Фильмы
ТВ
Сериалы
Актеры
Тесты
Фото
Видео
Прямой эфир ТВ

Клим Шипенко: «Это такой вызов: а получится ли у нас?»

Режиссер фильма перед стартом рассказал о своем новом фильме.

Клим Шипенко: «Это такой вызов: а получится ли у нас?»
Фото: НДН.ИнфоНДН.Инфо

Видео дня

громко заявил о себе фильмом (для тех, кто не смотрел: это воссоздание реальной экспедиции космонавтов Владимир Джанибекова и на аварийную орбитальную станцию «Салют-7», с которой была потеряна связь; в фильме героев играют и ).

Большой резонанс и хорошие кассовые сборы были также у фильмов Клима «Текст» и «Холоп». Ну и по сумме достижений и по знакомству с космической темой ему, наверное, и доверили снять первый в мире полнометражный художественный фильм в космосе с рабочим названием «Вызов». Этот совместный проект , Первого канала и студии «Yellow, Black and White» будет сниматься и на земле, и на Международной космической станции. В киноэкспедиции — как и в обычных космических полетах — два экипажа: основной и дублирующий. В основном — космонавт , актриса и режиссер Клим Шипенко. В дублирующем — космонавт , актриса и оператор . Старт с космодрома Байконур на корабле «Союз МС-19» запланирован на 5 октября.

Обе съемочных группы прошли строжайшую медкомиссию и цикл тренировок в в Звездном городке. Перед вылетом на Байконур (где оба экипажа будут до старта на карантине) нам удалось сделать интервью с Климом Шипенко (к сожалению, из-за жесткого ограничения по времени некоторые вопросы задать не удалось — но на те, что успели, режиссер ответил предельно откровенно).

Драма на орбите

— Клим, про фильм «Вызов» было много разной информации. Но нигде не писали о подробностях сюжета, сценария. Расскажите, про что фильм, в каком жанре он будет сниматься?

— Это будет драма. Понятная, жизненная, основанная в каком-то смысле на нашем опыте. Когда я придумывал сценарий или концепцию (Клим Шипенко — еще и один из сценаристов фильма. — Прим. авт.), то я решил, что он должен быть понятен и близок всем людям. Особенно всем тем, кто никогда не бывал в космосе. В основе этого фильма лежит история, в которой простому человеку — женщине, которая никогда и никаким образом не соприкасалась с космонавтикой, предлагают полететь на станцию МКС и спасти жизнь космонавту. Она врач, и это ее профессия. То есть она должна сделать все то же самое, что и на земле — но в космосе, в условиях, в которых она никогда раньше не работала. Часть фильма — то, что происходит перед тем, как она полетит на МКС. А часть — ее полет и, соответственно, миссия по спасению жизни космонавта. Ну вот так, если кратко. Мы хотим, чтобы каждый человек почувствовал и подумал: чтобы было бы, окажись он на ее месте? Боялся или не боялся, как готовился и так далее... Это такой опыт от первого лица. Мы же не знаем, на что мы способны на самом деле, когда мы оказываемся в таких ситуациях, к которым мы не готовились. Это такой вызов: а получится ли у нас? Вот такая у нас идея.

— Съемки художественного фильма в космосе — это довольно неожиданно. А как к этой идее отнеслись сами космонавты?

— Мне кажется, что кинематограф проник уже во все сферы земной деятельности людей, и фильмы снимались уже везде и с участием представителей разных профессий, и эти люди становились частью съемочных групп. И все, как мне кажется, были рады, что игровое кино как-то заглядывает в их деятельность и у них есть шанс стать частью кинематографа. Почему-то космонавты оставались до сих пор неохваченными этим процессом. Это несправедливо. Поэтому у нас сложилась такая вот коллаборация. Мне кажется, что все космонавты — насколько я это чувствую — этому рады. Конечно, специфика кинематографа принесет какие-то коррективы в жизнь МКС во время нашего присутствия. Но это будет не такое длительное время. И потом, я думаю, космонавты будут по нам скучать. Потому что это опыт, который все вспоминают. Я говорю это на примерах других профессий, с которыми работал раньше. Все вспоминают об этом опыте с удовольствием, делятся впечатлениями. И это то, после чего не только нам останутся впечатления, но и им тоже.

Невесомость как данность

— Съемки в космосе, получается, скоро станут реальностью. Как вы думаете: это как-то повлияет на кинематограф в целом?

— Нам еще предстоит снимать: надо все же убедиться, что мы сможем это сделать так, как запланировали. Там есть своя специфика — и с актерами, и с камерой, и так далее. Все то, что на земле делается при помощи многих людей и техники, и все это отработано десятилетиями, то в космосе нам только предстоит это все проверить и понять, как это происходит. Все фильмы про космос, которые снимают на земле, выглядят так: «Мы точно не знаем — но, наверное, там это будет как-то так…» Даже, если в съемках принимает участие настоящий космонавт — он все равно не может пролететь по земной декорации точно так же, как он летает в космосе, и продемонстрировать, что это такое. Даже те фильмы, у которых огромные бюджеты — у них есть сложности с воспроизведением невесомости. Потому что, когда ты это делаешь на земле — я и сам это делал — все этому сопротивляется. И на это уходит неимоверное количество денег, времени и сил. А на станции МКС невесомость — это данность. Но там для съемок другие проблемы... Поэтому — да, с одной стороны, кинематограф продвинется, а с другой стороны — будем выяснять, какие технические сложности преодолевает фильм, который там снимается. Это такой эксперимент. Зрителю нравится кино о космосе, на него большой спрос.

— В качестве актрисы летит Юля Пересильд. Но в фильме есть и другие герои. Получается, что космонавты в фильме будут и как актеры?

— Конечно. С самого начала я понимал, что у нас есть ограничения. Что я не смогу привезти в космос больше, чем одного актера. И мне нужно было придумывать историю так, чтобы сами космонавты были актерами. Это те роли, которые они привыкли играть. Поэтому так или иначе они будет сниматься, и играть они будут, конечно же, космонавтов. То есть, они будут играть себя, но в тех обстоятельствах, которые прописаны в сценарии.

Космическое меню

— Простым людям всегда интересны бытовые вопросы: чем питаться будете, где спать?

— Нам уже известно, и где мы будем спать, и чем питаться: нам огласили меню. Оно разнообразное. Мы даже попробовали какие-то блюда из этого меню, и они вкусные. Так что голодать не будем. Также опробовали ложки — они вполне себе земные, но просто надо научиться ими пользоваться в невесомости. Этому навыку мы обучались, и судя по тому, что сдали экзамены — обучились. Каюты, спальные мешки — все готово. Все в плане комфорта должно быть обеспечено.

— А что конкретно в меню?

— Космонавтам выбирают такой рацион, чтобы они чувствовали себя хотя бы по вкусовым своим рецепторам как на земле. Блюда, которые они любят, к которым они привыкли на земле, им и предоставляют в космосе. Есть блюда и русской кухни, и кавказской, и других: борщ, харчо и так далее... Разнообразие огромное! То есть меню в разы больше, чем в любом ресторане. Мы-то будем там 10 дней, а космонавтам там работать и жить полгода. И за это время они не должны устать от этого рациона. А нам точно за это время не надоест — будем все дегустировать... Еда сублимированная, что-то в консервах... Мы постараемся, чтобы она не разлеталась по всей МКС. Мы, конечно, тренировались, но в невесомости есть не приходилось еще. А пить пробовали. Это практически так же, как на земле, только немного мы расплескали... Но это наш первый опыт, больше так делать не будем! (Смеется.)

Трудности роста

— А расскажите про чувство невесомости. При подготовке к полетам ее же удалось испытать?

— Оно необычное. И несопоставимо просто с обычным полетом — например, когда ты прыгаешь с парашютом или с вышки в воду. Ты в этом случае так или иначе как бы «пилишь» собой воздух. А там нет такого ощущения. Вот ты сидишь в комнате, из-под тебя убрали стул, но ты почему-то не падаешь. Трения ты тоже не чувствуешь. Наверное, я могу так максимально понятно объяснить и описать.

— Что для вас было самым сложным?

— Тренировки непосредственно в корабле, так как там тесновато сидеть людям моего роста (рост Клима Шипенко — 1 метр 90 сантиметров. — Прим. авт.) Потому что там приходилось быть по четыре часа, а то и по семь или восемь. Так что физически это было самое сложное из всего того, что прошел я. Но ничего. Все, кто думает о космическом туризме — не расстраивайтесь. В будущем обещают кресла увеличить — для того, чтобы люди моего роста и выше могли себя комфортно чувствовать и лететь с комфортом на МКС. Я сейчас полечу так, но ничего — когда будет продолжение фильма, когда мы полетим на Марс, то кресла будут уже хорошие. (Смеется.) Это будет всего через пару лет: Марс зовет!

Валерия Хващевская, фото Вадима Тараканова, Саши Гусова, пресс-службы Первого канала и студии «Yellow, Black and White».

(ИА «Столица»)