Ещё
Стриптизерши
Стриптизерши
Триллер
Купить билет
Аладдин
Аладдин
Приключение, Комедия, Семейный
Купить билет
Одесса
Одесса
Ромком
Купить билет
Щегол
Щегол
Драма
Купить билет
Комната желаний
Комната желаний
Детектив, Фантастика, Драма
Купить билет
Битва
Битва
Драма
Купить билет
Yesterday
Yesterday
Фэнтези, Комедия, Музыкальный
Купить билет
Рэмбо: Последняя кровь
Рэмбо: Последняя кровь
Боевик, Приключение, Триллер
Купить билет
Королевские каникулы
Королевские каникулы
Мультфильм, Комедия, Семейный
Купить билет
Однажды в... Голливуде
Однажды в... Голливуде
Трагикомедия
Купить билет
Король Лев
Король Лев
Приключение, Мюзикл, Семейный
Купить билет
Я иду искать
Я иду искать
Детектив, Триллер, Ужасы
Купить билет
Форсаж: Хоббс и Шоу
Форсаж: Хоббс и Шоу
Боевик, Приключение
Купить билет
Дорогой папа
Дорогой папа
Комедия, Мелодрама
Купить билет
Пункт назначения: Смайл
Пункт назначения: Смайл
Триллер, Ужасы, Драма
Купить билет
Между нами музыка
Между нами музыка
Мелодрама, Музыкальный
Купить билет
Щенячий патруль: Суперпатруль 2
Щенячий патруль: Суперпатруль 2
Мультфильм
Купить билет
Побег из джунглей
Побег из джунглей
Мультфильм, Приключение, Фэнтези
Купить билет
Промар
Промар
Мультфильм, Приключение, Фантастика
Купить билет
Angry Birds 2 в кино
Angry Birds 2 в кино
Мультфильм, Приключение, Комедия
Купить билет

Фестиваль «Возвращение»: апофеоз доверия 

Фестиваль «Возвращение»: апофеоз доверия
Фото: Ревизор.ru
На двадцать первом году существования уже не фестиваль работает на репутацию, а репутация работает на него. Выработан кредит доверия к исполняемой музыке. Слушатели по опыту знают: неизбитое имя в программах означает, что фестиваль открыл его значимость раньше, чем широкая публика, и хочет поделиться своим знанием. С нами.
Концерт с темой «несвобода» (исполняемая музыка написана или в тюрьме, или по поводу тюрьмы) дал возможность услышать опусы восьмерых авторов, которых вместе нигде больше не услышишь, да и по отдельности, мягко говоря, не часто. Сопоставление имен и партитур (все они, кстати, созданы в двадцатом веке, что красноречиво говорит о времени) — материал для диссертаций о проблемах восприятия. Тут вопросы без однозначных ответов. Что происходит на таком концерте, если известна трагическая биография автора? Мы сможем вникнуть в вещь саму по себе, без предпосылок, или неизбежно воспримем ее через внемузыкальные факторы? Так было с самого начала, когда сыграла Прелюдию и фугу для фортепиано из цикла 24-х Прелюдий и фуг, написанного советским композитором Всеволодом Задерацким в лагере на Колыме, на стопках телеграфных бланков. Конечно, это превосходная музыка, часть цикла, написанного первым композитором после Баха, кто создал 24 прелюдии и фуги во всех тональностях. Но и подразумеваемый манифест о выборе между жизнью и смертью?
Впрочем, «Пульс» и «Возвращение», сочиненные американцем Генри Коуэллом для ансамбля ударных, более всего запомнились экзотическими азиатскими инструментами, ловким чередованием глухого и звонкого, импровизационной игрой акцентами и громкостями, включая вой сирены, и продолжительностью асимметрично наложенных ритмов. А сериальная музыка южнокорейца Исан Юна, с прекрасным кларнетом , ничем не выдала, что автор сидел в тюрьме за шпионаж. Тут, скорее, думалось о слиянии корейского с европейским. И об авторских претензиях на космизм и его воплощение в коллаже вибрирующих тонов, в «перетекающих» вверх и горизонтально звуках.
Фото: Инесса Кудрявцева
Собственно говоря, декоративность в нагнетании ужасов, предпринятая композитором Жаком Ибером в «Балладе Редингской тюрьмы», тоже не пугала, а отсылала к французскому музыкальному импрессионизму как явлению: все эти «бродячие страхи» и рыдающие ветры” в форме преображенных танцев были интересны как приметы эпохи. А вот нонет Рудольфа Карела, погибшего в нацистском концлагере, вернул к размышлениям о воле и неволе. Потому что отголоски городских мелодий и намеки на фольклорные мотивы (все как бы обрывистое, незаконченное), кажется, стали для композитора напоминанием о нормальной жизни, в которой были танцы, прогулки и улыбки. В то время как Три песни Виктора Ульмана (дата и место создания — 1943 год, Терезин), с блестящим вокалом , передавали горечь осени, жуть страданий и «бремя долгов судьбы».
Фото: Ирина Шымчак
На этом скорбном фоне финал вечера выглядел как эпизод рок-концерта. Чтобы «Аттика» бунтаря и композитора-минималиста Фредерика Ржевского, написанная для чтеца и инструментального ансамбля, прозвучала как нужно, чтец (новая роль скрипача Романа Минца) вышел на сцену не в концертном костюме, а в потертых джинсах.
Фото: Ирина Шымчак
Театрализация сработала на все сто: музыка, посвященная восстанию заключенных в американской тюрьме, повинуясь движению руки оратора, звучала как должно — манифестом вольницы. Специфика этой композиции — неумолимость повторения фрагмента максимально подходит скандирующему напору слов. У Ржевского музыкантам даны общие указания и оставлено поле для импровизации. Так что декламируемая фраза, взятая композитором (документ эпохи, слова бывшего зэка о тюрьме, что впереди) провозглашала социальный вызов и одновременно казалась структурой порядка в звуковом «хаосе».
Программа с названием «Mo rt », как и положено теме смерти, воплотилась в круговороте. Она началась и закончилась старинными многоголосными хорами (исполнил ансамбль Questa Musica с дирижером ). Вычурный мадригал Джезуальдо на пять голосов, полный диссонансов, и четырехголосный, легкий, словно ветерок, Канон Гайдна о смерти как сне, стали рамкой для парада композиторской скорби всех времен и народов. «Смерть» от эротических мук и смерть без кавычек, угасание как игра и как трагедия, и жизнь как вызов кончине и преамбула вечности. От грозного и призрачного «Чардаша смерти», захватывающе исполненного Вадимом Холоденко с жутковатой непреклонной «веселостью», как сгусток железной воли, до лихого квартета саксофонистов, выдавших джазово-саркастическую атаку в композиции Андриссена. От трех «угловатых», нарочито-мрачных, как ночь, Песен Хиндемита, когда Дарья Телятникова пела о кончине и самой смерти, до «Четырех строгих напевов» Брамса, где камерность сочеталась с эпичностью, а звучный бас  выражал неподдельную тоску, взятую из текстов Ветхого и Нового Завета.
В рапсодиях Лефлера для гобоя (), альта (Александр Митинский) и фортепиано () исполнители-стилисты искусно воплотили авторский, томно-декадентский, «нуар», да и ансамбль собрался как пушинка к пушинке. А дуэт Хиллера «Смерть-красавица» для скрипки и фортепиано заставил пожалеть, что великолепный мастер так редко выступает в России. Звук его скрипки может заставить поверить во что угодно: да, смерть и впрямь красавица, если о ней так играют.
И наконец, последний вечер «концерт по заявкам», когда музыканты исполняют то, что сами выбрали. Именно поэтому исполнение четырех отобранных опусов было близким к совершенству. Вторая сюита Рахманинова для двух фортепиано показалась значительной даже тем, кто не очень расположен к музыке этого композитора, потому что игра Александра Кобрина и Вадима Холоденко способна влюбить в себя с первой минуты. Что в фанфарной Интродукции, что в порхающем «фактурном» Вальсе, элегическом Романсе или демонической Тарантелле, когда, казалось, сами клавиши роялей пустились в пляс.
Трактовка ритмически трудного для исполнения Квартета для фортепиано, скрипки, альта и виолончели незабываема: , Борис Бровцын, и  заставили забыть о периодической тяге композитора к подражанию Брамсу, излишкам пафоса и длиннотам. Преобразуя банальное в искреннее, многословие — в убедительность, красотищу — в красоту, а общие места — в откровение. Фото: Ирина Шымчак
Камерная симфония Шенберга в переложении Веберна, еще тональная, но уже бунтарская — это, по настроению, «миллион терзаний», построенный на коротких мотивах и жестком расчете. А финальный Квинтет Брамса для кларнета (Антон Дресслер и его чудесные арпеджио), двух скрипок ( и ), альта (Андрей Усов) и виолончели (Алексей Стеблев) был сыгран с тонким пониманием настроений партитуры. Фото: Ирина Шымчак В момент светлой печали финала (когда звуки истаивает, и скрипки медленно затихают) мы услышали, как этой музыкой Европа прощалась с романтизмом. Ну, и «Возвращение» — со слушателями. Надеюсь, до следующего года. Фото: Ирина Шымчак
Убийцу советской актрисы так и не нашли
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео