Фильмы
ТВ
Сериалы
Актеры
Тесты
Фото
Видео
Прямой эфир ТВ

Что русские творят. Как российское кино удивило весь мир новыми технологиями?

Что русские творят. Как российское кино удивило весь мир новыми технологиями?
Фото: Lenta.ruLenta.ru

Не секрет, что многие из давно вошедших в обиход кинематографистов технических изобретений были придуманы советскими и российскими киноинженерами, операторами, звукорежиссерами: в доказательство — десяток выигранных ими «Оскаров» за технические и научные достижения в кино. Куда менее известен тот факт, что и наше современное кино не только технологически конкурентоспособно на мировом уровне, но и продолжает предугадывать и задавать тренды — как было, например, во время пандемии 2020-го, когда придуманный российским режиссером формат скринлайф-кино стал самым востребованным новшеством года во всей индустрии. «Лента.ру» в рамках проекта рассказывает, как этой и другим российским кинотехнологиям удалось удивить мир.

Видео дня

Жизнь на десктопе

В 1946 году попытался осуществить формальный эксперимент, которого прежде кинематограф не знал, — свой нуар «Леди в озере» он снял полностью субъективной камерой: зритель на протяжении всего фильма не видел в кадре главного героя, частного детектива Филипа Марлоу, зато мог наблюдать за его приключениями его же, совпадающими со взглядом камеры, глазами. Спустя полвека, когда в человеческую жизнь вошли интернет и цифровые технологии, появление фильма, который попробовал бы повторить прием Монтгомери (субъективную камеру, пусть и на дистанции не целых картин, но отдельных эпизодов и кадров, к тому времени уже массово апроприировали фильмы ужасов), но и развить его, ограничив и взгляд камеры, и действие ленты экраном компьютерного монитора, стало делом времени (и изобретательности).

В 2000 году такое кино появилось — и даже удостоилось приза за лучший дебют по версии FIPRESCI на Венецианском фестивале. Сетевая фантасмагория о современном одиночестве «Влюбленный Тома» бельгийца Пьера-Поля Рендерса разворачивалась в недалеком будущем и показывала взгляд на мир затворника-агорафоба, который буквально всю свою жизнь проводит онлайн, среди друзей по видеочатам и виртуальных секс-работниц. Рецензии на фильм были противоречивыми: хватало критиков, которые сочли форму «Влюбленного Тома» всего лишь трюком для привлечения внимания к картине. Трюк это был или нет, но он сработал — лента Рендерса даже выходила на домашних носителях в России. Примерно в тех же выражениях (за исключением артхаусных интенций) говорили и о первой попытке осуществить то же самое, но на территории жанрового кино — в паранормальном хорроре «История Коллинсворта».

Неудивительно, что в 2010-х, когда интернет стал во многом и для многих даже более органичной средой обитания, чем реальный мир, идея кино, разворачивающегося исключительно на экране монитора, телефона, планшета, стала особенно заманчивой и обрела своего первого по-настоящему влиятельного проповедника. Ему же принадлежит статус если не первооткрывателя формата, то человека, придумавшего ему название. , автор первого постсоветского блокбастера «Ночной дозор», увлекся идеей десктоп-кино в 2013-м, а уже в 2014-м представил первый подобный фильм своей студии — хоррор , а также озвучил термин «скринлайф», который довольно быстро прижился и стал общеупотребляемым не только в России, но и на мировом уровне.

65 миллионов долларов собрал в мировом прокате фильм «Убрать из друзей»

Разработка первого по-настоящему современного блокбастера в новом, прежде не использовавшемся большим кино формате не была легкой, рассказывает режиссер «Убрать из друзей» Леван Габриадзе. «Мы каждый день пользуемся этими вещами, взаимодействуем с этими интерфейсами, но никто не задавался вопросом, как это должно выглядеть в кино, вот мы и захотели на него ответить, начиная от анимации курсора и заканчивая тем, где и в какой момент должны появляться новые окна и вкладки. При этом мы старались сделать так, чтобы на это было интересно смотреть и зрителю, который пришел в кинотеатр.

Потому что кроме отснятого материала нам еще пришлось собирать миллион слоев того, что происходит на мониторах героев: какие сайты они открывают, что параллельно пишут в соцсети — и все это очень важно, потому что создает дополнительный драматический эффект и открывает новые грани персонажей», — вспоминал постановщик. Усилия окупились: фильм с бюджетом 1 миллион долларов вышел в прокат по всему миру и стал хитом.

Успех «Убрать из друзей», разворачивающегося в Skype-конференции и Chatroulette фильма ужасов о чудовищных последствиях одного кибербуллинга, Бекмамбетова явно окрылил — настолько, что он объявил о запуске в работу еще семи полных метров скринлайф и довольно быстро принялся трансформировать свою компанию Bazelevs из типичного продакшена в более-менее лабораторию, занятую не только производством фильмов, но и работой над технологиями, которые для развития скринлайфа необходимы.

Параллельно Бекмамбетов стал самым громким в мире публичным спикером, высказывающимся о том, что именно за десктоп-кино — будущее кинематографа как такового, а скринлайф войдет в историю не как маркетинговый или формальный трюк, но как минимум как отдельный самостоятельный жанр. «Сегодня я провожу семь часов перед экраном, говорит мне мой телефон. Скоро будет девять, наверное. Половина событий моей жизни происходит в цифровом мире. Соответственно, в кино про меня как минимум половина должна быть показом экрана», — говорил режиссер в интервью Inc. Russia.

Громкости его заявлений поспособствовал тот факт, что успех «Убрать из друзей» в мировом прокате стал не единственной победой скринлайфа. Следующий скринлайф-проект Bazelevs, триллер Аниша Чаганти со звездой «Стар Трека» в главной роли отца, ищущего пропавшую дочь по уликам, оставшимся на ее ноутбуке, был отобран в программу «Сандэнса», а затем стал хитом проката: при бюджете 880 тысяч долларов он собрал по всему миру 75 миллионов. А в представленном публике в том же 2018 году и поставленном самим Бекмамбетовым «Профиле» скринлайф стал проводником уже для актуального политического сюжета — истории журналистки, которая с помощью интернета расследует схему вербовки последователей исламскими фундаменталистами с Ближнего Востока. «Профиль», что неудивительно с такой болезненной для широкой аудитории темой, хитом проката уже не стал, зато удостоился приза зрительских симпатий в секции «Панорама» Берлинского фестиваля.

«Зрителям нравятся скринлайф-фильмы — это другой уровень подключения к зрелищу на экране, и мы чувствуем это на каждом показе, как на фестивалях, так и в прокате. Я хочу доказать, что в скринлайф можно снимать истории абсолютно в любом жанре. Тем более в случае "Профиля" мне вообще трудно представить, как подобную историю можно было бы рассказать средствами традиционного кино. И фундаменталисты активно пользуются возможностями интернета для вербовки, и журналисты, расследующие их деятельность, поэтому и фильм на эту тему должен отталкиваться от виртуальности. Скринлайф эту возможность дает», — объясняет Тимур Бекмамбетов, как продвигаемый им формат расширяет возможности кинематографа.

Бекмамбетов добавляет: «Но это осознанная провокация — именно такие подталкивают прогресс. А в том, что за скринлайфом — следующая ступень прогресса кино, у меня никаких сомнений нет. Мы живем в цифровой среде настолько плотно, что кинематограф должен рано или поздно это начать осмыслять. Пока он — я имею в виду индустрию — еще пытается держаться за старый порядок вещей, что понятно: люди всегда опасаются перемен. Замедлить эти перемены, правда, еще никому в истории человечества не удавалось».

Коронавирус как катализатор

До определенного момента предсказания Бекмамбетова о том, что совсем скоро, уже вот-вот, скринлайф подомнет под себя чуть ли не половину всего кино- и сериального контента, казались, мягко говоря, преувеличенными: в 2018-2019 годах с десктоп-форматом экспериментировали лишь некоторые, в основном работавшие в жанре хоррора режиссеры. В России разброс жанров был чуть более интересным: в «Днюхе» попробовал исключительно на экранах гаджетов рассказать комедийную историю в духе «Мальчишника в Вегасе», а и в сериале «Света с того света» перевели в веб-конференцию более-менее типичный ситком, высмеивающий бум любительской экстрасенсорики среди обывателей.

В начале 2020-го невероятные глобальные обстоятельства заставили обратиться к скринлайфу весь мир

В марте 2020 года весь мир сел в локдаун — и производство кино встало на паузу, которая во многих странах длилась месяцами, а когда и прерывалась в промежутках между волнами пандемии коронавируса, то съемочные бюджеты резко увеличились из-за необходимости соблюдать многочисленные ограничения. Парадоксальным решением этой проблемы стал именно скринлайф — причем решением не только технологическим. В сущности, в скринлайф ушло все отправившееся на удаленку человечество, а большая часть деловой, учебной, даже социальной активности переместилась в Zoom. Этот резкий в своей вынужденности цифровой переход немедленно потребовал культурного осмысления — и скринлайф-кино стало идеально подходящим для этого инструментом.

Неслучайно одним из самых расхваленных критикой (рейтинг в 100 процентов на сайте Rotten Tomatoes) фильмов 2020-го стал изобретательный британский скринлайф-хоррор «Хост», в котором в Zoom-созвон нескольких друзей вторгается демон-убийца. Немало внимания на фестивале «Сандэнс» заслужил и спродюсированный рэп-суперзвездой Дрейком комедийный хоррор Юджина Котляренко, в котором мечтающий о вирусной славе водитель Uber начинает убивать своих пассажиров и стримить свои преступления в интернет. «Отрыв» снимался еще до пандемии, но вышел на экраны уже во время нее — и очевидным образом оказался актуальнее, чем мог бы быть в мире, не знающем коронавируса.

Еще более логично то, что главным бенефициаром скринлайф-бума 2020-го стал именно Тимур Бекмамбетов, пророчества которого о десктоп-революции в кино благодаря пандемии сбылись: реальность догнала его идеи. В июне 2020-го Бекмамбетов подписал с Universal контракт на производство сразу пяти скринлайф-фильмов. При этом параллельно его студия Bazelevs уже снимала для российского рынка осмысляющий семейную жизнь в условиях локдауна мини-сериал с Анной Чиповской и Дмитрием Ендальцевым (актерами, которые являются парой и в реальной жизни) и многосерийный проект «Алиса», в котором к элементам скринлайф-кино добавлялся еще и такой технологичный персонаж, как одноименная голосовая помощница.

Более 10 скринлайф-сериалов вышло в России в 2020 году

Пример Бекмамбетова в пандемию оказался заразителен для его коллег-соотечественников: только в 2020 году в России вышло не менее 10 скринлайф-сериалов. Это и селебрити-мокьюментари «Нагиев на карантине», в котором свои будни в режиме самоизоляции доводит до абсурда звезда «Физрука», и разворачивающийся на веб-совещаниях сотрудников торговой сети производственный ситком «#СидЯдома», и мелодраматический сериал-альманах «Безопасные связи», и «Удаленка», и «Зона комфорта», и «Изоляция», и даже «Психологини на карантине» — к теме карантинной реальности, а значит, и к формату скринлайфа в пандемийной России, по ощущениям, попытались приложиться все видные деятели кино и поп-культуры в диапазоне от до и от до .

По мере снятия ограничений и адаптации мира к жизни в условиях пандемии постепенно подстроилась под новую реальность и киноиндустрия — в том числе и в России, где обошлись без таких долгих и многочисленных карантинов, как в других странах. Слегка спал на этом фоне и ажиотаж вокруг скринлайфа, но не запал Тимура Бекмамбетова этот формат развивать (в конце концов, контракт с Universal никто не отменял, а его плоды еще впереди). Режиссер уже объявил о запуске в производство документального скринлайф-проекта, посвященного событиям на Украине (это, к слову, не первый его опыт в десктоп-документалистике — еще в 2018-м у Тимура Бекмамбетова и вышел вертикальный веб-сериал 1968.DIGITAL). Параллельно его компания Bazelevs развивает свои скринлайф-студии, открывшиеся по всему миру, разрабатывает связанные со скринлайфом технологические инновации. Это, например, создающий виртуальные голоса на основе машинного обучения проект Vera Voice и технология Click Order, которая позволяет записывать не только объекты на экране, но и их свойства — то есть в будущем даст зрителю доступ не только к киноизображению как таковому, но и ко всему, что в нем содержится, будь то книги на полке героя или сохраненные ссылки в его браузере. «Платформа основана именно на возможности дать зрителю жить на экране героя», — говорит об этом Бекмамбетов. После того как его предсказания о буме скринлайфа однажды уже сбылись, спорить с ним о перспективности такой затеи, судя по всему, себе дороже.

Нейросети и дипфейки

Скринлайф стал самым заметным технологическим новшеством в пандемийную эпоху, но им российский вклад в инновационный прогресс киноиндустрии не исчерпывается. Тот же Бекмамбетов, работая над военным байопиком «Девятаев», который вышел на экраны в 2021-м и заслужил положительные отзывы критики и зрителей, продемонстрировал, как с помощью технологий радикально сократить съемочный бюджет сцен воздушных боев. По словам режиссера, все такие эпизоды (многочисленные в картине о летчике-герое Великой Отечественной) снимались в компьютерной игре War Thunder и уже потом доводились до необходимого для кино качества изображения. К подобным решениям только недавно начали прибегать и в Голливуде — например, на съемках сериала-хита «Мандалорец».

Активно использует российская киноиндустрия и такие доступные в современном мире возможности, как искусственный интеллект, дополненная и виртуальная реальность. Речь в данном случае не только о VR-проектах, которые в России, как и во всем мире, переживают взлет популярности (и тут отечественные режиссеры уже могут похвастать участием в VR-секциях Каннского и Венецианского фестивалей), но и о привлечении сложных технологических решений для создания дорогостоящих и конкурентных в сравнении с зарубежным контентом фильмов-блокбастеров.

Нейросети, дополненная и виртуальная реальность используются в производстве фильмов в России

Например, ключевым элементом в работе над сказочным хитом проката стала созданная в России технология ViewGA — программно-аппаратный комплекс виртуальной и дополненной реальности, который позволяет во время съемок визуализировать для съемочной группы будущий кадр уже с компьютерной графикой. Очевидно, что такое решение в эпоху CGI существенно облегчает работу над фильмом, позволяя оперативно вносить коррективы в мизансцены и работу с актерами, которые, в свою очередь, уже не должны воображать себе будущие спецэффекты, в реальности глядя на зеленый экран хромакея, а могут сразу увидеть на мониторе воплощенный замысел кадра. Логично и то, что использование ViewGA существенно ускоряет постпродакшен.

В другом основанном на сказочном материале отечественном блокбастере создатели уже задействовали специально для фильма разработанную программу на базе нейросетей. Искусственный интеллект до деталей автоматизировал процесс создания CGI-декораций и CGI-персонажей, позволив оперативно добиться такой детализации этих объектов, на которую даже у большой и опытной группы специалистов по VFX ушли бы месяцы, если не годы. Результат этой работы нейросети налицо: графика в трилогии «Последний богатырь» не уступает зарубежным образцам, а доказательством ее качества является популярность франшизы, в общей сложности собравшей в прокате шесть миллиардов рублей.

Применение высоких технологий при этом не стала прерогативой исключительно блокбастеров: так, на съемках документального байопика «Сахаров. Две жизни» создатели поместили своего героя в обстановку его времени, использовав не хромакей, а виртуальные декорации. Проще говоря, технологические новшества постепенно проникают во все сегменты российского кино — и в целом способствуют и оздоровлению, и прогрессу индустрии, делая возможной реализацию тех сценариев и идей, которые еще несколько лет назад казались продюсерам неосуществимыми. Опора на собственные инновации и созданные местными разработчиками технологии, конечно же, обретает особую ценность в актуальных реалиях 2022-го. Как бы внешний мир ни пытался изолировать российское кино, у него уже достаточно компетенций и инструментов, чтобы самостоятельно снимать фильмы любого уровня и технической сложности — тем более что пример того, как идеи местных кинематографистов не только шли в ногу со временем, но и его опережали, у всех перед глазами.