Юрий Медяник: «Быть лучше, чем вчера»

Для главного дирижёра и художественного руководителя Тюменского филармонического оркестра Юрия Медяника музыка – не просто профессия, а воздух, которым дышал с детства. Он широко известен как инициатор всероссийских фестивалей, посвящённых юбилеям великих композиторов, участник популярных проектов на федеральных телеканалах. В интервью маэстро рассказал об опыте работы в кино, «общении» с ушедшими гениями и о коллективе, который в прошлом году отметил десятилетие. – Юрий Владимирович, вы начали заниматься музыкой в раннем возрасте. Насколько значима поддержка семьи и создание творческой среды для становления юного таланта? – Думаю, это один из важнейших моментов. Мне очень повезло: в семье все музыканты. Папа – баянист и аранжировщик, мама – пианистка и педагог, старшая сестра – вокалистка. И, конечно, в жизни никакую другую профессию выбрать, наверное, не было шанса. Родители очень рано поняли, что есть определённый дар к музыке, и уже в год и восемь месяцев дали мне в руки маленький баян на полторы октавы, модель «Малыш». Это был профессиональный инструмент, и я каким-то образом начал издавать звуки, понимая: если одновременно нажать клавишу и повести мех, появится звук. Мне это, видимо, очень нравилось, потому что дела пошли достаточно быстро. В три года я стал профессионально исполнять песни из репертуара Родиона Газманова, Владимира Преснякова, так как отец работал в Доме культуры и вёл это эстрадное направление. В игровой форме уже с четырёх-пяти лет писал музыкальные диктанты вместе со студентами, у которых преподавали родители. Для них было, думаю, несколько неожиданно, что маленький мальчик справлялся с заданиями быстрее, нежели молодые ребята, готовившиеся к поступлению в училище или консерваторию. Наверное, поэтому ранний возраст, когда музыка – не обязанность, а окружающая среда, стал для меня определяющим. – Вы в совершенстве владеете скрипкой, баяном и бандонеоном. Какой из инструментов чувствуете лучше всего? – Конечно же, первый баян. Он является абсолютно родным моим продолжением. Именно его звучание долгое время для меня и было музыкой – органичное, естественное. Когда в восемь лет появилась скрипка, она стала олицетворением мелодии. И у меня уже в голове тембрально звучали два инструмента. Бандонеон начал осваивать очень поздно, и это скорее дань некой моде. Но, признаюсь, она захватила меня на долгое время, и любовь к жанру танго остаётся до сих пор на уровне страстного желания подарить публике музыку, больше поведать о ней, сыграть её. Но самое любимое средство выражения – симфонический оркестр. Здесь есть всё: тембральные особенности каждого из инструментов органично сплелись в его звучании. – Начали как солист-виртуоз. А что стало решающим импульсом, чтобы взяться за дирижёрскую палочку? – Знаете, как всегда, совершенно случайная история. Я поступил в Российскую академию музыки имени Гнесиных на факультет исполнительского мастерства на баяне и аккордеоне. Знал, что в тот момент на кафедре преподавал один из моих любимейших маэстро – Сергей Иванович Скрипка, легендарный руководитель оркестра кинематографии. Написал заявление с просьбой принять меня в его класс. Каким-то образом он узнал о моих успехах: к тому моменту за плечами было несколько побед на международных конкурсах, я получал первые премии, гран-при. И когда пришёл на первый урок, он встретил меня вопросом: «Юра, ты хочешь дирижировать народным оркестром или симфоническим?» Я, конечно же, выбрал второе. И на самом деле 95 % работы с ним было нацелено именно на это. Вот так и получилось: в 18 лет в моей судьбе появилась дирижёрская палочка. – Ваш репертуар невероятно широк – от Баха и Чайковского до аранжировок советского танго и саундтреков. Как выстраиваете программу концерта? Что для вас главное – удивить публику, просветить её или найти эмоциональный отклик? – Прекрасный вопрос. Вообще, составление концертных программ – это искусство. Если смотреть концептуально, то разрабатывать их необходимо на весь сезон – от сентября до июня. И как художественный руководитель оркестра я обязан учитывать несколько моментов. Первый – стратегическое развитие коллектива. В репертуаре должна быть музыка от XVII века до современности. Здесь необходим определённый баланс. Второе направление – просветительская деятельность. То есть мы работаем с молодёжью, знакомим их с особенностями симфонического оркестра, подбираем репертуар так, чтобы даже дети понимали, какие группы инструментов играют, в чём их особенности и так далее. Третий момент – доля внимания в сторону современного искусства. Это коллаборации с артистами популярного жанра, с джазовой музыкой. Ещё один аспект – концерты-шоу. Как правило, у нас есть возможность пригласить нашу публику всей семьёй в филармонию в какой-то праздничный день. И музыка должна быть понятной для слушателей всех возрастов от 10 до 99 лет. Думаю, что нам достаточно удачно удалось составить программы нескольких прошедших сезонов, поскольку рост продаж билетов говорит сам за себя, и публика на наши концерты ходит значительно активнее с каждым годом. – Участвовали в создании саундтрека к фильму «Лёд-2» и выступали в «Новой опере». Чем принципиально отличается работа дирижёра в кинозаписи, оперном театре и на симфоническом концерте? – Позволю себе небольшое уточнение: я был именно дирижёром саундтрека к фильму «Лёд‑2», но не дирижёром-постановщиком, потому что это немного другая концепция, совершенно разная деятельность. В симфоническом концерте дирижёр имеет определённую свободу и возможность различных трактовок. Работа в оперном театре, как правило, – чёткое следование директивам режиссёра, поскольку в последние десятилетия он больше режиссёрский, нежели музыкальный. Это тенденция всего мира, и Россия не исключение. Поэтому дирижёр не всегда вправе настаивать на какой-то музыкальной концепции, когда в постановке именно драматической по мизансценам спеть либо невозможно, либо неудобно. В кино абсолютно всё подчинено происходящему на экране. Здесь дирижёр в очень тесной связке с хронометражем и таймкодом. Это обязательно студийная деятельность, ювелирная, очень точная, поскольку эмоциональные переживания в кино подчас меняются гораздо быстрее, нежели в оперном театре. Но, знаете, у дирижёров, записывающих саундтреки, возможность увидеть финальный вариант, как правило, появляется вместе со зрителями. Я вспоминаю любопытную историю: совсем недавно записал музыку к фильму «Пророк. История Александра Пушкина». Эта картина вышла в феврале 2025-го, и я увидел её только в кинотеатре. Было очень любопытно, потому что музыка и видео совместились в моей голове именно в тот момент, когда смотрел фильм вместе с другими. 4 декабря 2025 года состоялась премьера ещё одной картины, к которой я записал саундтрек, – «Волчок». Композитор – Райан Оттер. – Расскажите об опыте работы на телевидении. Что было самым интересным? – Считаю себя абсолютно счастливым человеком, поскольку стартом работы стал Первый канал, передача «Доброе утро». Мне предложили вести рубрику, которая совершенно не связана ни с музыкой, ни с искусством – «Утренняя гимнастика». Я очень любил спортивную активность, поэтому с радостью согласился. А потом меня захватило! И, как говорили продюсеры, камера меня любит. Должен сказать, что сейчас, когда у нас много проектов с телеканалами «Россия-1» и «Россия-Культура», чувствую себя абсолютно органично на съёмочной площадке, понимая всю ответственность происходящего, что в какой-то момент мы выходим в прямой эфир (в программе «Синяя птица» делаем это в течение многих лет), и аудитория может достигать порядка 80 миллионов человек одномоментно. Для меня, как творческого человека, это скорее даже повышает мотивацию делать более качественную работу. Очень люблю телевидение и благодарен тем людям, которые находят возможность для того, чтобы мы вместе создавали проекты. – Какие ждать сюрпризы зрителям? – Мы их готовим в течение каждого концертного сезона! И поклонники, которые покупают абонементы на выступления, уже знают, что практически в каждом концерте есть неожиданность. Я сейчас говорю не только о пьесах «на бис», которые очень тщательно отбираем и играем достаточно редко, что делает их особенно ценными для публики. – Сезон 2025-го являлся юбилейным, коллективу исполнилось 10 лет. Чем он был ознаменован? – Мы отметили его гастролями в Московском международном Доме музыки. Вместе с заслуженной артисткой России Екатериной Мечетиной, великолепной пианисткой, представили программу, целиком состоящую из музыки Гершвина. Недавно оркестр побывал в Китае, что очень отрадно, участвовал в Шанхайском международном музыкальном фестивале. Серьёзный форум, проходящий в течение нескольких лет и уже завоевавший авторитет в мировом масштабе. Приглашение на него – заслуга нашего коллектива, партнёров, которые помогали в реализации поездки. Это большой стимул для музыкантов и подтверждение профессиональных успехов. Завершили сезон гастролями в пяти городах России – самыми долгими по протяжённости за весь период существования Тюменского филармонического оркестра. Они прошли в Концертном зале имени Чайковского в Москве, а также в Санкт-Петербургской, Нижегородской, Пермской и Свердловской филармониях. Очень часто получаю положительные отзывы о нашей деятельности именно тогда, когда мы выезжаем на гастроли. Это подтверждает высокий профессио­нализм коллектива и то, что он желанен и любим далеко за пределами региона. – Какие успехи считаете лично для себя самыми значимыми? Есть ли у вас какая-то сверхзадача в профессии, которую вы ещё мечтаете осуществить? – Думаю, самое большое достижение – постоянный рост. Абсолютно убеждён, что дирижёр должен каждый день работать над собой, быть лучше, чем вчера. Это важно, и здесь самое главное – не остановиться в развитии. Есть ли какая-то сверхзадача в профессии? Это сотрудничество с коллективами, с которыми у нас общие интересы – исполнить музыку качественно, глубоко, раскрыть идею композитора и получить энергию от публики. И она реализуема практически на каждом концерте. – В одном из интервью вы упомянули: супруга сетует на то, что проводите много времени с партитурами в компании ушедших композиторов… – Конечно, это некая доля сарказма. Для людей, не посвящённых в особенности нашей профессии, методы работы могут показаться достаточно странными. Ну, представьте себе: дирижёр сидит в комнате в абсолютной тишине за рабочим столом, обложенный нотами, с фломастером, ручкой, карандашом, и ничего не происходит. Он может таким образом провести час, два, три. Вся основная деятельность в его голове: это предслышание и предощущение звука – глубинный процесс, который внешне никак не проявляется. Иногда могу подойти к роялю, что-то сыграть, но в основном, видя ноты, я их слышу внутри. Да, дирижёр приобщается к великим результатам, произведениям, рождённым гениями. И пытается расшифровать концепции и идею, которые автор заложил в творения. – Как справляетесь с переутомлением? Есть ли какие-то собственные методы «перезагрузки», которые периодически используете? – Замечательный вопрос. Переключение внимания с одной сверхзадачи на другую – это и есть отдых. Дирижёр – человек, который выходит на сцену ещё и для того, чтобы поделиться с публикой собственной и энергетикой оркестра. Но её необходимо собирать, соединять в себе, преломлять, чтобы потом снова отдавать залу. Так вот, место и время, где возможно аккумулировать творческие ресурсы и перезагружаться – только семья. И она – главное в жизни, кто бы что ни говорил. Визитная карточка Юрий Медяник – музыкант-мультиинструменталист. Родился 21 февраля 1983-го в Амвросиевке (Донбасс). Получил высшее образование как скрипач, баянист и дирижёр. С 2015 по 2021 год был дирижёром московского театра «Новая опера» имени Е.В. Колобова, затем главным дирижёром Нижегородского государственного академического театра оперы и балета имени А.С. Пушкина. Тюменским филармоническим оркестром руководит с 2022-го. Российскому телезрителю известен как дирижёр Всероссийского конкурса юных талантов «Синяя птица» на канале «Россия-1». Среди крупных проектов с участием Юрия Медяника – юбилейные концерты ведущих деятелей искусства страны Александры Пахмутовой, Николая Добронравова, Игоря Крутого. Является художественным руководителем музыкальных фестивалей: камерной музыки Ары Богданяна, имени Сергея Рахманинова, Михаила Глинки, Арама Хачатуряна, приуроченных к юбилеям композиторов, «Лето в Тобольском кремле». Лауреат нескольких международных конкурсов. Женат, воспитывает двоих детей.