Войти в почту

Кровавый режим: стоит ли смотреть сериалы по культовым фильмам «Интервью с вампиром» и «Впусти меня»

Любовь к вурдалакам у телезрителей достигла максимума — а иначе как объяснить волну вампирских драм и комедий, захлестнувшую каналы и стриминовые сервисы за последний месяц? Тренд на кровососущих пересекся еще с одной уже долгоиграющей тенденцией к созданию ремейков культовых проектов прошлых десятилетий. В результате в октябре на экраны вышли сразу два мистических сериала, снятых по мотивам старых хитов — «Интервью с вампиром» и «Впусти меня» — и оба проекта местами довольно сильно отличаются от оригиналов. «Лента.ру» рассказывает, в чем эти отличия заключаются.

Кровавый режим: стоит ли смотреть новинки про вампиров
© Lenta.ru

«Интервью с вампиром»

Богатый затворник-вампир Луи де Пон дю Лак (Джейкоб Андерсон, Серый Червь из «Игры престолов»), обитающий в ультрасовременном лофте в дубайском небоскребе, приглашает в свое жилище журналиста Дэниэла Моллоя (Эрик Богосян). Кровосос уже пытался дать гостю интервью 30 лет назад в Сан-Франциско, но в тот раз беседа не задалась. Теперь же дю Лак готов представить миру правду о вампирах, чтобы перестать, наконец, скрываться, и потому во всех деталях раскрывает Моллою свою историю.

В 1910-х дю Лак, зарабатывавший на жизнь сутенерством на улицах Нового Орлеана, знакомится с богатым европейским аристократом Лестатом (Сэм Рид). Одиозный экспат явно жаждет внимания Луи — без остановки расхваливает таланты нового знакомого, да еще и в карты с коллегами-расистами помогает мухлевать. Завязавшаяся между Луи и Лестатом дружба быстро перетекает в романтическую плоскость, после чего европеец открывает возлюбленному правду о своей вампирской сущности — и передает «темный дар».

Среди всех любителей фильма 1994 года «Интервью с вампиром» с Брэдом Питтом и Томом Крузом, основанного на одноименном романе Энн Райс, соберется, должно быть, внушительная база поклонников, представители которой считали, что в отношениях двух кровососов был упущен важный момент — говорит об этом уже и обилие интернет-фанфиков, добавляющих к сюжету львиную долю разврата, и то, что еще с выходом мистической драмы критики и даже комики указывали, что проекту явно не хватает откровенности в изображении тесной дружбы двух ведущих героев.

Хотя 1990-е для американского кинематографа едва ли были пуританскими в изображении ЛГБТ-отношений — взять хотя бы «Мой личный штат Айдахо» Гаса Ван Сента, «Клетка для пташек» c Робином Уильямсом или даже документальный хит «Париж горит» Дженни Ливингстон, — лишь несколько десятилетий спустя шоураннер Ролин Джонс (сериалы «Дурман», «Изгоняющий дьявола» и «Перри Мейсон») взялся за исправление исторической несправедливости.

Герои «Интервью с вампиром» теперь сосут не только кровь, и отдельные эпизоды вурдалаческих соитий здесь по-настоящему сочные — уже в пилотном эпизоде тройничок Луи, Лестата и их общей знакомой заканчивается сценой с двумя прильнувшими и зависшими в воздухе обнаженными мужскими телами

Последующее развитие отношений Луи и Лестата не сильно отходит от оригинала — новообращенный вампир страдает муками совести от бесчисленных убийств и пытается перейти на животную диету, в то время как его покровитель демонстрирует повадки полноценного психопата, рассматривая окружающих исключительно как добычу. Вскоре Луи начинает подозревать, что психопатия Лестата на смертных не останавливается, хотя даже столетие спустя, беседуя с Маллоем, отказывается называть себя жертвой абьюза.

Сколь бы дерзким ни казалось «восстановление справедливости» в виде изменения ориентации главных персонажей «Интервью с вампиром» (Луи признает свою гомосексуальность, Лестат же утверждает, что «предпочитает и тех, и других»), этот элемент в шоу ничего нового, по сути, не добавляет — в полнометражном «Интервью с вампиром» было достаточно гомоэротизма, который придавал краски абьюзивным отношениям двух вампиров. Доведение этой любовной линии до более выразительных граней дает Ролину Джонсу возможность показать пару-тройку жарких сцен — но не более.

Куда больше жизни в шоу привносит иной цвет кожи главного героя. Если питтовский дю Лак до обращения был состоятельным владельцем плантации, то андерсоновский — афроамериканец, который, даже получив вечную жизнь, долгие годы не хочет расставаться с человеческим миром. При помощи своего богатого любовника Луи покупает бордель, и к ведению бизнеса подходит с невиданной деловой хваткой — даже делает своих секс-работниц совладелицами, чтобы обойти очередной расистский закон, принятый в Новом Орлеане. Однако ни новообретенные вампирские способности, ни друг с неиссякаемым капиталом не дают дю Лаку шанса на принятие в высшем обществе — что изрядно подкашивает его устремление перестать убивать людей ради кровушки.

В целом осовременивание «Интервью с вампиром» у Джонса вышло на ура — если бы роман Энн Райс решили бы впервые экранизировать только в 2022 году, то именно так он, скорее всего, и выглядел бы. Другое дело, что фильм с Питтом и Крузом, пускай и вышел почти тридцать лет назад, не то чтобы безнадежно устарел — и почему Джонсу понадобилось браться именно за этот ремейк, а не создавать о геях-вампирах новую историю, остается не совсем ясным. Понятно, что экранизация фанфиков привлечет нужную аудиторию и сделает проекту необходимый рейтинг — но все же, на чей-то взгляд, недомолвки и намеки в отношении вампирской парочки выглядят куда сексуальнее, чем обилие секс-сцен с ними.

«Впусти меня»

Схожие претензии можно предъявить и американскому сериалу «Впусти меня», снятому по мотивам вампирского романа шведского писателя Йона Айвиде Линдквиста. Книга вышла в 2004 году и уже была экранизирована дважды — первым мрачный мистический триллер по ней создал шведский режиссер Томас Альфредсон («Шпион, выйди вон!») в 2008-м, два года спустя свой ремейк представил американец Мэтт Ривз (недавний «Бэтмен»). В 2022-м за историю взялся Эндрю Хиндерейкер («Страшные сказки») — и тоже решил начинить ее более современными элементами.

Десятилетие назад 12-летнюю Элеанор (Мэдисон Тэйлор Баэс) укусил вампир. С тех пор она живет в полной изоляции, выходя на улицу только под покровом ночи, пока ее отец Марк (Демиан Бичир) подыскивает для нее жертв, необходимых, чтобы утолить неуемный голод дочери. В поисках лекарства от вампиризма Марк и Эли часто переезжают, и вот новости о череде странных смертей возвращают их в родной Нью-Йорк. Эли быстро сдруживается с Исайей (Иэн Формен), обаятельным и общительным, но крайне непопулярным среди одноклассников ребенком, живущим в соседней квартире. И будто бы постоянная жажда крови не осложняла дружбу Эли и Исайи достаточно сильно, так мать чернокожего подростка (Аника Нони Роуз) оказывается детективом, которая расследует таинственные убийства. Параллельно этому действию разворачивается совсем уж изолированная сюжетная линия о научной сотруднице (Грейс Гаммер) и ее отце (Желько Иванек), который, сколотив целое состояние на опиоидном кризисе, тоже пытается найти лекарство от вампиризма.

Несмотря на обогащение истории второстепенными сюжетами, все дополнительные персонажи и их метания будто бы служат исключительно для растягивания хронометража, поскольку в отношения главных героев мало чего привносят. А вот изменения характеров ведущих персонажей вызывают куда больше вопросов. Если в шведском «Впусти меня» действие вращалось в основном вокруг 12-летнего Оскара (Коре Хедебрант), весьма странного и неразговорчивого паренька из абьюзивной семьи, который находит утешение в опасной дружбе с вампиркой, то в ремейке эту роль берет на себя юный Исайя, из которого шоураннер конструирует самого милого, неиспорченного и безобидного на свете протагониста — чем лишает сериал мрачных размышлений над тем, как бытовое насилие и детский буллинг способны создавать отщепенцев-социопатов. Кровавый дуэт Оскара и Эли формировался как раз в ответ на внешнее насилие — и оба отвечали на него с не меньшей жестокостью.

В сериале же на первый план выступает связь вампирки не с ребенком-соседом, а с ее покровителем — «Впусти меня» больше заинтересован в истории отца-одиночки, который идет на любые жертвы, чтобы защитить дочь

Оба полнометражных фильма по роману Линдквиста уже играли на понижение — ни Альфредсон, ни Ривз не решились, к примеру, перенести в свои проекты оригинального персонажа-опекуна, педофила, который ухаживает за девочкой-вампиркой в надежде на искупление. Альфредсон о мотивах мужчины-покровителя решил вообще умолчать, Ривз же в своей экранизации намекнул, что главная героиня сама воспитывает себе защитников с раннего возраста. При этом оба фильма весьма однозначно надавливали на тему безграничного одиночества и безысходности главных героев, да еще и в депрессивных, почти эсхатологических декорациях заснеженной Швеции. В отношениях сериальных Эли и Исайи, живущих в куда более контрастном Нью-Йорке и растущих пусть в неполных, но любящих семьях, эта линия совсем никак не проявляется.

Шоураннеры что «Интервью с вампиром», что «Впусти меня», пытаясь подогнать хитовые произведения прошлых десятилетий под новые тенденции, на деле занимаются их упрощением — точнее, упрощением отношений между героями, которые сводятся до элементарных, клишированных ролей. Лестат и Луи напоминали зрителям абьюзивную дисфункциональную семью? Так пускай они физически любят друг друга, чтобы уже точно никаких вопросов не возникало! А что заставляет взрослого мужчину убивать невинных людей ради кровожадного создания, выглядящего 12-летней девочкой? Так он же ее отец, вот и готов пойти на любые жертвы! Такие установки действуют на аудиторию успокаивающе — нам это знакомо, а потому и понятно — но лишают произведение многогранности и недосказанности, которые в ином случае можно было бы дополнять самостоятельно (хоть в мыслях, хоть в фанфиках). Вот и рождается парадокс, при котором осовременивание не таких уж старых хитов на деле оказывается откатом на столетия назад — к протоисториям с известными концовками и архетипичным героям без страха и упрека.