День рождения Баха отметили на органном фестивале в Казани
Финальный концерт VII Международного органного фестиваля в Казани посвятили дню рождения Баха. Программа яркая, нетривиальная: в афише и современники классика - Вивальди, Гендель, и редко звучащий Моцарт, и мало кому известный француз-романтик XIX века Александр Гильман... Ну и сам Бах, конечно, причем в необычных интерпретациях. Звучали не только органные, но и оркестровые произведения.
В соединении органа с оркестром и состоит изюминка Казанского органного фестиваля, его отличие от других, причем непременным участником является высококлассный Госоркестр Татарстана, а солисты-органисты и дирижеры меняются.Таким задумали проект его основатель, художественный руководитель ГАСО РТ Александр Сладковский и продюсер Алексей Пилюгин, и эта концепция значительно расширяет репертуарный диапазон и придает фестивальным событиям исключительное разнообразие.
Вот и в концерте-оммаже Баху сугубо оркестровые сочинения чередовались с теми, в которых участвовал орган. Авторы-составители программы, а это куратор фестиваля Евгения Кривицкая, дирижер Феликс Коробов и испанский органист Даниэль Сальвадор, продемонстрировали изысканный вкус: буквально все произведения доставили публике настоящее наслаждение, хотя за вечер не прозвучало ни единого шлягера! Зал то и дело взрывался аплодисментами где только возможно: и между частями, и чуть ли не в паузах… - ну да простим ему это.
Начали с трехчастного Концерта Вивальди редкой красоты - для скрипки, гобоя, органа и струнных, с замечательными органными соло и дуэтами органа и скрипки, органа и гобоя. Сразу была задана высокая исполнительская планка: великолепны и оркестр под руководством Феликса Коробова, и Даниэль Сальвадор, и солисты: скрипачка, концертмейстер казанского Госоркестра Алина Яконина и лидер группы гобоев Андрей Шубин. Музыканты, кажется, сами были счастливы "купаться" в этой музыке, хотя репертуар XVIII века для оркестра - формат явно нестандартный. Да и Феликса Коробова, главного дирижера Музыкального театра имени Станиславского и Немировича-Данченко, мы куда больше знаем по "мейнстримовскому" репертуару XIX-XX веков. Впрочем, не все знают, что, как лидер Камерного оркестра Московской консерватории, он с этим коллективом барокко занимался серьезно, провел двухгодичный цикл "Бах и XX век", да и, будучи виолончелистом по первой профессии, большое внимание уделял репертуару этой эпохи.
Конечно, из всех участников концерта более всего барокко занимается Даниэль Сальвадор: для него, как и для любого органиста, - это по-настоящему родная стихия. Однако, по словам Даниэля, на первой же репетиции, лишь взглянув друг на друга, они с дирижером и оркестром нашли общий язык: "сразу был понятен высокий профессионализм музыкантов и маэстро". Кстати, в тот вечер Феликс Коробов впервые встал за пульт ГАСО Татарстана, казанским дебютом стал этот вечер и для Даниэля Сальвадора.
За Концертом Вивальди последовал небольшой шестиголосный ричеркар из "Музыкального приношения" Баха в весьма любопытном оркестровом переложении Веберна. Но, да простит меня Бах, кульминацией первого отделения все же стал Гендель, прозвучавший вслед за Бахом, а именно Концерт № 4 для органа с оркестром, с восхитительным медленным Andante, яркими соло органа и сольной органной каденцией в третьей части (Adagiо). Как рассказал Даниэль Сальвадор, свои органные концерты Гендель писал для исполнения в антрактах между частями ораторий, причем нередко сам же их и играл на небольшом театральном органе. "Так что в каком-то смысле это музыка для отдыха, более легкая, если можно так сказать", - считает органист.
Еще один важный принцип органных фестивалей в Казани: включение в каждую фестивальную программу премьеры - казанской или мировой. Второе отделение как раз с казанской премьеры и началось: это "Три Адажио и фуги" для оркестра Баха - Моцарта - Рождественского. Тройное авторство - почему? Тут явно требовалось объяснение, и Феликс Коробов, повернувшись к публике, рассказал историю этого необычного цикла. Как оказалось, по просьбе некоего барона ван Свитена Моцарт инструментовал клавирные фуги Баха для скрипки, альта и виолончели, предпослав каждой адажио собственного сочинения. "Получился Моцарт с привкусом Баха. А в XX веке на этот цикл обратил внимание дирижер Геннадий Рождественский, который, в свою очередь, инструментовал его уже для струнного оркестра. И вот что получилось", - сказал Феликс Коробов, повернулся к оркестру, и… зазвучало первое Адажио.
В цикле все строится на контрасте энергичных фуг и медленных Адажио, то есть "динамичный Бах" выступает против "лирического Моцарта". И, как и в прозвучавших произведениях Вивальди и Генделя, здесь вновь именно медленные части выигрывают своей благородной, величавой красотой. Отдельно я бы выделила Адажио № 3: чем-то оно напоминает знаменитую медленную часть из 23-го фортепианного концерта Моцарта. Ту самую - изумительную и прекрасную - музыку, от которой перехватывает дыхание и дрожат коленки…
Ну и кульминация всего вечера - Симфония №1 для оркестра и органа французского органиста и композитора Александра Гильмана (1837-1911). После Баха и Моцарта - впечатляющая "смена декораций": музыка Гильмана яркая, эмоциональная, ну и… гораздо более громкая. Открывает симфонию патетическая "речь" органа - сложнейшее педальное соло (то есть сыгранное на ножной педальной клавиатуре). Не менее полнозвучен и финал, эффектно завершающийся зычным "хором" медных, усиливающих мощь органа. А вот средняя, медленная часть под названием "Пастораль" - это, по контрасту, неземная красота музыки с "небесными" соло органа в высоком регистре.
Обращает на себя внимание сам орган Концертного зала имени Сайдашева, где проходят фестивальные концерты: он не просто украшает зал, он является инструментом уникальным. Как рассказал мне Даниэль Сальвадор, это копия органа амстердамского зала Concertgebouw голландской фирмы "Flentrop", единственный в России и один из лучших в Европе. "Казанский инструмент универсален, на нем можно сыграть все: старинную музыку, барокко, а также симфонические, романтические и современные произведения, - говорит Даниэль. - Я постарался показать все богатство его возможностей".
И Даниэлю это несомненно удалось. Не скрывает своего удовлетворения от концерта, от совместной работы с ГАСО Татарстана и Даниэлем Сальвадором и Феликс Коробов: "Этот вечер - наше приношение Баху, его эпохе и его основному инструменту, - резюмирует дирижер. - Мы показали, что орган ни в коей мере не анахроничен, а по-прежнему актуален, современен и продолжает жить в XXI веке".