В прокат выпустили отреставрированную «Красную пустыню» Антониони

9 апреля компания "Иноекино" выпустила в прокат отреставрированную "Красную пустыню" (Il Deserto Rosso, 1964) Микеланджело Антониони - первый цветной фильм мастера и последнее появление музы Моники Витти в его объективе.

Главная героиня Джулиана после автокатастрофы теряет почву под ногами, душевное равновесие и на протяжении фильма пытается найти различные подспорья во внешнем мире: в индустриальных пейзажах, в мужчинах, в детях. Все эти поиски и самоощущения героев, помимо драматургии, актерской игры, операторской работы, ландшафтов, впервые за карьеру Антониони обыгрывает еще и цветной палитрой.

Далее мастер продолжил работать с красками, да еще и в других странах (Великобритания, США), отчасти отстранившись от Италии. Однако этому предшествует долгий черно-белый период: первые работы и знаменитая "трилогия отчуждения" - ядро творчества Антониони. Именно этот монохромный этап - ключ к пониманию последующих цветных картин и генезису стиля режиссера. Остановимся на пяти его главных работах, снятых в черно-белых границах.

"Хроника одной любви" (Cronaca Di Un Amore, 1950)

Проба пера Антониони. Во время создания ленты режиссера консультировал сам Лукино Висконти: именно он за обедом посоветовал актрису на главную роль - бывшую Мисс Италии Лючию Бозе.

Завязку не приходится ждать долго: в первые минуты фильма ее озвучивают два работника детективного агентства. Энрико Фонтано (Фердинандо Сарми), богатый миланский промышленник, обращается к этим двум господам с заданием разузнать о прошлом своей красавицы-жены Паолы (Бозе) - женщины, которую при каждом появлении провожают глазами все мужчины. Энрико не может поговорить со своей женой о ее прошлой жизни - из гордыни, из отсутствия навыка коммуникации с любимым человеком. Уже на этом моменте становится ясно, в каком тупиковом положении находится брак этих двух людей.

Конечно, Антониони здесь документирует не их любовную историю. Мы вместе с детективом узнаем о первой и единственной любви Паолы - Гвидо Гаррони (Массимо Джиротти). Он - друг детства, с которым она дружила вместе с Джованной Карлини, невестой Гвидо. Девушка погибла при странных обстоятельствах за несколько дней до свадьбы.

Кадр из фильма "Хроника одной любви"

Уже здесь намечен один из главных принципов построения драматургии у Антониони: детективная составляющая - отвлекающий маневр. Это не центр картины, а предлагаемые обстоятельства, которые должны обнажить трансформацию психики, жизненных принципов и взаимоотношений героев под давлением нестандартных происшествий. В этой картине герои испытание не проходят. Решительность и страсть перетекают в мнительность и холод. Иллюзия, что внешняя преграда (в лице мужа) - единственное препятствие к общему счастью, рассыпается. Отношения Гвидо и Паолы, как это порой бывает, существуют только при наличии какого-то "вопреки". Когда вдвоем нужно противостоять некой опасности - это определенно питает отношения. Однако когда дело доходит до решительных действий и становится ясна цена вопроса (а цена эта - убийство мужа), любовь вянет. Тогда остается лишь самая примитивная трусость, которая, увы, ни с какой настоящей любовью не связана.

"Подруги" (Le Amiche, 1955)

Фильм получил "Серебряного льва" на 16-м Международном кинофестивале в Венеции. Снят по мотивам рассказа итальянского писателя Чезаре Павезе "Три одинокие женщины". Лента получилась намного светлее "Хроник", хотя в основе здесь тоже околодетективный сюжет.

В Турине, в одном из номеров отеля, девушка по имени Розетта (Мадлен Фишер) пытается покончить с собой. Горничная успевает предотвратить это: зовет на помощь женщину из соседнего номера Клелию (Элеонора Росси Драго), настоящую self-made woman. Вскоре в отеле появляется подруга Розетты - инициативная Момина (Ивонн Фурно), которая втягивает Клелию в расследование, ну а после и в дружбу с целой когортой обеспеченных светских дам.

Кадр из фильма "Подруги"

Еще одна особенность картин Антониони - женщины в качестве главных героинь. Режиссера интересует весь спектр их различий: темперамент, модели поведения, прошлое, социальное положение. Он помещает эти разные по своему происхождению "экземпляры" в нестандартные условия и наблюдает, куда повернутся личность и стратегии поведения каждой. Это проверка не столько на стойкость, сколько на гибкость человеческой натуры. Антониони не ставит диагноз - он просто констатирует изменения, не оценивая, отходят ли они от нормы. Это уж нам решать.

Например, в этой картине мы наблюдаем, как под воздействием ряда событий героиня Клелия пытается войти в высшее общество. Женщины пробуют приобщить ее к своей гедонистической философии, фривольному отношению к мужчинам и деньгам. Но Клелия остается верна себе.

Так можно наблюдать за любой героиней этого фильма: у каждой свои правила жизни, свое отношение к любви и дружбе. Все они настолько разные, что их столкновения друг с другом рождают интереснейший конфликт, наталкивающий на размышления о женской природе, о границах самостоятельности женщины в обществе, о том, можно ли сохранить свою самость, когда все вокруг пытаются тебя перекроить.

"Приключение" (L'avventura, 1960)

Лента открывает знаменитую "трилогию отчуждения". Кроме того, это первый фильм, куда ступает нога главной музы мастера Моники Витти. Картина была отмечена специальным призом жюри Каннского кинофестиваля "за создание нового кинематографического языка и красоту образа".

Внешнее обстоятельство, которое запускает экзистенциальные изыскания героев, таково: группа светских персон отправляется в круиз по Липарским островам. Во время остановки на одном из скалистых необитаемых островков Анна (Леа Массари), дочь известного дипломата, после чувственного разговора со своим женихом Сандро (Габриэле Ферцетти) исчезает. Но, как уже можно догадаться по предыдущим работам, фильм не сводится к пошаговому разворачиванию детективной линии. Интрига в другом: пока в поисках участвует вся аристократическая братия, лучшая подруга Анны, Клаудия (Витти), судя по всему, взаимно влюбляется в мужчину пропавшей.

Кадр из фильма "Приключение"

Именно в этой картине начинает проявляться главный лейтмотив творчества Антониони: одиночество в толпе. Герои "Приключения", как и всей трилогии, - обеспеченные люди, ни в чем себе не отказывающие, но испытывающие перманентную скуку и чувство потерянности. Противопоставление аристократии здесь очевидно: внешнее благополучие и достаток не являются маркером внутренней гармонии и духовной удовлетворенности. Бесконечное притворство и мимикрия неизбежно ведут к утрате собственной идентичности.

Главные герои чувствуют, что живут не свою жизнь: говорят о том, о чем на самом деле не хотят говорить, любят тех, к кому давно уже остыли, постоянно сомневаются в своих решениях - словом, живут мимо своей души. Анна, например, не может решиться на замужество - не потому, что не уверена в партнере, а потому что не уверена в себе самой: ни в своих чувствах, ни в истинных желаниях, ни в планах на будущее. Она просто плывет по течению, причем далеко не спокойному. Не случайно она исчезает посередине океана.

Но по этому течению плывет не только она. Клаудия и Сандро мечутся между страстью, непонятной тягой друг к другу и чувством вины, стыда за быстро ускользающую скорбь. Антониони вновь иллюстрирует трансформацию состояния героев, но не через слова: они неточны и зачастую ложны. Вместо этого он работает с пейзажами, долгими медитативными планами, микросценами и, казалось бы, рядовыми ситуациями. Здесь можно провести параллель с юнговской синхроничностью: внутреннее психическое состояние совпадает с внешними обстоятельствами, которые на первый взгляд кажутся не связанными с ним. В фильме встречаются случайные сцены, которые поначалу могут показаться неуместными, выбивающимися из канвы повествования. Но если рассматривать их не как часть сюжета, а как ту самую синхроничность - пазлы встанут на свои места. Тогда зрительский взгляд обнаружит ту самую "красоту образа", о которой говорило Каннское жюри.

"Ночь" (La Notte, 1961)

Для воплощения своих интенций Антониони впервые начинает брать на борт своего кинематографического корабля иностранных актеров. Здесь это Жанна Моро, прямиком из новой французской волны, с печально опущенными уголками губ - она играет Лидию, жену успешного писателя Джованни (Марчелло Мастроянни). Детективной составляющей уже нет: все погружено в небольшие этюды, которые транслируют затухание отношений и потерянность тех, кто эти отношения и строил. Фабулу сложно воспроизвести: той нити, на которую, казалось бы, нанизывались эмоции и чувства в предыдущих картинах, нет. Все в разрушенном состоянии изначально. Герои посещают больного друга, идут на презентацию книги, сидят в баре, молча наблюдая за выступлением афроамериканской танцовщицы, а остаток дня, то есть ночь, проводят на светской вечеринке. Именно там появляются искушения и откровения - в коротких диалогах, случайных прикосновениях и долгих взглядах...

Кадр из фильма "Ночь"

Среди этого праздника жизни Лидия и Джованни оба лишние. Они неохотно знакомятся с гостями, не заинтересованы в светских беседах: их гложет собственная внутренняя раздробленность. Ночь - нагота души. Ты уязвим, чувствителен, как оголенный провод. Герои мечутся как слепые, цепляются за любую возможность почувствовать себя живыми, стремятся к изначальной цельности. Лидия, например, самозабвенно танцует под дождем и внезапно срывается с незнакомцем в ночную автомобильную прогулку, чтобы хоть на мгновение что-нибудь почувствовать.

Ночь - время, когда ищешь поводыря, опору, которая выведет на свет. Таким поводырем для Джованни могла стать Валентина (Моника Витти). Ее силуэт так четко выделяет контровой свет, словно фигуру с шахматной доски, на которой она играла с писателем. Но не надо забывать: ночь - это еще и время иллюзий. После все равно наступает утренняя трезвость.

Благодаря той же синхроничности, уникальному киноязыку Антониони, становится видно, насколько пугающе, казалось бы, заурядное явление - конечность любви. По-настоящему страшно наблюдать за безразличием и пустотой, которые разрастаются там, где раньше все полыхало от чувств.

"Затмение" (L'eclisse, 1962)

В "Затмении" режиссер продолжает работать с французскими актерами: на этот раз с Аленом Делоном, в котором, кстати, в отличие от Жанны Моро, французская новая волна не увидела своего героя (лишь когда Делону будет 55 лет, Жан-Люк Годар снимет его в фильме с одноименным названием "Новая волна"). Эта работа также получила специальный приз жюри Каннского кинофестиваля.

В центре снова потерянные, отчужденные герои, бесцельно плывущие по улицам Рима. Переводчица Виттория (Моника Витти) расстается со своим возлюбленным Риккардо (Франсиско Рабаль). Причина не проговаривается в диалогах - они очень неконкретны и обрывисты: все изложено в деталях и образах. После многократного посещения фондовой биржи вместе со своей матерью, ярым трейдером (Лилла Бриньоне), Виттория сближается с биржевым маклером Пьеро (Делон).

Кадр из фильма "Затмение"

Особого внимания заслуживают сцены на этой самой фондовой бирже. Антониони интересно показывает фиксацию людей на материальном: через смерть человека и смерть акций. В одном из фрагментов показано, как в этом улье кричащих, потных мужчин наступает минута молчания по одному из товарищей. Но она мгновенно сменяется прежними метаниями: люди снова теряют себя и через секунду забывают, о ком только что горевали. Зато когда до них доходит весть о наступающем экономическом кризисе из-за обвала фондового рынка - вот здесь появляется подлинная скорбь. Все обливаются горькими слезами по своим миллионам, по фантазиям о том, как бы они их тратили.

На этом фоне и разворачивается история Виттории и Пьеро. Абсолютно разных людей: практичный и очень приземленный Пьеро с непоэтичными рассуждениями об автомобилях, о ставках и вечно меланхоличная Виттория с философскими изречениями, совершенно не заинтересованная в материальных благах. Что сблизило их? Одиночество - коварная вещь. Заставляет на многое закрывать глаза. Цепляешься за любую возможность быть любимым.

Но даже такая мнимая связь показана Антониони в трогательных деталях. Те же снятые трубки телефонов во время их свиданий: только после расставания Пьеро неохотно кладет их на место. Все для того, чтобы никто не потревожил их в мгновения этой напускной нежности.

Исход отношений, как и в каждой части трилогии, таков: люди рядом, но не вместе. Любовь, как акции на бирже: минута страсти - и обвал. Ничего не остается. Неизменны только пустота и скука.