Ещё
Аквамен
Боевик, Приключение, Фантастика
Купить билет
Волшебный парк Джун
Мультфильм, Приключение, Комедия
Купить билет
Мстители: Финал
Боевик, Приключение, Фантастика
Купить билет
Унесённые призраками
Мультфильм, Приключение, Аниме
Купить билет
Миллиард
Боевик, Приключение, Комедия
Купить билет
Кладбище домашних животных
Триллер, Ужасы, Драма
Купить билет
Алита: Боевой ангел
Боевик, Приключение, Фантастика
Купить билет
Балканский рубеж
Боевик, Приключение, Драма
Купить билет
После
Мелодрама
Купить билет
Шазам!
Боевик, Приключение, Фэнтези
Купить билет
Пушистый шпион
Мультфильм, Приключение, Семейный
Купить билет
Проклятие плачущей
Мистика, Триллер, Ужасы
Купить билет
Хеллбой
Боевик, Приключение, Фэнтези
Купить билет
Зелёная книга
Биография, Комедия
Купить билет
Щенячий патруль: Мегащенки
Мультфильм, Приключение
Купить билет
Нуреев. Белый ворон
Биография, Драма
Купить билет
Королевский корги
Мультфильм, Комедия
Купить билет
Миа и белый лев
Приключение, Семейный
Купить билет
Пылающий
Детектив, Драма
Купить билет
Середина 90х
Трагикомедия
Купить билет
Фото: Парламентская газета
По мнению законодателей, набирающая популярность преступная субкультура крайне опасна для подрастающего поколения. Вместе с тем принимать для её запрета отдельный закон нет нужды — благо ранее принятый закон об информационной безопасности предполагает «зеркальную форму» реагирования на вновь возникающие угрозы.
Тайное стало явным
Преступный мир — очень специфическая и замкнутая среда, с неохотой подпускающая к своим секретам посторонних людей. Однако вместе с тем криминальные элементы предпринимают массу усилий для того, чтобы романтизировать свой образ жизни. Делается это для того, чтобы подготовить себе смену и вырастить «достойных» продолжателей преступного ремесла.
«Юноша не в силах сразу разобраться, разглядеть истинное лицо уркаганов, — а потом бывает уже поздно, он оказывает содействие ворам, сблизившийся с ними любой, даже самой малой, близостью — уже заклеймён и обществом, а со своими новыми товарищами связан на жизнь и смерть», — писал Варлам Шаламов в своих «Очерках преступного мира». Ещё раньше Антон Чехов сообщал в своих письмах о том, что оглупляющая и растлевающая мерзость мест заключения губит и не может не губить чистое, хорошее, человеческое.
В эпоху до появления Интернета эта «растлевающая мерзость» редко выходила из тюрем наружу и не была широко распространена. С наступлением же цифровой эры и повсеместным распространением информационно-телекоммуникационных сетей она просочилась глубоко в ткань нашего общества. Правозащитники, политики и журналисты бьют тревогу: в стране началась эпидемия субкультурной традиции «АУЕ» — «Арестантский уклад един» (по другой версии — «Арестантское уркаганское единство»), активно заражающая подростков и юношество. В одной только соцсети «ВКонтакте» групп, посвящённых этой субкультуре, насчитывается несколько десятков. У самой популярной — более 350 тысяч подписчиков.
Три невесёлых буквы
Наряду с тюремными «понятиями» и «ценностями» блатного мира приверженцы «АУЕ» пропагандируют культ жестокости, право сильного и стремление к быстрому обогащению. Сомнительные философские сентенции, криминальный фольклор и блатная лирика, которыми изобилуют посты в соответствующих группах, перемежаются фотографиями дорогих машин, сексапильных девушек, оружия и россыпей денежных знаков — в общем, атрибутов «красивой жизни», столь привлекающих неустойчивую подростковую психику.
Результатом этой массированной пропаганды становится формирование криминальных или околокриминальных групп в школах и училищах, которые занимаются вымогательством денег в преступный «общак», появление подростковых уличных банд и, конечно, пополнение «профессиональной» криминальной среды новыми элементами.
Юноша не в силах сразу разобраться, разглядеть истинное лицо уркаганов, — а потом бывает уже поздно. «Дети и подростки в силу возрастных психологических особенностей оказываются в наибольшей степени подвержены влиянию идеологии, норм и ценностей преступного мира, романтизирующих и идеализирующих криминальный образ жизни», — считает член Комитета Совета Федерации по экономической политике Антон Беляков. Чтобы противостоять этой напасти, сенатор разработал и внёс в Госдуму законопроект, направленный на предотвращение и запрет пропаганды криминальной субкультуры.
Беляков отмечает, что в России на законодательном уровне не допускается пропаганда суицида, наркотиков, экстремизма — как негативных и общественно опасных явлений. Так отчего же до сих пор нет формального запрета на пропаганду криминальной субкультуры, хотя популяризация преступного образа жизни имеет отнюдь не меньшую степень общественной опасности, а сама криминальная субкультура напрямую связана с экстремизмом, рэкетом и другими нарушениями законности и правопорядка?
«Мы добились того, что очень быстро закрываются сайты, пропагандирующие суицид. А вот по этой теме у нас ничего не делается, что просто ужасно! Криминальные элементы обучают подростков своему сленгу, понятиям, показывают свои наколки. Они знают, что молодёжь быстро на это всё реагирует. И с этим пора что-то делать», — рассказала «Парламентской газете» председатель Комитета Госдумы по вопросам семьи, женщин и детей Тамара Плетнёва.
Избыточные положения
Обсуждая законопроект Белякова на заседании думского Комитета по вопросам семьи, женщин и детей 8 февраля, депутаты одобрили его концептуально, однако высказали к нему ряд нареканий. Прежде всего законодателей смутило, что документ вводит особый запрет для СМИ на распространение информации, пропагандирующей социокультурные ценности преступного мира и романтизирующей криминальный образ жизни. Дело в том, что часть 1 статьи 4 действующего закона о СМИ как раз не допускает использования средств массовой информации в целях совершения уголовно-наказуемых деяний. Запрет в том числе касается распространения экстремистских материалов, материалов, содержащих нецензурную брань, а также материалов, пропагандирующих культ насилия и жестокости. «Таким образом все перечисленные выше материалы с точки зрения морально-этического восприятия как раз-таки ассоциируются с преступным миром», — подчеркнула член комитета Инга Юмашева.
Другое замечание касается статьи законопроекта, которая расширяет положения Федерального закона №436 «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию». По мнению депутатов, в нём также уже содержится исчерпывающий перечень информации, оправдывающей противоправные деяния и запрещённой для распространения среди детей.
Наконец, главная претензия парламентариев к законопроекту заключается в том, что в нём не содержится чёткого понимания терминов — что такое «пропаганда криминальной субкультуры» и что такое «социокультурные ценности преступного мира». По мнению членов думского комитета, к обсуждению данной законодательной инициативы следует вернуться не раньше, чем она будет необходимым образом доработана.
Механизм уже есть
А вот заместитель председателя Государственной Думы Ирина Яровая рассказала «Парламентской газете», что такой законопроект, по её мнению, и вовсе избыточен. И что бороться с такими явлениями как «АУЕ» можно, как с теми же «Синими китами», — на базе ранее принятых законов. Просто необходимо внимательней смотреть за правоприменением и вовремя отслеживать субкультуры, представляющие опасность для юношества.
«Не надо пропагандировать отдельно взятые сообщества, — предложила парламентарий. — Моя собственная инициатива уже стала законом. Согласно этой норме, любое вовлечение детей в преступные действия, опасные для их жизни и здоровья, являются преступными. Как и в случае с суицидальным контентом, «зеркальная форма» закона об информационной безопасности предполагает, что любое распространение информации по вовлечению детей в преступные действия, опасные для их жизни, подлежит регулированию как предмет информационной безопасности».
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео