Фильмы
ТВ
Сериалы
Актеры
Тесты
Фото
Видео
Прямой эфир ТВ

«Сначала была любовь, потом это переросло в привычку»

Многолетний ведущий «Первого канала» рассказал “Ъ”, почему перешел на конкурирующий телеканал ВГТРК «Россия 1».

Малахов: «Я будто увидел свою телевизионную смерть»
Фото: Александр Миридонов / КоммерсантъАлександр Миридонов / Коммерсантъ

— Вы будете в ВГТРК не только ведущим, но и продюсером?

Видео дня

— Да. Когда поступает предложение от государственного канала с невероятной корсетью по всей стране, который, скажем честно, выиграл прошлый телесезон, и тебя приглашают, понимая, что ты явно не дурак в телевидении, то ты чувствуешь уважение и понимаешь, что здесь ты уже не мальчик, который делает кофе.

— Какая продакшен-компания будет делать «Прямой эфир»?

— Программа будет производиться вместе с Александром Митрошенковым, который делал «Большую стирку», «Пусть говорят» и сейчас — «Прямой эфир».

— В этом проекте вы будете иметь решающее слово?

— Да. Жена называет меня босс-молокосос. Понятно, что телевидение — это командная история, но решающее слово — за продюсером.

— «Прямой эфир» идет не в прайме, в 17:40. Будет ли меняться его слот?

— Пока не будет. Время телевидения изменилось — главное, что ты показываешь,— контент. Неважно, в 11 утра или 17:40, когда основная аудитория уже включила телевизор.

— Вы работали на «Первом канале» 25 лет. Почему вдруг решили уйти к конкурентам?

— Это череда разных событий в жизни. Я пришел в «Останкино» студентом на практику и три часа стоял в ожидании пропуска. Я был очарован этим большим миром и начинал с того, что днем бегал за кофе, ночью — в ларек за водкой для легенд телевидения. И хотя ты стал популярным телеведущим, ты все равно работаешь с теми же людьми, которые относятся к тебе как к сыну полка. Это ситуация, когда твои коллеги пришли гораздо позже, но уже имеют собственные проекты. А у тебя все тот же прежний статус. Ожидается, что ты будешь «ведущим на ухе», но тебе уже есть о чем самому поговорить со своими зрителями.

Это как в семейной жизни: сначала была любовь, потом это переросло в привычку, а в какой-то момент — это брак по расчету. Мой контракт с «Первым каналом» закончился 31 декабря 2016 года и не продлевался — настолько все привыкли, что я здесь. Мне хочется расти, стать продюсером, человеком, который принимает решения, в том числе определяет, о чем быть моей программе, а не отдает всю жизнь под козырек и смотрит по-щенячьи в глаза меняющимся за это время людям. Закончился телесезон, я решил, что нужно закрыть эту дверь и попробовать себя в новом качестве в новом месте.

— Главной причиной вашего ухода называют конфликт с продюсером , которая придумала «Пусть говорят», потом девять лет назад ушла в ВГТРК, а в этом году вернулась на «Первый». Говорят, вы с ней в этот раз не сработались

— Можно я оставлю это без комментариев? Я всегда считал, что в любви и нелюбви надо быть последовательным. Для меня непривычно менять свой набор убеждений как по мановению волшебной палочки. На этом я закончу историю.

— Когда вы уведомили «Первый канал» о своем решении?

— Продюсера я предупредил за месяц. Но как-то все не верили, и в первый день отпуска я написал заявление и письмо (гендиректору «Первого канала».— “Ъ”) о том, что «я устал, я ухожу».

— Как он отреагировал?

— У нас был разговор, в котором мы обсуждали будущее телевидения и перспективы, которые могут меня ждать в новом сезоне. На этот разговор накладывалось то, что в ноябре у меня должен появиться ребенок, и я говорил, что мне нужно хотя бы день в неделю посвятить тому, о чем долгое время мечтал. Но вся эта история — это не конфликт с руководством канала. Я с глубоким уважением отношусь к Константину Львовичу. Тем более он понимает, какое счастье стать отцом и что есть жизнь помимо ежедневной борьбы за рейтинг.

— Как был устроен ваш график?

— Пять дней в неделю эфир, и за редким исключением можно записать две программы в день. Сложно конкурировать в прайме, держать первое место по стране столько лет — надо делать драматургию на 55 минут и держать зрителя в напряжении, чтобы он сопереживал и не переключался. Причем мы живем в конкуренции. И на других каналах, и на «Первом» есть аналогичные ток-шоу, которые конкурируют между собой. У нас идут «Мужское/женское», «Время покажет». Заявляешь тему на летучке, тебе говорят: это не твое, это другое шоу.

— Константин Эрнст пытался вас удержать, когда стало известно о переговорах с ВГТРК?

— Меня не было в Москве, и на переговоры с моими представителями явилась та же Наталья Петровна Никонова. Я отправил заявление об увольнении «». Некоторые говорят, что у меня кризис среднего возраста. Может и так, в 45 начинаешь смотреть на определенные вещи иначе. Еще одной частью в этом падающем домино стала программа, которую мы делали к 30-летию «Доброго утра», где я начинал. Я с грустью смотрел на людей, которые были моими кумирами, и понял, что если останусь на этой позиции, то рано или поздно превращусь в них.

— Рассказывают, что у вас была небольшая по телевизионным меркам компенсация — около $1 млн в год. И якобы она перестала вас устраивать...

— Я вообще был один из немногих, кто работал за зарплату, в основном у нас ведущие получают гонорары за каждый эфир. У меня фиксированный оклад за 20 эфиров в месяц плюс мероприятия, концерты или если надо поехать куда-нибудь в Германию поужинать с рекламодателями — это все включено. Если бы вопрос стоял про деньги, то я девять лет назад ушел бы с Натальей Петровной Никоновой. Уходя сейчас, я будто увидел свою телевизионную смерть — весь этот шум в интернете, программа на тему «вот каким он парнем был» Это какое-то перерождение.

— На «России 1» вам предложили более выгодный контракт?

— Условия финансовые практически сопоставимы, ведь «Россия 1» — это государственный канал.

— Основной доход у вас — это корпоративы?

— Все вместе.

— Как их удается совмещать с таким графиком, когда пять дней эфир?

— Приходится отказываться от многих работ. По субботам получалось.

— А новый работодатель идет вам навстречу в связи с тем, что вы ждете ребенка?

— Так как страна ждет появления ребенка Андрея Малахова, судя по первой новости в , больше, чем переживает за развод и Даши Жуковой, думаю, мы сможем порадовать зрителей. Сможем если не показать им роды в прямом эфире, как , то сделать то, что сработает на рейтинги канала «Россия 1».

— По данным Mediascope, аудитория «Пусть говорят» падала последние годы: в 2014 году доля шоу была больше 19% среди зрителей старше четырех лет, в 2016-м — 17%, в первом полугодии нынешнего года — 15,9%. С чем вы это связываете? Обсуждал ли с вами канал снижение аудитории, может, от вас чего-то нового хотели?

— Доля программы снижалась пропорционально снижению доли «Первого канала». Как вам известно, наверное, канал потерял лидирующее положение. При этом в целом цифры «Пусть говорят» были более чем на 20% выше средней доли канала. Но, когда мы предлагали перейти в режим прямого эфира в обсуждении некоторых тем, нам говорили: не трогайте. Хотя есть темы, которые важно обсуждать именно в прямом эфире. Например, миллиарды Захарченко. Мне говорит продюсер: это не ваша тема. Я не буду спорить, тем более я не был продюсером шоу и решающее слово было не за мной. Или — история про отъезд . Я ей звоню, она говорит: «Андрей, я тебе доверяю, я тебе сейчас все расскажу». Дальше мне говорят: это не ваша тема, вы ее не трогайте. Потом я вижу, как Мария Максакова превращается в сериал на других каналах, не давая никому интервью, мне внутренне обидно. Сложно выстреливать и держать планку аудитории только на бытовых историях и драмах звезд. Тем более они не так часто случаются.

— Что бы сделали вы, будь вы продюсером «Пусть говорят»?

— Я добавил бы больше общественно-политических тем.

— Вы смотрели выпуски «Пусть говорят» с вашим преемником ? Как вам новый ведущий?

— Я сразу сказал, что это правильное решение. Телевидение должно питаться молодой энергией, там должно быть больше молодых продюсеров, которые смотрят на мир по-новому, или это должен быть правильный микс взрослых и молодых. Конечно, можно было бы найти хорошо выглядящего 50-летнего ухоженного ведущего в дорогом костюме, который бы нравился женщинам всех возрастов. Как говорил мой первый начальник с «Доброго утра» , от ведущего в кадре должно пахнуть дорогими духами и сигарой. Но Дмитрий молод, и думаю, что он способный ученик. Главное, чтобы он не разрушил себя.

— Как пришло предложение от ВГТРК? Они сразу вам позвонили?

— Прежде всего подчеркну, что мои отношения с «Первым каналом» и моя новая работа — это не связанные вещи. Я ушел с «Первого», потому что пришло время. Переговоры с ВГТРК проходили в несколько этапов, в том числе с участием продюсера программы «Прямой эфир» на «России», который в свое время запускал «Большую стирку» и «Пусть говорят»,— Александра Митрошенкова.

— От кого еще поступали предложения?

— Мне даже предложили вести «Дом-2». Мы решили, это было бы неплохое шоу, если бы моя жена рожала на Сейшелах. Потом было предложение от нового большого проекта на СТС. Была интересна реакция коллег. Позвонил (главный редактор информационно-развлекательных программ НТВ.— “Ъ”) на второй день после подачи заявления, мы говорили про телевизионную жизнь, и он не мог поверить в мой уход.

— Как изменится «Прямой эфир» с вашим приходом? Это будет «Пусть говорят» только с другим названием?

— Шоу будет чуть другим, но и лучшие образцы «Пусть говорят» никто не отменял. Прежде всего это истории людей. У нас мало программ, где темы маленького человека, мини-истории страны можно увидеть. Ну и, поскольку в названии программы появится мое имя, она будет еще более отражать меня.

— Станет ли там больше общественно-политических тем?

— Скажу так: между темой «любовница Саакашвили» и «свадьба и в Грозном» я выберу, конечно, второе, но главное — интересы зрителя.

— Какие выпуски «Пусть говорят» вы можете назвать самыми удачными, чем вы гордитесь?

— Сложно выбрать... Несомненные хиты — цикл «Аффтар жжот», подборка самых популярных видео в интернете,— было по шесть повторов одних и тех же программ. Если про интервью, которые обсуждались,— это выпуск с и история турецкой женщины, которая шесть лет ухаживает за лежащим российским юношей, которого она нашла в турецкой больнице.

— А самый высокий рейтинг за последние три года давали выпуски про избитую жену и любовный треугольник , судя по цифрам Mediascope. Все они вышли в ноябре 2014-го.

— Но в чем история с Маратом Башаровым? Его жена, конечно, впервые появилась и рассказала эту историю, рыдая у меня на плече. Но тут все должно выстрелить — погода, время, настроение, правильный анонс.

Есть короткая история. Когда я приехал в Москву, у меня в общежитии все было обклеено фотографиями. Чем больше я работал на телевидении, тем меньше их становилось, и в конце осталось одно фото — . На него я хотел быть похож. И вот годы спустя я слышу, что Том Круз в «Останкино», он идет к на эфир. Я прихожу в студию, смотрю из-за камеры на Тома Круза. А у нас в этот день в эфире певица Натали, которую восемь лет никто не слышал после песни «Ветер с моря дул». У нас была до этого программа, где женщины со всей страны поздравляли своих мужчин с 23 Февраля, они присылали ролики на канал, и, условно говоря, из 10 тыс. роликов 8 тыс. было на песню «О боже, какой мужчина». Вся провинция ее слушает. Мы звоним певице Натали, которая сидит у себя в Одинцово в двухкомнатной квартире, она пришла на программу, от нее было такое ощущение искренности! И тут звонит руководство канала и говорит: «Уважаемые, это что у нас в эфире идет сейчас?» А если говорят «уважаемые», значит, все плохо. Что это у нас в эфире, когда у нас Том Круз на канале. На что наш продюсер Наташа говорит: «А это возвращение 1990-х». И мы понимаем: если завтра цифры не будет, нам всем несдобровать с певицей Натали и ее песней. Ну и на следующий день певица Натали — доля 26%, Том Круз — доля 8%.

— Но шоу Ивана Урганта идет поздним вечером

— Неважно, важно, какой контент. Против него идет «Дом-2» с долей 14%. Против нас идут «Вести», сериалы СТС и ТНТ. Но свою долю 26% ты можешь взять в любом слоте.

— А вы не боитесь, что с вами получится, как с ,— он уходил с «Первого канала», через десять лет вернулся, но популярность уже совсем не та?

— Популярность не зависит от канала, если ты уже работаешь на одном из национальных каналов. на «России 1» стал гораздо популярнее, чем был на «Первом». Максим не раз говорил, что ушел с «России 1», потому что хотел сделать свое шоу, где он был бы главным героем, а не ведущим. (гендиректор «России 1».— “Ъ”) не поверил в эту идею. А на «Первом» согласились сделать именно такую программу — «МаксимМаксим». И Максим уходил очень неожиданно: накануне вечером он ужинал с Константином Эрнстом и , обсуждал с ними новогодний «Голубой огонек», а на следующий день в 12 часов дня он был на пресс-конференции в прямом эфире и объявлял, что уже перешел на другой канал. Живы люди, которые помнят эту историю. Это был большой шок для всех. В моей ситуации все более чем корректно — закончился телесезон, я написал заявление, дал два месяца на то, чтобы нашли другого ведущего.

Интервью взяла