Почему в обстреливаемом городе нужен фестиваль фантастики

Это уже само по себе фантастично - книжный фестиваль фантастики в воюющем городе. Но "Звезды над Донбассом" упорно сходятся каждый год. Мы встретились с человеком, который этот фестиваль придумал и сделал возможным - игроком "Что? Где? Когда?" и главой Общественной палаты ДНР Александром Кофманом.

Куда ушла культура после майдана?

Первый фестиваль фантастики прошел в Донецке в 2019-м. На него приехало всего 25 писателей, но зато самая элита российской фантастики - Сергей Лукьяненко, Андрей Лазарчук, Сергей Волков, Роман Злотников, Мария Семенова, Эдуард Веркин, Андрей Столяров.

Приехали в воюющий Донецк. Но запомнили его (по словам автора "Балканского рубежа" Ивана Наумова) не только воюющим, но и цветущим.

Обстреливаемый город считал, что "сражаться" надо .... и десятками работающих ресторанов, магазинами с сотнями сортов чая, звенящими трамваями. Сергей Лукьяненко был покорен детской железной дорогой и отобразил Кофмана в рассказе, написанном после фестиваля, ребенком-кондуктором.

После фестиваля появился сборник фантастических рассказов с донецкими топонимами.

- Москвичу привычно, открыв книгу, читать, как Антон Городецкий ( главный герой "Ночного дозора". - Прим. ред.) идет по Арбату. А у нас не было интересных книг с донецкими топонимами. Но уже в первом пост-фестивальном сборнике Лукьяненко, Злотников, Панов, Дивов описали Донбасс-арену, Кальмиус, улицу Артема. Разве это не лучший способ развития регионального патриотизма?

На второй фестиваль приехало уже свыше 100 писателей. На третий - в 2021 году - около 200.

Но вообще-то первым громким фестивалем книжной фантастики был "Звездный мост" в Харькове. И организовывал его прославившийся позже иной фантастикой действия ... Арсен Аваков (внесен в список экстремистов и террористов. - Прим. ред.). "Это, чтобы вы понимали, как тут у нас все складывалось", - комментирует Кофман. Но после первого майдана "Звездный мост" неожиданно стал затухать. И окончательно загнулся после второго. Причина? "Не треба", решили на сверхукраинизирующейся Украине. Зато на Донбассе - треба - Кофман и Лазарчук решили, что он должен возродиться в ДНР. Как символ того, что вся культура после майдана ушла на Донбасс.

Мамочка, это же хлеб. Можно, я его поглажу

В 2022 году, после начала СВО, возникла реальность, с которой по горестности и разрушительности не могла соревноваться никакая фантастика. И она называлась Мариуполь.

Я видела Кофмана в документальном фильме Володи Аграновича и делюсь с ним впечатлениями. "Никакой фильм никогда не расскажет, что там было на самом деле, - отмахивается он. - Не потому, что скрывают, а потому, что это невозможно снять".

Кофман видел в городе, взятом ВСУ в заложники, умирающих от голода детей.

- Расплакался, и слышу слова девочки: не плачьте, я же ела позавчера. То есть у нее все не так плохо - она позавчера ела.

Другой ребенок: "Мамочка, это же хлеб, можно я его поглажу?". Подбегает мальчик, спрашивает: "Вы не видели мою маму?" "Давай я тебя подниму, чтобы ты ее в толпе нашел". А он говорит: "Нет, нет, она ушла 10 дней назад, и больше я ее не видел".

Поэт Аня Долгарева тогда обратилась к своим подписчикам с предложением собрать деньги для голодного Мариуполя и за день собрала полтора миллиона. А вослед писатели насели на Кофмана: "Давай, объявляй сбор". За две недели собрали 15 миллионов.

Закупили 150 тонн еды. Накормили левый берег Мариуполя. Когда туда не могли еще пробиться ни МЧС, ни представители партий, пробились ... писатели. В каждый 10-килограммовый продуктовый набор клали крупы, масло, консервы, конфеты, сахар, муку, чтобы семья, его получившая, продержалась 2-3 недели. До прихода следующих спасателей. "У всех моих волонтеров пострелянные машины. Были даже легкие ранения."

А в 2023 году, когда в Донецке шли сильные обстрелы, Мариуполь уже был более-менее тыловым городом. И фестиваль Кофман собрал там. 300 гостей встречал набитый людьми стадион Мариупольского госуниверситета.

В 2024-м приехало 550 гостей. Почти половина из них жила за свой счет, и никто не получал гонорара. Одному известному поэту-песеннику, спросившему "А сколько вы мне заплатите?", Кофман ответил, что в Донецке его не ждут. Тот потом не раз звонил, извинялся, говорил, что был выпивши... Гонорары будут, но когда все станут приезжать не в обстреливаемый, а в самый успешный регион России. А пока - бери с собой гуманитарную помощь, участвуй в агитбригадах. Гости фестиваля дали на фронте свыше 40 концертов.

Литература как мотор

Но самое загадочное в истории "Звезд над Донбассом" это неожиданно громкое звучание литературы. Фестиваль теперь по сути "культурная марка" города. Но вся его слава зиждется не на рэпе, не на роке, не на музыке - на тихой литературе. На слове.

Может, дело в том, что это именно фантастика? "А чем фантастика отличается от остальной литературы? - парирует Кофман. - Чем отличается роман "Собачье сердце"от "Головы профессора Доуэля"? Там и там операция. Там и там морально-этические терзания главного героя". И подсказывает: "Ничем". "Фантастика - литература. А литература - двигатель. Который сейчас, к сожалению, забивается, засоряется, приходит в негодность. Но все равно двигатель". Кофман цитирует известного донецкого поэта, профессора-русиста Вячеслава Теркулова: "Каждая прочитанная книга - это новая прожитая жизнь". У Кофмана самая большая на Донбассе частная библиотека - свыше 8000 томов. И он продолжает ее собирать. И прогнозирует: впереди - всплеск качественнейшего кино, просто ракетный взлет театра, и невероятный всплеск литературы. Но оговаривается - прежде придется пережить всплеск низкопробного нейросетевого искусства. Все, как подростки, кинутся в это, но потом вернутся к истокам.

Улей богат не медом, а пчелами

Он не считает Донбасс ни полигоном будущего, ни местом, обгоняющим остальную Россию в своих экспериментах. (Немало был раскритикован хейтерами за эту позицию). Но считает, что в силу пережитого Донбасс выкристаллизовал элиту. И рассказывает свою любимую аналогию - с ульем. "Улей же богат не медом, а пчелами. И если большая часть пчел улетит, то сколько бы меда в улье не было - остальные погибнут, просто замерзнут зимой". Донбасс истекал уезжающими из него людьми, как кровью. Но так и не стал ульем с улетевшими пчелами. Потому что из тех, кто остался, выкристаллизовывается настоящая российская элита.

Дожимаю вопросом, что подвигло Кофмана, директора по развитию крупнейшего украинского банка, а потом крупнейшей торговой сети, выбрать "нашу сторону", Русский мир.

У нас с ним есть общие любимые фантасты Марина и Сергей Дяченко. Он считает шикарной вещью "Армагед-дом", я до сих пор задета провидческим "Хозяином колодцев" и тем, что брала у них в Москве интервью. Но самые любимые фантасты Кофмана - Генри Лайон Олди (писатели Дмитрий Громов и Олег Ладыженский), к сожалению, сейчас на противоположной стороне. " Максимально старались держать нейтралитет, несмотря на 2014 и 2022 год, - объясняет он. - Но потом их настойчиво попросили определиться". На Украине еще есть и замечательный автор Роман Суржиков. "И тоже не с нами", - печалится Кофман. "Но самый яркий мой антагонист, конечно, Ян Валетов. Один из сильнейших украинских фантастов, да еще и игрок "Что? Где? Когда?", большущий умница...". Одну из своих книг Валетов подписал Кофману так: "Моему врагу, который мог бы быть другом". "Радикально поменялся на почве украинской самостийности", - искренне сожалеет Кофман.

А кроме идейного "развода" с любимыми писателями у Кофмана есть еще и опыт разделения в "Что? Где? Когда?". С Максимом Поташевым, с которым они близко дружат, долго ломали голову над нелегким вопросом: почему многие яркие игроки оказались на "той" стороне. Версия Максима: все они отличные специалисты, но лишь в своей области. А реалий "большой жизни" не знают. И историю - настоящую, правильную - знают плохо.

Выбор, который сделали до тебя

- У меня дед два года себе приписал, чтобы на фронт пойти. На Курской дуге был ранен, комиссован. Стал профессором, стоматологом, основал в Макеевке стоматологическую службу. Второй дед, танкист, дошел до Австрии, горел в танке. После войны работал в "Макеевском рабочем", стоял у истоков создания крупнейшей городской газеты. Когда первый дед познакомился со вторым, то, вернувшись домой, сказал, что теперь знает настоящего коммуниста.

Так что у него не было никакого выбора. Как только какая-то мразь начинает кричать "Москалей на ножи!", "Жидов на ножи!", "Хохлов на ножи!", ну что тут выбирать... Ремарк же недаром говорил, что национализм - это камень. Поднимешь - и из-под него начинает выползать всякая мерзость. Но когда национализм трансформируется в нацизм, ответственность ложится уже на всю страну. Что, собственно, и случилось с Украиной.

Жизнь в Донецке сейчас по-прежнему тяжелая. Когда мы встречались, вода шла раз в три дня, и то не везде. И хаймерс сбили как раз над домом Кофмана. "Долбануло хорошо. Стоял в подземном гараже перед воротами, и меня аж отбросило".

Сейчас Донецк меньше обстреливают, но с водой, теплом и прочим также трудно. 33-летний сын Александра на фронте. Участвовал в освобождении населенных пунктов по пути к Мариуполю. И даже не стоял вопрос, что он не поедет на СВО. "Хотя, поверьте, это тяжело. Когда звонишь ротному, а он тебе отвечает: "Саш, одни куски лежат. Сейчас будем их сличать". Я поседел за два месяца, пока сын был в "штормах". Кто не поседел в Донецке, когда донецких мобилизованных - золотой генофонд молодежи - кинули в первую волну СВО. А многие ведь ушли добровольцами... Но как написал все тот же поэт Теркулов: "А у нас тут Донецк, и от этого, кажется, легче".

Как все начиналось?

В 2014 году, незадолго до создания парламентов ЛНР и ДНР, был создан общий парламент Союза непризнанных республик, или Парламент Новороссии. Председателем был избран Олег Царёв, вице-спикером Александр Кофман.

Позже Кофман принимал участие в выборах главы ДНР. Занял второе место. После оглашения результатов выборов Александр Захарченко назначил его министром иностранных дел. "Я зашел к нему в кабинет, смеюсь и говорю: "Ты бы меня еще послом в Буркина-Фасо отправил. Я инженер-строитель и экономист". А Саша говорит: "Справишься". За полтора года с нуля было создано министерство. Сотрудничали со всеми оппозиционными силами Европы и США - с Каталонией, Техасом. Установили плотные контакты с Абхазией. С Осетией подписали соглашения, которые позволили ДНР наладить финансовые и товарные потоки.

Во время Минских соглашений Кофман выступил с их резкой критикой и ушел из МИД ДНР. Год преподавал историю в Донбасской юридической академии. После трагической гибели Захарченко Денис Пушилин предложил ему войти в состав Общественной палаты, и его единогласно избрали ее председателем. Находится под международными санкциями стран ЕС, Великобритании, США и др. стран.