Певица Ольга Серябкина показала новое шоу в Москве
Большим сольным концертом, получившим название Gold, то есть «Золото», бывшая участница группы Serebro, а ныне сольная исполнительница, рвущаяся в поп-фурии, Ольга Серябкина отметила двадцатилетие своей карьеры. Несмотря на солидный опыт, артистка называет это шоу своим первым сложнопостановочным перформансом, над которым трудилась довольно большая команда. Результат стал для поклонников, собравшихся в концертном зале «Москва», большой радостью, а для «ЗД» — поводом для размышлений.
Ольга Серябкина — девушка героическая уже потому, что тринадцать лет продержалась в группе Serebro, причем не только выступая на сцене, но и сочиняя тексты к песням вроде «Мама Люба», Mimimi, «Мало Тебя», ставшие программными хитами группы. Солистки в коллективе обновлялись, как вещи в гардеробе после выхода каждой новой коллекции, но Серябкина стойко держалась до 2019 года, хотя с 2014-го уже выпускала сольные треки под псевдонимом Molly.
Примечательно, что после ухода Ольги продюсер Максим Фадеев полностью изменил состав своего детища и так вошел во вкус, что позже снова повторил этот трюк. Таким образом, то «каноническое» Serebro с Юлией Темниковой, Мариной Лизоркиной и Серябкиной, которое в 2007 году взрывало «Евровидение-2007» песней Song#1, а позже покоряло танцполы России и даже Европы «Мамой Любой» с сочным матерным словечком, больше не существовало. Под старым «заслуженным» названием появились лица, не только не имеющие к нему отношения, но фактически никак не связанные со «славной историей» поп-бренда. Как если бы под названием АВВА выступали позже какие-нибудь тетки, не просто «левые», а еще и никому не нужные. Удивительное местное ноу-хау под названием — не важно, кто поет, важно, кто заказывает музыку.
Сольную деятельность под своим именем Ольга начала с альбома «Синий Цвет Твоей Любви» (2022) — название, которое могло возбудить даже депутата Милонова, — и с тех пор артистка исправно выпускает по несколько синглов в год, не забывая о коллабах как о крайне важных составляющих любой современной поп-карьеры. В общем, песен у г-жи Серябкиной вполне хватает, и нужно было лишь красиво их упаковать.
Следует признать, что по части упаковки у артистки вышло все совсем неплохо, а иногда обертка куда эффектнее самого музыкального продукта. Для первого большого шоу Серябкиной постановщики превратили вполне стандартную сцену в некое подобие портала во времени и пространстве. Периметр обрел плавные геометрические контуры, за большим полупрозрачным экраном подвесили помост, на котором «спрятали» музыкантов, периодически проявлявшихся из-за электронной пелены, будто привидения замка Иф. Видео-арт и танцевальные номера явно намекали на то, что придуманы они были, мягко говоря, не накануне концерта. Но наибольший успех имел фокус не технический, а гуманитарный.
Главная героиня действа решила начать с козырей: первым номером шоу стал, пожалуй, главный хит Serebro «Мама Люба», а потом на сцену вышли Катя Кищук и Полина Фаворская. Таким образом, ради одного вечера Serebro выступили в знакомом всем составе. Конечно, это была не совсем та группа, которая в 2007 году давала жару в Хельсинки на «Евровидении», вызывая удивление в духе «не слишком ли это модно и весело для russian pop?» Но публика не очень-то была настроена на сравнения. «Отпусти Меня» и «Я Тебя не Отдам» прямо-таки утонули в фанатской истерике и обеспечили не менее истеричный эмоциональный фон всему шоу. Публика колотилась в падучей и орала: «Спасибо, Оля!» — имея в виду «чудесный» подарок в виде целого «Серебра».
Контекст аллюзии подчеркивался серебряным фоном сцены и серебристыми нарядами артисток. Сама Ольга светила ногами, как прожекторами, утянув их в лосины, усыпанные блестками, и сильно смахивала на канонический «лук» Любови Орловой в фильме «Цирк» 1936 года, когда та задорно отбивала чечетку на пушке.
Начав с хитов старой закваски и серебряных нарядов, подчеркивающих не только бедра, но и название группы, Ольга затем перешла к трекам, которые записала как Molly, и все-таки сменила «предательские» светлые тона на страусиные перья, боди, кожаный плащ. Серебряный антураж трансформировался в инфернальный черно-красный, но и тут артистка демонстрировала полную органику.
А потом она принялась за свежие песни и облачилась в золото, чтобы уж соответствовать названию шоу и, в отличие от алхимиков Средневековья, убедительно показать, что серебро в золото обратить — все равно что два пальца обмочить. Ради совместного исполнения трека «По Улицам» на сцену вышел Коста Лакоста — в свое время харизматичного рэпера открыла для публики и сцены Лолита, и теперь молодой человек пошел практически по рукам других коллаборантов, о чем, видимо, ничуть не жалеет. Танцевальные хиты миксовались с томным шептанием, стилизованный под ретро видеоряд для «Начнем Все Сначала» добавил сантиментов, живая группа и танцевальный бит вроде бы не особенно спорили друг с другом.
У шоу был некий космический концепт. В визуальном отношении подавали холодный лунный свет и солнечное затмение, а хронометраж в час сорок восемь минут в точности соответствовал времени первого космического полета — филигранно направленный нос по ветру, учитывая официально празднуемый по всей стране «год космоса». В общем, каждый, кто еще находится здесь, обязательно сигнализирует «наверх», что я свой/своя, получается по-разному, но здесь вышло вполне затейливо.
Впрочем, было бы не совсем правильно утверждать, что своим шоу Ольга Серябкина унесла всех на космическую высоту. И дело прежде всего в музыке. Как бы ни старалась артистка, но необходимость соответствовать современной поп-доктрине неизменно отражается на песнях. Они словно собраны на едином для всех конвейере, исполнены до того ровно и однообразно, что забываются уже после второго куплета.
Ольге, однако, не отказать в фантазии. Она как автор умеет сочинять припевы, а двадцатилетний опыт позволяет смешивать актуальное сейчас бормотание со страстями в духе Ирины Аллегровой. В результате шлягерок под названием «Старший Лейтенант» звучит ироничным оммажем на аллегровского «Младшего Лейтенанта». Да что — звучит, так и было задумано. А там, где появляется ирония, слегка рассеивается душноватый туман многозначительности, которым сегодня так часто укутаны простенькие песенки.