О человеке удивительно многогранного таланта мне в свое время впервые поведал мой давний и добрый друг Евгений Широков. Его имя, кстати, тоже хорошо известно, особенно в журналистской среде. Лауреат Государственной премии СССР, более полувека проработал в системе телевидения и радио, был заместителем председателя РГРТК «Останкино», возглавлял радиостанцию «Маяк». А еще он большой знаток поэзии и сам пишет замечательные стихи. Между прочим, именно это помогло ему в свое время по достоинству оценить замечательные стихи Владимира Харитонова, легшие в основу легендарной песни «День Победы». И именно ему мы обязаны ее первым шагам в народ. Об этом до сих пор вспоминает Лев Лещенко, лучший ее исполнитель. Все решила встреча редактора радиостанции «Юность» Евгения Широкова с певцом. «Есть очень хорошая песня, - сказал он Лещенко, - но я тебя сразу предупреждаю - ее худсовет зарубил». А ведь тогда без худсовета невозможно было попасть в эфир! И пробиралась песня «День Победы» в него с большим трудом. Объяснить это было трудно. Вроде как посчитали поначалу слова простоватыми для такого случая. Слава Богу, ошиблись. Песня пробилась в эфир на концерте в честь Дня милиции в ноябре 1975 года, и с тех пор волнует души всех поколений.

«Руссфанер»

Но это вместо предисловия, потому что Константин Михаленко, о котором мне подробно не однажды рассказывал хорошо знавший его Евгений Широков, как раз один из тех, кто, перефразируя слова песни, был среди тех, кто «приближали день Победы, как могли» в боях с жестоким врагом. Причем летчик Михаленко крошил его порядки с воздуха. С детства мечтая о небе, он, с отличием окончив школу и Гомельский аэроклуб ОСОАВИАХИМА, уступил просьбе родных получить высшее образование. Не исключено, что новоявленный студент Белорусского мединститута послужил бы стране в качестве отличного работника здравоохранения, но началась финская война, и Костя Михаленко отправился на фронт санинструктором разведвзвода. Возвратившись с войны, продолжил учебу в институте, а заодно и осуществлял свою мечту, увлекшись планерным спортом. Да так, что после очередного успеха на городских соревнованиях его направили учиться в Харьковскую Военную авиационную школу лётчиков и лётчиков-наблюдателей. Страна остро нуждалась тогда в «сталинских соколах».

С первых дней Великой Отечественной войны Михаленко снова на фронте. Его боевые дороги, начавшись от Москвы, прошли через Сталинград, Курск, Минск, Брест, Варшаву, и так до самого Берлина. На счету Михаленко без малого тысяча вылетов, в ходе которых он производил бомбометания по вражеским объектам, снабжал партизан оружием и продовольствием, а также забрасывал разведчиков в немецкий тыл. В этих полетах, как он сам вспоминал, его не спасали от смерти ни броня «летающего танка» Ил-2, ни авиапушки «яков» и «лавочкиных», как других летчиков, пилотировавших эти самолеты, а лишь дерево и перкаль открытой кабины «небесного тихохода» По-2, в годы Великой Отечественной войны ставшего ночным бомбардировщиком. А летал Михаленко сквозь смертельные трассы зенитных пулеметов и разрывы снарядов, под слепящими лучами прожекторов, на той высоте, где по большей части не спасет парашют, который просто не успеет раскрыться, когда ты покидаешь подбитую «этажерку». И так все годы войны!.. За одну ночь, например, участвуя в Сталинградской битве, Михаленко приходилось совершать до 12 вылетов. Но снова и снова он возвращался на родной аэродром, хотя не всем его однополчанам везло, для многих из них очередной полет оказывался последним. Немцы хотя и прозвали По-2 «кофейной мельницей» и «руссфанер», боялись ночных бомбардировщиков не меньше легендарных «илов»: «кукурузники» наносили врагу ущерб, сопоставимый с потерями от налетов «черной смерти», и вклад «ночных ведьмаков» в нашу Победу не просто велик, а бесценен.

За успешное выполнение боевых заданий Константин Михаленко был награжден тремя Орденами Красного Знамени и двумя орденами Отечественной войны I степени, а также он был удостоен звания Героя Советского Союза.

Война закончилась, но Михаленко не собирался менять летную профессию. С легкой руки знаменитого пилота Ильи Мазурука он пошел в Полярную авиацию. География полетов Михаленко обширна - это труднодоступные районы Арктики, а также ледовая разведка всех арктических морей и морей Дальнего Востока. А еще организация и снабжение научных дрейфующих станций «Северный полюс», начиная с «СП-3» и заканчивая «СП-18». В конце 50-х годов он возглавил морской авиаотряд Советской Антарктической экспедиции Академии наук СССР. Налетав в небе Арктики и Антарктиды 22 тыс. часов, Михаленко получил звание «Почетного полярника».

(Окончание следует)