Марк Рудинштейн: Мы с Михалковым — нерукопожатные 

Марк Рудинштейн: Мы с Михалковым — нерукопожатные
Фото: ИД "Собеседник"
Sobesednik.ru поговорил с одним из самых знаменитых российских продюсеров .
Его называют «отец фестивального кино в России». Именно Марк Рудинштейн был первым, кто основал в 1991 году негосударственный кинофестиваль в Сочи «Кинотавр». Недавно он снова стал светиться на телеэкране. Причем сразу на нескольких каналах как эксперт в ток-шоу.
Кризисный менеджер
— Марк Григорьевич, вы так часто в последнее время появляетесь в различных ток-шоу, например в бесконечном «телесериале» защищаете Армена Джигарханяна. Метите в кресло директора его театра?
— Уверяю вас, все получилось случайно. Дело в том, что, когда эта дамочка, Виталина, появилась в жизни Джигарханяна, она всех от него отключила. Мы, друзья, не могли до Армена Борисовича дозвониться, прийти к нему в гости, как раньше. И тут рассказали всю эту скандальную историю. Меня позвали на ток-шоу, я согласился, чтобы во всем разобраться. И в это же время Джигарханян мне предложил стать директором его театра. Я захотел помочь выбраться из того положения, в котором оказался театр. Ну а дальше пошло: одна передача, вторая, третья.
Кстати, недавно позвонили мне с одного центрального канала и предложили подумать, чтобы самому вести какую-нибудь передачу.
— А на какую бы тему согласились вести программу? Политика?
— Ни в коем случае. Я же больше шести лет вел на «НТВ-Мир» передачу «Золотая пыль». И как-то в гости ко мне пришел . Так всю запись стерли, я сам даже ее не увидел. Вот такая цензура. Еще скажу: никогда не буду вести такое ток-шоу, как «Время покажет» на «Первом канале». Я этого ведущего видеть не могу, это хамство!
— Вот сейчас пропиарились в «Пусть говорят» и «Прямом эфире» — и вас заметили.
— О чем вы?! Я не артист, не певец, зачем мне пиар?! Только честно высказываю свое мнение.
— Так сейчас вы официально являетесь директором Театра Джигарханяна?
— Нет, что вы! Думаю, департамент культуры меня и не утвердит — по возрасту не подхожу. Но в качестве кризисного менеджера я бы помог.
— Кокетничаете…
— Какое кокетство в 72 года?! А потом, вовсе не подарок — стать директором. Там настолько все запущено, сложилась тяжелая обстановка. Театр расколот на тех, которым нравилось работать при Виталине, и на тех, кого она гнобила. То, что она натворила, запредельно, и разбираться там долго и трудно.
— Ну а в передачах о внебрачном сыне вы зачем участвовали?
— Потому что знал: Тимур действительно сын Спартака. Мне хотелось заступиться за этого хорошего парня. Я же работал с Мишулиным, видел, как он не пропускал ни одной юбки!
А история с Тимуром, можно сказать, происходила на моих глазах. Спартак тогда начал ухаживать за 16-летней девочкой — будущей мамой мальчика.
Я говорил ему: «Спартак, будь осторожен! Это беда!» А потом она приехала к нему в Москву. Весь Театр сатиры знал об этом.
Сейчас взялись за внебрачную дочь . Та же история — я знаю, что родная она ему, и сам он признал ее при жизни. Нет, снова раздувают, снова оскорбляют.
— За эти съемки много заплатили?
— Мне вообще ничего не заплатили и не предлагали. Но все эти героини — изнасилованная Шурыгина, та же Виталина, актрисы, рассказывающие о романах с известными артистами, — конечно, получают гонорар. Чуть ли не по 500 тысяч рублей за программу. Виталина за счет этих съемок, говорят, еще одну квартиру купила…
А есть одна парочка, которая ходит по всем ток-шоу. Она называет себя актрисой, он — депутатом, хотя ничего ни в кино, ни в политике они не сделали. Помню, организовывал банкет на открытии Московского кинофестиваля в гостинице «Москва». Мы с  (кстати, он был вторым человеком в стране после Ельцина) и с другими гостями поднимаемся по лестнице. Ворота еще были закрыты. Открывают перед нами банкетный зал, а там уже стоит этот «депутат», выпивает, закусывает. И такие наглые типы бывают!
Бурбулиса оклеветал Караулов
— Кстати, а что за история, будто бы из-за вас Бурбулис «подарил» японцам Курильские острова?
— Действительно, такие слухи ходили. Как было дело: однажды меня пригласили на японский кинофестиваль. Я подал документы на визу, но в нужный день виза была не готова. Что делать? В тот день я оказался на турнире по теннису «Кубок Кремля». Мы сидели рядом с Бурбулисом. Выходят играть теннисистки из Чехословакии и Японии. «За кого будешь болеть?» — спрашивает меня Геннадий. Отвечаю, смеясь: «За чешку, поскольку японцы мне визу не дают!» Бурбулис возмутился, говорит: завтра все будет.
На следующий день мне звонят из посольства: «Поезжайте в аэропорт, вас там встретят. Все будет!» Садится самолет в Японии, я вижу в окно: огромный лимузин, стоят люди у трапа. Оказывается, встречали меня. Меня поселили в «Президент-отель», ухаживают за мной, шагу не дают ступить без сопровождения. Звоню Бурбулису, спрашиваю: «Что ты им такое сказал?» — «Отдал им Курильские острова». Я потом эту шутку рассказал , а тот, как мерзавец, в своей передаче «Момент истины», сводя счеты с Бурбулисом, всерьез поведал об этом.
«Кинотавр» хотели забрать крымские
— Вы сегодня следите за нашим кино?
— После того как расстался с «Кинотавром», года четыре я вообще ничего не мог смотреть. Потом переболел. Понимаете, в течение двадцати с лишним лет я ежедневно с полудня до четырех утра смотрел фильмы, отбирал для фестиваля. Представляете, сколько всего пришлось просмотреть?! Сейчас новинки смотрю. «Легенда №17» — ненавижу, «Движение вверх» — неплохо, даже испытал радость за людей, наших спортсменов. Хотя эти фильмы на свой кинофестиваль я бы не взял. Мое кино — это все картины , это «Майор» и «Дурак»
В личной жизни звезд Марк Григорьевич разбирается: сам был в браке триждыНа фото с третьей супругой // Global Look Press
— А фильмы вашего оппонента ?
про него однажды точно сказал: «Бог дал, Бог взял». Имея в виду талант. После «Сибирского цирюльника» ничего хорошего он не сделал. Мы с Никитой Сергеевичем — нерукопожатные. Когда занимающийся искусством человек лезет в политику… Так нельзя! Почему у Звягинцева такие фильмы?! Он вне политики, но рассказывает правдивые истории из жизни. Вспомните его «Левиафана»! Кстати, с другом поспорил на ящик коньяка: думаю, Андрей получит «Оскара» в этом году.
— Если бы вам предложили сегодня снять фильм, то какую тему озвучили бы?
— Снял бы про евреев, например «Поминальную молитву» по рассказам Шолом-Алейхема.
— Почему вы продали «Кинотавр»? Говорили, что вас заставили, попросту отжали.
— Когда фестивалю исполнилось десять лет, действительно хотели отжать. Я тогда решил попрощаться с фестивалем и задумался его отдать. Но те, кому хотел передать «Кинотавр», оказались крымскими бандитами. Помню, как меня отвезли к их главному, был такой по фамилии Воронок, в усадьбу в горах. Это огромное имение, которое охраняли автоматчики, в бассейне девочки полуголые плавали, вокруг — роскошь. Когда это увидел, сразу потребовал отправить меня оттуда, сказал, что с такими людьми не хочу иметь дело. Помню, как Воронок минут пять смотрел на меня и, видимо, решал: убить или живьем закопать? Но потом распорядился отпустить. И я снова занимался «Кинотавром».
Фестиваль сорвался после звонка Михалкова
— Разные были периоды у нас. И вот после шестнадцати лет работы над фестивалем я понял, что больше не могу. Продал марку кинопродюсеру .
— Сумму озвучите?
— Два с половиной миллиона долларов. На эти деньги я начал делать в Санкт-Петербурге кинофестиваль. Но эта история печальная. Тогда губернатором только что стала . Кстати, ее должны были назначить раньше, но наехали бандиты из тамбовской группировки, пригрозили, что убьют сына, если согласится, и ее кандидатуру отозвали. А потом, когда тех посадили, Матвиенко возглавила город. И вот позвала меня: «Давай сделаем кинофестиваль!»
Начали с таким размахом! Сделали презентацию в Каннах, отобрали фильмы, обозначили площадки в городе, заказали в Страсбурге грандиозные декорации. Оставалось три месяца до открытия. Нужны были еще деньги, не хватало трех миллионов долларов. Чиновники мне их пообещали. Но…
Помню, проходит заседание оргкомитета фестиваля в кабинете у Матвиенко. Там были и народный артист , и режиссер , еще кто-то… И раздается звонок. Валентина Ивановна включает телефон на громкую связь. Слышим голос Никиты Михалкова: «Валентина Ивановна, как вы можете?! Нельзя иметь в России два фестиваля класса А!» Тогда и руководитель тоже выступил против… И в финансировании мне отказали, всё перекрыли.
С  поступили нехорошо
— А вы же дружили с другим руководителем Санкт-Петербурга — Анатолием Собчаком?
— Да, много раз общались. В последние годы его жизни билеты ему доставал в московские театры. Помню, был я в Локарно на кинофестивале. И там с семьей Собчака мы оказались на шикарной пятиэтажной вилле Наташи Бабек (ее супруг был агентом КГБ). было тогда лет восемь. Что же она вытворяла! Куда-то постоянно убегала, ее искали, родители не знали, что с ней делать.
С Анатолием Собчаком, конечно, очень плохо поступили. Как-то я только вернулся из Питера, где общался с Собчаком, и пошел в Москве поужинать в ресторан Дома кино. Замечаю за соседним столиком каких-то шестерых здоровых мужиков. От них отделяется один и подходит ко мне: «Приглашаем вас присоединиться поужинать и хотим познакомить с будущим губернатором Санкт-Петербурга». За столом мне представили , который тогда был замом Собчака. То есть уже все знали — Собчака убирают. Потом как-то открыл одну газету, читаю статью о тамбовской преступной группировке и с удивлением вижу фотографии тех, кто сидел тогда в ресторане и знакомил меня с Яковлевым.
— Кстати, о Ксении Собчак… В марте выборы президента. Знаете, за кого голосовать будете?
— Я не пойду голосовать, давно уже не делаю этого. Смысл?! Я один раз решил пойти в семь утра на первые выборы Путина. Пришел даже раньше открытия, чуть подождал. Захожу первым, а там уже лежит в урне куча заполненных бюллетеней. Развернулся и ушел. Все это бессмысленно, все предрешено.
О Янковском написал из мести
— Как-то вы опубликовали в прессе главы будущей книги. Многие тогда возмущались, что вы нелицеприятно отзывались о Янковском, Абдулове, Ярмольнике и других. Ждали вашу книгу, но она так и не вышла. Вы испугались?
— А книга есть! Она лежит на складе в Киеве, выпустил украинский журналист . Мы попали в тот период, когда начался конфликт с Украиной. Тираж пока не удается оттуда вывезти.
— Марк Григорьевич, зачем вы вообще стали об этом писать?
— Это болезненная история. Наверное, из мести. Когда сорвался тот питерский фестиваль, я оказался в больнице с «тяжелым сахаром». Настроение было ужасное, и никто почему-то не побеспокоился обо мне. Все, кто ел и пил за мой счет на фестивалях, забыли. И пришла журналистка, предложила: а давайте напишем?! В книге я же писал не только о закулисье «Кинотавра» или что-то плохое об артистах, а вообще о трагедии российского кино.
Мною двигала месть еще из-за моей дочери. Восемнадцать лет Наталья работала в агентстве «Максимум» у брата  — Игоря. Когда начался кризис, он уволил мою дочь и поставил на это место своего сына. Причем, когда дочь стала возмущаться, ей пригрозили: «Осторожно ходи по улицам». Я вспомнил это и из злости написал чуть-чуть того, что знаю. А что я такого сказал нового? Теперь все говорят о романах Олега Янковского в ток-шоу разных: и Лена Проклова, и другие. Оттого что  когда-то написала про пьяницу и наркомана Высоцкого, он стал менее Высоцким?!
Ярмольник из-за моих воспоминаний раздул скандал, хотя я его в публикации и не трогал. Потом из мести ему дописал главу и о нем. Он же был вице-президентом фестиваля, мы нормально общались. Но однажды Ярмольник подговорил всех — например Янковского, который был президентом фестиваля, — отстранить меня от руководства, но никто на это не пошел. Тем более что марка принадлежала мне.
— Чего вы боитесь и о чем сожалеете?
— Когда я вышел в 1987 году из тюрьмы, то вдруг обнаружил, что у меня перестали потеть руки. Раньше, когда вызывали в горком партии, всегда потели. А тут… Я понял, что улетучилось чувство страха. Но после того, как написал книгу… Это не страх, но я перестал быть счастливым человеком.
Внутри сожалею, что пришлось все это написать. Но как говорил Сократ: «О мертвых либо ничего, либо — правду». Да, рассказал правду о Янковском, но, когда смотрю фильмы с ним, становится больно. У  есть такая басня: «Блоха провела зиму в голове гения и, вернувшись к своим, поделилась мнением: „Голова как голова“. Мораль: нельзя блохам рассуждать о головах гениев». Это отношу к себе. Что-то я сделал неправильно. Но пока еще не решил: отдавать книгу в продажу или нет.
Бандиты помогали
— Кроме «Кинотавра», вы организовали еще много мероприятий: рок-фестиваль в Подольске в 1987 году, «Золотой Дюк» в Одессе, «Золотой Овен» и другие. А на этом можно заработать деньги?
— Сам фестиваль не может заработать, а то, что окружает вокруг — вполне. Спонсоры, реклама, сувениры. Но лично я часто работал только из спортивного интереса. Хотя, конечно, мне платили иногда за организацию как наемному работнику… Взять, к примеру, тот же «Кинотавр». Там в сочинской гостинице «Жемчужина», где жили гости, приличных номеров было всего сто. И в дни фестиваля стоимость одного номера доходила до 10 тысяч долларов. Их раскупали! Практически на этот миллион мы делали фестиваль. Помогали и бандиты, ничего не требуя взамен, только из-за своего присутствия.
Даты:
1946 — 7 апреля родился в Одессе
1976 — учился в Театральном училище имени Щукина (не окончил)
1982 — началось следствие по статье о хищении государственного имущества в особо крупных размерах. Оправдан после года тюрьмы
1987 — организовал в подмосковном Подольске первый в СССР рок-фестиваль
1991 — создал в Сочи кинофестиваль «Кинотавр»
2000-е — написал скандальные мемуары об артистах и российском кино, которые пока не вышли
* * *
Материал вышел в издании «Собеседник» №05-2018.
Видео дня. Как угасла звезда Нины Ивановой
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео