Сирота американская

Зато тут есть другое экзотическое блюдо: картина, по сути, предлагает зрителям стать соучастником главного героя. Сопереживать человеку, который совершает ужасные поступки и желать, чтобы ему сошло с рук убийство. По сути, провокация, выход за моральные рамки... Причем этот фильм — не детектив поджанра "Кто это сделал?": мы с начала знаем, кто преступник. Главный вопрос — как ему удастся избежать наказания? "Наследник" рассказывает историю статного красавца Беккета Редфеллоу (его играет Глен Пауэлл) — человека, отлучённого от богатого семейства ещё до рождения. Его мать, Мэри (Нелл Уильямс), была изгнана своим отцом Уайтлоу (Эд Харрис) из-за связи с бедным музыкантом. Мэри должна была либо отказаться от внебрачного ребенка и остаться в семье, либо сохранить сына, но больше никогда не переступать порог особняка Редфеллоу. Она выбирает второе. Мэри воспитывает сына как аристократа, несмотря на то, что на самом деле они очень бедны. Обучает его стрельбе из лука, игре на фортепиано, читает ему "Большие надежды". А завязка интриги — в сцене, когда умирающая мать просит сына отомстить всему роду. И он запоминает ее наказ. И следует ему маниакально. Став сиротой, а затем потеряв работу, решает во что бы то ни стало заполучить наследство клана Редфеллоу — а для этого бастарду нужно устранить семерых прямых наследников, что его, кстати, совсем не пугает. Интрига, кстати, не совсем оригинальная. Картина Форда вдохновлена фильмом Роберта Хеймера "Добрые сердца и короны" (1949), снятом по роману Роя Хорнимана "Израэль Рэнк: Автобиография преступника". (1907). Там действие разворачивается в Викторианскую эпоху, а главный герой Луис Мадзини, сын итальянского оперного певца и дочери английского герцега Челфонта. Но сюжетная основа такая же. Герою, мечтающему стать герцогом, приходится "убрать" восемь родственников и в результате пострадать за убийство, которое он не совершал. Кстати, в той картине легендарный Алек Гиннесс исполнил целых восемь ролей — беспрецедентный случай для того времени. Общее в этих историях – моральное падение героя и его безжалостная погоня за богатством. И в "Наследнике" Беккет методично и легко устраняет родственников, превращая семейную сагу в холодную шахматную партию, где ставка — миллиарды. Кстати, этот сюжет очень вдохновил Глена Пауэлла. Прочитав сценарий Форда, он пришел в восторг: - Сценарий зацепил меня захватывающей концепцией и яркой галереей персонажей, — говорит актер. – Сразу после прочтения я понял, что именно такую роль и искал — я никогда не играл ничего подобного. Я думал: такого ещё точно не было. Это как "Одиннадцать друзей Оушена", но с убийствами. Что-то рок-н-рольное, дерзкое. Джон (Форд - Н.Б.) напомнил мне молодого Стивена Содерберга. Картина начинается с символической встречи героя со священником в тюрьме, накануне его казни. В воздухе ощущается напряжение; часы тикают, отмеряя время до казни; священник готовится выслушать предсмертную исповедь преступника, если тот захочет в последний момент облегчить душу. Но тот с улыбкой делится своими тайнами. Глен Пауэлл убедительно воплощает образ обаятельного рыцаря зла, который пугает не яростью, а тишиной и расчётом. Его Беккет — не карикатурный злодей, а человек, уставший от ощущения собственной ненужности. Но самое интересное в его образе: внутренняя борьба персонажа между миром циничных интриг и силой добра, которую олицетворяет учительница Рут (Джессика Хенвик), его новая возлюбленная. Но почему все-таки в итоге Беккет выбирает коварную Джулию (Маргарет Куолли), а не ангельскую Рут? Да потому, что они два сапога пара, очень похожи по мировоззрению и ценностям. Это два прагматика, для которых выгода важнее эмоций. Их связь строится на расчете. Джулия изначально пытается шантажировать Беккета, а он использует её знания о семье. Это не романтическая игра, а стратегический альянс. Причем оба они понимают "правила игры". Оба осознают, что в мире Редфеллоу выживает самый хитрый. Рут, напротив, олицетворяет искренность и надежду на "нормальную жизнь". Джулия не осуждает методы Беккета — она их принимает и даже поощряет. Оба они готовы идти до конца. Причем Беккету нужен не спутник, а соучастник. Джулия же уже "замарана" — косвенно вовлечена в его преступления, разделяет его жажду власти и статуса. Она не станет ставить моральные ультиматумы. Рут же хочет "вырвать" его из этой системы, что противоречит цели Беккета — утвердиться внутри клана как его новый глава. В финале, когда обе девушки встречают Беккета, выходящего из тюрьмы, мы видим победу цинизма над наивностью. Выбор Джулии — это подтверждение трансформации героя. Он окончательно отрекается от иллюзий простого счастья, представленных Рут, и принимает свою новую "рептилоидную" сущность — хладнокровного наследника. Причем Беккет наследует не только деньги, но и мораль семьи: манипуляцию, расчёт, готовность жертвовать близкими. Любовь отступает перед расчетом: роман с Джулией — не страсть, а сделка, что высмеивает традиционные голливудские финалы. Беккет выбирает тот вариант, который гарантирует сохранение его новой идентичности. К тому же союз с Джулией легитимизирует его положение в глазах семьи — она "своя", часть системы. Рут же — аутсайдер, её присутствие вызовет сопротивление. Резкая игра Маргарет Куолли создаёт образ хитрой шантажистки, которая пытается использовать Беккета в своих интересах. Контраст между Джулией и Рут сильнее подчёркивает внутренний конфликт главного героя. Выразительно лаконичный Эд Харрис в роли старого безумца Уайтлоу добавляет истории веса. Сцена, где он гоняется за Беккетом, своим внуком, с ружьем по дому — кульминация всей истории. Работает и точный расчет авторов на притягательность мира миллиардеров. Кадры с роскошными особняками, закрытыми вечеринками и семейными встречами подчёркивают холодность отношений внутри клана. Роскошь здесь — не мечта, а ловушка, за которой скрывается постоянная угроза. Визуальный ряд усиливает ощущение элитарности и опасности. Холодная эстетика богатства подчёркивает моральную пустоту мира, в котором живёт Беккет. Но не спешите думать о Беккете плохо, предупреждает сам Пауэлл: - Правда в том, что нам не стоит ассоциировать себя с таким человеком, как главный герой, но мы всё равно это делаем, — говорит артист. – Вот что вызывает у зрителя смешанные чувства. Многие называют "Наследника" фильмом о мести. Но я так не считаю. По-моему, этот фильм — об амбициях. И самое интересное, что в нём всё делается без чувства вины. Однако в самом главном — в трансформации персонажа – фильм не до конца убедителен. Нам, увы, не показывают, как внутри Беккета зрело зло: резкий переход от порядочного человека к хладнокровному убийце выглядит слишком стремительным и не подкреплён достаточным психологизмом. К тому же способность Беккета выходить сухим из воды иногда выглядит комично неправдоподобно. Да и родственники Беккета выглядят карикатурно и быстро забываются после их исчезновения из сюжета. А сам режиссер так поясняет свое понимание темы: - Этот фильм также о том, каково это — взрослеть в США, где тебя учат всё время искать большего, чем у тебя уже есть, — говорит Форд. – Это у меня в крови — хотеть чего-то ещё и ещё, ставить новые цели и никогда не довольствоваться тем, чего достиг. Этот фильм — о человеке с подобной "болезнью": он попросту не может смириться с тем, кто он сейчас. По необъяснимым для себя причинам он чувствует, что достоин наследства, которого его лишили. История повествует о том, как далеко мы можем зайти, пытаясь заполучить то, что якобы подарит нам чувство удовлетворения, хотя на самом деле удовлетворенность — это как раз радость от того, что у тебя уже есть. В фильме показано это знакомое всем противоречие. По сути, перед нами история обаятельного убийцы, попирающего Божии и человеческие законы и при этом претендующего на наше зрительское сочувствие. Налицо инверсия: добро и зло как бы меняются местами, что весьма узнаваемо в реалиях ХХ1 века. Если мораль и нравственность здесь отступают на задний план, то на передний выходят размышления о смысле богатства и власти. "Наследник" как стильный триллер с элементами драмы и сатиры заставляет задуматься о цене богатства и моральных компромиссах.