Расплавленный гвоздь

Писатель Леонид Пантелеев (22 августа 1908 - 9 июля 1987) писал простым русским языком, был исключительно скромен, держался в стороне от идеологических и литературных баталий, сотрясавших Ленинградскую писательскую организацию, где он состоял до самой своей кончины. Его жизнь и творчество, подобно мозаичной фреске, распадаются на ряд разностильных фрагментов, так что составить определённое мнение об этой фреске не так-то просто.
Расплавленный гвоздь
Фото: Вечерняя МоскваВечерняя Москва
Лихое, смертельно опасное бродяжничество в годы революции и гражданской войны (оттуда у удалой псевдоним - имя и фамилия знаменитого бандита, державшего в страхе постреволюционный Питер, пока его не пристрелили чекисты). Десятилетие славы и успеха после выхода в свет в 1927 году, сочиненного в соавторстве с Григорием Белых романа "Республика ШКИД" о весёлых и жутких буднях детского воспитательного учреждения для беспризорников. На момент публикации понравившегося Горькому и не понравившегося Крупской и Макаренко романа Пантелееву было всего девятнадцать лет. Хотя, можно вспомнить, что первую часть "Тихого Дона" Шолохов написал в двадцать четыре года. В страшные судьбоносные эпохи время ускоряется, талантливые люди спешат выразить себя, пока это возможно. Годы тишины и забвения после ареста и гибели соавтора в годы большого террора. Постепенное и осторожное возвращение в литературу после смерти Сталина. Наконец, неожиданное для предперестроечного времени обращение к религии - автобиографическая философская книга "Верую...", где писатель осмыслил прожитую жизнь с точки зрения христианских канонов.
Леонид Пантелеев в повестях и рассказах: "Пакет", "Часы", "Честное слово" выступал как продолжатель гайдаровской традиции. Его увлекала тема романтической обыденности подвига, совершаемого правильно, по-советски мотивированным героем. Пантелеев при этом избегал натужного пафоса, талантливо, опираясь на традиции русской литературы, иллюстрировал хрестоматийные строчки : "Гвозди бы делать из этих людей. Крепче б не было в мире гвоздей". Для верного восприятия подростающими поколениями суровых реалий революции и гражданской войны он выковал гвоздей никак не меньше,чем признанные классики: , Лев Кассиль, , и другие.
Сам факт присутствия Леонида Пантелеева в литературе, высоко поставленная в его проза планка искренности, психологической достоверности во-многом повлияла на формирование так называемой "ленинградской школы" детских писателей, отмеченной именами Радия Погодина, Виктора Головкина, Юрий Томина, Виктора Конецкого, Глеба Горышина. Эти авторы были значительно моложе Пантелеева, но в их жизни был схожий опыт (война, скитания, беспризорность). Они тоже писали для детей просто, понятно и по возможности честно.
Леонид Пантелеев прошел нетипичный для советского писателя путь. Во второй половине жизни он обратился к истинно человеческим (вечным) ценностям: любви к ближнему (книга о воспитании дочери "Наша Маша") и религии (книга "Верую ..."). Он был незаурядным и мужественным человеком и писателем, совершившим тот самый (духовный и нравственный) подвиг, какие в иных обстоятельствах совершали герои его произведений. Он расплавил в себе гвоздь прежней жизни.
18+