которые он использовал в своих картинах — Вера, Надежда, Любовь, так же важны для каждого из нас, как были важны в его творчестве. Методие Бужор. Фото: Елизавета Гришанова
Концертную программу „Необъятный Рязанов“ завершил Методие Бужор. Он исполнил перед зрителями любимые композиции Эльдара Рязанова — „Дорогой длинною“, „Мой Путь“.
Видео дня. Артисты, кусавшие локти после отказа от ролей
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео