Фильмы
ТВ
Сериалы
Актеры
Тесты
Фото
Видео
Прямой эфир ТВ

Владимир Котт рассказывает почему кино перестает быть пищей для ума и души

Картина режиссера , над съемками которой он сейчас работает, называется «Конец фильма». В интервью «Вечерке» режиссер рассказал о своей новой работе.

Владимир Котт рассказывает почему кино перестает быть пищей для ума и души
Фото: Вечерняя МоскваВечерняя Москва

Режиссер Владимир Котт снимает полнометражную картину о бунтарях в отечественном кинематографе, которых не купишь, не построишь и не заставишь плясать под дудку продюсера. Правда, сам Владимир Котт играет антипода главного героя — режиссера, готового на все ради денег. Продюсером фильма стал его брат . В интервью «Вечерке» Владимир Котт рассказывает о причинах, побудивших его высказаться на больную тему: почему кино перестает быть пищей для ума и души.

Видео дня

— Владимир, неужели у режиссеров больше нет тем, кроме как снимать про самих себя и свои проблемы?

— Сценарий «Конец фильма» был написан три года назад, но только сейчас выдалась возможность его реализовать. Наша история не о кинематографе, а об отношении к себе и к своему творчеству. Мы захотели снять историю про то, чем мы занимаемся.

— К какому жанру относится картина?

— Мы снимаем комедию, и люди, которые видели отснятый материал, склоняются к тому, что комедии в фильме больше, чем драмы. Правда, я привык к тому, что в начале у меня всегда весело, а к финалу — грустно. Но в данном случае драмы не хочется.

— В главном герое — режиссере Мите — есть ваши черты?

— Да. Когда я писал сценарий, то отказывался от всего, что мне не нравится в кино, из-за чего пережил и безденежье, и простой. В результате пришел к выводу, что и впредь не буду снимать то, что мне не близко, не интересно, чуждо.

— А что можно сказать о герое, которого играете в «Конце фильма» вы?

— Я играю успешного, продажного режиссера, у которого в отличие от главного героя – всё беззаботно.

— В качестве сопродюсера картины выступает ваш родной брат Александр. Так кто из вас главный?

— Александр нашел людей, у которых есть небольшие финансовые возможности мне помочь, но творческая часть картины по большей части на мне.

— Вместе с братом вы руководите мастерской «Режиссура игрового кино» во ВГИКе. По какому принципу вы набирали учеников?

— Мы с братом набрали курс ребят, которые абсолютно не похожи на нас. Есть мастера, предпочитающие близких по духу, взглядам, эстетике учеников, а нам с братом интереснее работать с нашими антиподами. Зачем плодить себе подобных? В нашей мастерской — разные ребята, но среди них нет ни одного, кто бы напоминал меня или Сашу.

— Вы верите в то, что эти молодые люди способны сказать новое слово, совершить прорыв в кинематографе?

— Для меня прорыв — это волна. Сейчас в кино именно волнообразное движение, один поток сменяется другим. Сегодня огромная волна женского кино. И на нашем курсе — половина девушек. По моим наблюдениям, женщины-режиссеры более целеустремленные, тогда как пацаны этакие «шалтай-болтаи». Мне кажется, что следующей волной будут блогеры, а кино на большом экране останется как «монтаж аттракционов».

— Вы рискнули снять современную историю с элементами злободневности, понимая, что молодежь все-таки острее чувствует время?

— Я разделяю актуальность и современность. Можно быть актуальным, не будучи современным. Если говорить о сегодняшнем времени, по моему ощущению, оно безумное и разъединяющее. Многие люди серьезно думают, что общение в интернете — это настоящее общение. Да, это общение, но не совсем... человеческое.

— Есть ли любовь в вашей картине?

— Любовь есть. К простой девушке. Она не очень красивая, обыкновенная, зато живая и настоящая. И чувство к ней дает герою ощущение ясности. Замечу, что в фильме вместе с реальными героями есть и те, что были рождены в потоке сознания.

— На какую аудиторию рассчитана ваша картина?

На ту, которая не удовлетворяется примитивной комедией положений. На аудиторию, например, картин Вуди Аллена. Возможно, фильм покажут на «Кинотавре». Не думаю, что он будет интересен европейским фестивалям, потому что в нем нет ничего радикального, шокирующего.

— Как проводили кастинг?

Мы искали актеров, которые не играют, а живут в кадре… Я люблю работать с актерами из «Театр.doc», и они есть в этом фильме. В неожиданной роли выступает . В нашем фильме он хулиганит.

— Название «Конец фильма» говорит за себя? То есть кино как часть искусства умирает?

— Если сравнивать кино с шедеврами в музеях, то умирает. Правда, я не знаю, чем закончится фильм, как не знаю, что будет происходить со мной в будущем. Но снимать чуждые мне фильмы не хотелось бы.

— Как часто вы советуетесь с братом?

— С Александром я отсматриваю материалы будущего фильма. Сегодня наши соприкосновения, увы, ограничиваются мастерской во ВГИКе. Мы с Сашей — разные люди, и у каждого из нас своя жизнь. Я восхищаюсь братом, радуюсь за него как за родного человека.

— В вашем фильме фигурирует . Что вы хотите с помощью его образа сказать зрителю?

— Для меня кино 60-х — это «конец кино». Как только появился цвет, кино как искусство закончилось. Почему Мастроянни? Отчасти потому, что я всегда мечтал быть таким, как он — высоким, стройным, белозубым.

СЮЖЕТ

Режиссер, главный герой комедии «Конец фильма», сбегает со съемок собственного сериала, однако кинематограф не готов отпустить его. В фильме снимаются актеры: , , Егор Бероев, , , .

СПРАВКА

Владимир Котт родился в 1973 году в Москве. Окончил режиссерские факультеты ГИТИСа и ВКСР. Работал в тверском ТЮЗе, в Новгородском театре драмы, в театрах Калуги и Москвы. Первым телесериалом, снятым режиссером, стал «Родственный обмен», где снялись , , и . Первым полнометражным кинофильмом В. Котта стала картина «Муха» (2008). Следующей его работой стал фильм «Громозека» (2011), снятый по собственному сценарию. Всего в качестве режиссера снял 18 работ, в шести из них выступил сценаристом.