Ещё
Джон Уик 3
Боевик, Триллер
Купить билет
Покемон. Детектив Пикачу
Мультфильм, Приключение, Фэнтези
Купить билет
Отпетые мошенницы
Комедия
Купить билет
Мстители: Финал
Боевик, Приключение, Фантастика
Купить билет
Братство
Триллер, Военный
Купить билет
Дом, который построил Джек
Триллер, Ужасы, Драма
Купить билет
В метре друг от друга
Мелодрама
Купить билет
Зелёная книга
Биография, Комедия
Купить билет
Большое путешествие
Мультфильм, Приключение, Комедия
Купить билет
Миллиард
Боевик, Приключение, Комедия
Купить билет
Нуреев. Белый ворон
Биография, Драма
Купить билет
После
Мелодрама
Купить билет
Маугли дикой планеты
Мультфильм, Приключение, Комедия
Купить билет
Миа и белый лев
Приключение, Семейный
Купить билет
Отель Мумбаи: Противостояние
Исторический, Триллер, Драма
Купить билет
Пылающий
Детектив, Драма
Купить билет
Букашки 2
Мультфильм, Приключение, Комедия
Купить билет
Щенячий патруль и Нелла, отважная принцесса
Мультфильм, Приключение
Купить билет
На Париж
Исторический, Комедия, Военный
Купить билет
Варавва
Биография, Исторический, Драма
Купить билет

«Либо ругаем, либо любим». «Квартет И» — о россиянах и отношениях полов 

МОСКВА, 14 фев — РИА Новости, Анна Михайлова. В прокат выходит новый фильм «Квартета И» — «Громкая связь». Это официальная адаптация итальянского кинохита 2016 года «Идеальные незнакомцы» режиссера Паоло Дженовезе. По сюжету семеро друзей собираются в загородном доме и все телефонные звонки ставят на громкую связь, а сообщения зачитывают вслух. Ростислав Хаит и Леонид Барац рассказали корреспонденту РИА Новости, чем российская версия отличается от итальянской и какую роль в их личной жизни играет телефон.
— Зачем нужен ремейк, если совсем недавно зрители видели итальянскую версию? Почему им стоит пойти на вашу картину?
Хаит: Мы знаем, сколько зрителей посмотрели итальянскую версию в кинотеатре — порядка 150 тысяч. Еще столько же, наверное, — в интернете. А на наш последний фильм пришли 1,5 миллиона человек.
"Идеальных незнакомцев", мне кажется, знают в основном в Москве и Петербурге, а неплохо бы, чтобы посмотрели по всей стране, потому что сюжет достоин этого. Надеюсь, благодаря адаптации наши зрители воспримут его легче. Для них он будет интереснее и смешнее, а может, грустнее. То есть шире спектр эмоций.
Барац: Это если шершавым языком цифр. А я бы с удовольствием посмотрел, как зритель пошел бы на адаптацию, если бы ее снял кто-то другой. Это еще не та стадия, в которой находятся пьесы Чехова, — вот их не стоит экранизировать. Фильм «Чайка» я так с ходу не вспомню.
Хаит: Мы хотим донести до зрителей, что это официальная адаптация, куплены права.
Мы это сняли не потому, что у нас закончились идеи. Хотя, может быть, так оно и есть. В данном случае нам просто понравился фильм, и мы захотели переложить его на российский лад.
Барац: И он очень к месту пришелся. Мы не понимали, куда сделать следующий шаг, стояли на одной ноге и решали.
— Вы недолго стояли — только в прошлом феврале вышло продолжение «О чем говорят мужчины»…
Барац: Да, но именно в этот момент у меня создалось ощущение, что нужно законсервировать линейку «О чем говорят мужчины», хотя последний фильм прекрасно прошел в прокате.
Все, что мы доносим до зрителя в этой форме, даже если темы и обороты свежие, есть интересные фразы и мысли, — это в одной тональности, которая когда-то была новой, радовала ухо, мы были актуальны. А сейчас, чтобы быть услышанными, тональность нужно сменить. И как раз такая возможность подвернулась.
— Со стороны кажется, что формат «Громкой связи» очень похож на то, что вы делали раньше, — разговорное кино.
Хаит: Для нас это поворот в сторону: и снято по-другому, и другим режиссером, и мы фигурируем не под своими именами, и персонажи совсем другие.
Барац: Алексей Нужный (режиссер фильма. — Прим. ред.) выбивал из-под нас привычную манеру подачи.
— Я знаю, что режиссер даже вмешивался в сценарий. В чем это выразилось?
Хаит: Мы написали сценарий более резкий, жесткий, нежели то, что зрители увидят на экране. А Алексей до этого снял фильм "Я худею", где все очень хорошо заканчивается, поэтому мы с ним боролись. В итоге нашли компромисс, проявили цивилизованность.
— А вы сами любите смотреть киноадаптации? Какие наиболее удачные, на ваш взгляд?
Барац: Когда мы выложили трейлер фильма в Сеть, в комментариях был вал проклятий. Я поискал и нашел список лучших киноадаптаций всех времен. Там такие фильмы, названия которых говорят сами за себя.
Хаит: Я, например, очень люблю французский фильм Люка Бессона «Никита». Есть голливудская адаптация, и я с большим удовольствием ее посмотрел. Мне было очень интересно, это скорее вызывает любопытство. Где-то ты расстраиваешься, что в оригинале лучше, где-то думаешь: «О, здесь круче это сделано».
Или вот прекрасный фильм «На последнем дыхании» с Бельмондо 1960 года. А есть американская версия с Ричардом Гиром 1983 года. Очень прикольно, абсолютно по-голливудски сделано, и на Гира невероятно интересно смотреть, хотя знаешь, чем закончится. Я смотрел не отрываясь.
Барац: Я читал интервью с Михаэлем Ханеке о том, почему он переснял фильм «Забавные игры» кадр за кадром в Америке. Он говорит, что американцы любят все свое.
Мне кажется, в России есть непонимание того, как отнестись к себе и к тем, кто от нас отличается. Либо обрушиться со страшной критикой на европейцев, либо горячо полюбить.
Хаит: Мы максималисты.
Барац: Да, а отношения на равных предполагают существование моста, где можно что-то заимствовать. У вас вот это хорошо, мы это признаем и берем себе, как-то адаптируем, присваиваем, используем, и, может быть, даже улучшаем. А у нас хорошо вот это — забирайте, пользуйтесь на здоровье.
Есть такая история: английский писатель Сомерсет Моэм, который очень любил Чехова и читал русскую критику, был сильно удивлен, увидев, как его ругают. Он обратился к русской подруге-литераторше, и та объяснила: «Это такой специальный жанр — русские о русских».
— Что же вы улучшили в итальянском оригинале, кроме того, что у героя Леонида другая профессия: он не таксист?
Хаит: Мне кажется, мы сделали смешные моменты смешнее, а драматические — драматичнее. То есть немножко амплитуду увеличили.
Мне одна зрительница сказала, что итальянский фильм хороший, но холодный, а у нас за счет того, что действие происходит в загородном доме, создается атмосфера, словно находишься внутри действия, тебе хорошо. К итальянцам попасть не хочется, к нашим героям — хочется. И это большая заслуга Алексея Нужного.
Барац: Диалоги! Мы, думаю, в большей степени хороши именно этим — на закрученный интересный сюжет наложили наши диалоги. К тому же отождествлять себя с соседом легче — если ты узнаешь в персонажах себя или друзей, тебе проще это воспринимать.
— А сами вы себя отождествляете со своими героями? У вас были подобные ситуации в жизни, когда гаджеты влияли на личную жизнь?
Хаит: Конечно. Были очень драматичные ситуации.
Барац: Это настолько типично, что нет человека, с которым бы этого не происходило — если он не отшельник и не мертвый.
— То есть все люди роются друг у друга в телефонах?
Барац: Общий ответ для всего нашего населения: все. Практически.
Хаит: Я никогда не смотрел ничего в чужом телефоне.
Барац: Я смотрел дважды, но нехотя. Так получилось.
Хаит: Это по Довлатову: «Хорошие люди — те, кто делает гадости без удовольствия».
Барац: Самое главное, что это гадость не кому-то, а себе. Но я понимаю тех, кто это делает, — удержаться и не посмотреть в телефон, когда у тебя есть подозрения, а там что-то высветилось, почти невозможно.
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео