Ещё
Компания Warner Bros. представила новый логотип
Компания Warner Bros. представила новый логотип
Фильмы
Бузова жаждет покорить "Евровидение"
Бузова жаждет покорить "Евровидение"
ТВ
Киану Ривз исполнит роль разумного растения
Киану Ривз исполнит роль разумного растения
Актеры
Смерть Цоя не мешает Уткину взять у него интервью
Смерть Цоя не мешает Уткину взять у него интервью
ТВ
Грех
Грех
Биография, Исторический, Драма
Купить билет
Ford против Ferrari
Ford против Ferrari
Биография, Драма, Спортивный
Купить билет
Ангелы Чарли
Ангелы Чарли
Боевик, Приключение, Комедия
Купить билет
Текст
Текст
Триллер, Драма
Купить билет
Доктор Сон
Доктор Сон
Ужасы
Купить билет
Верность
Верность
Драма
Купить билет
Терминатор: Темные судьбы
Терминатор: Темные судьбы
Боевик, Приключение, Фантастика
Купить билет
Малефисента: Владычица тьмы
Малефисента: Владычица тьмы
Приключение, Фэнтези, Семейный
Купить билет
Мидуэй
Мидуэй
Боевик, Исторический, Драма
Купить билет
Алла Пугачёва. Тот самый концерт
Алла Пугачёва. Тот самый концерт
Документальный, Музыкальный
Купить билет
Хороший лжец
Хороший лжец
Драма
Купить билет
Семейка Аддамс
Семейка Аддамс
Мультфильм, Комедия, Семейный
Купить билет
Джокер
Джокер
Триллер, Драма, Криминальный
Купить билет
Во всё тяжкое
Во всё тяжкое
Трагикомедия
Купить билет
Стражи Арктики
Стражи Арктики
Мультфильм, Приключение, Комедия
Купить билет
Девятая
Девятая
Исторический, Приключение, Триллер
Купить билет
Дитя погоды
Дитя погоды
Мультфильм, Фэнтези, Драма
Купить билет
Идеальный пациент
Идеальный пациент
Триллер
Купить билет
Дождливый день в Нью-Йорке
Дождливый день в Нью-Йорке
Комедия, Мелодрама
Купить билет
Zомбилэнд: Контрольный выстрел
Zомбилэнд: Контрольный выстрел
Комедия, Ужасы
Купить билет

Фронтмен Radiohead Том Йорк о саундтреке «Суспирии», славе и смерти жены 

Фронтмен Radiohead Том Йорк о саундтреке «Суспирии», славе и смерти жены
Фото: Lenta.ru
, лидер Radiohead, одной из самых известных групп планеты, не нуждается в представлениях. Тем не менее и в его статусе еще, оказывается, возможны дебюты — в этом году Йорк впервые стал автором музыки для кино, написав саундтрек новой версии хоррора «Суспирия» (прочитать о фильме подробнее можно в нашем репортаже из Венеции). «Лента.ру» поговорила с британцем о работе с Гуаданьино, превратностях мировой славы и жизни после смерти жены.
«Лента.ру»: Вы известны своей политической позицией — не раз, например, говорили о том, что не поедете в Россию, пока ее власть нарушает права человека, а в прошлом году вам всерьез досталось за отказ отменять концерт в Израиле. Вам как-то достается за эту принципиальность?
Том Йорк: Наверняка теперь есть фанаты Radiohead, которые нами недовольны — а может быть, и вовсе от нас отреклись. В конечном счете, это наша единственная плата за подобные решения. Эти люди требуют от нас идти на компромиссы — что ж, это их мнение и их право. Мы же вправе оставаться принципиальными.
, ваш коллега по Radiohead, уже давно занимается саундтреками — для вас же опыт работы над «Суспирией» был первым. Обращались к Джонни за советами или подсказками?
Ага. Но в основном он надо мной уссывался (смеется). Потому что он знает, как я работаю. Мне необходима определенная степень хаоса — он же, наоборот, довольно методичен. Но я много лет следил за тем, как он сотрудничает с Полом (Гринвуд ответственен за саундтреки к фильмам Андерсона «Нефть», «Мастер», и  — прим. «Ленты.ру»), так что какое-то представление о сути такой работы у меня было — конечно, очень смутное, как оказалось. Гринвуд действительно дал мне пару ценных советов. «Работай через абстракции, а не опираясь на видеоряд — потому что ты не привык к этому. Доверяй себе». Это было очень полезное замечание. «Отталкивайся от сценария и не жди, когда тебе начнут присылать отснятый материал». Эти слова тоже сильно помогли. Потому что за те две-три недели, что были у меня на чтение сценария, все ключевые идеи и появились — хотя я еще и не знал, куда они приведут.
То есть, обращаться к видеоряду все-таки пришлось?
Не совсем. Сложнее всего было написать музыку для основного танцевального номера, который называется Volk — более-менее кульминации «Суспирии». Причем его хореография и съемки были закончены еще до того, как я успел сочинить музыку для эпизода. Конечно, я встречался с хореографом во время репетиций этого танца, и он стал объяснять мне, как танец будет устроен, на каких математических принципах он основывается и так далее. И тут я мысленно говорю себе: (шепотом) «Вот дерьмо! Я не справлюсь. Я не смогу. Или это буду не я». Так что пришлось отстраниться от всех этих чужих идей и попробовать найти собственный подход к материалу. Понадобилось несколько попыток, чтобы получилось что-то подходящее. Было довольно страшно, скажу честно — когда ты уже видишь готовый, отснятый эпизод, сочинить что-то, подходящее и по историческому контексту (действие «Суспирии» Луки Гуаданьино разворачивается в Берлине 1977 года — прим. «Ленты.ру»), и по многозначительности. Перепробовал много разных вариантов, и ни один не вступал с видеорядом в правильный контакт… С другой стороны, когда я только согласился взяться за саундтрек — когда мы впервые встретились с Лукой Гуаданьино в лондонском кафе, он говорил о том, что хочет для Volk очень простой звук, что-то вроде метронома. В итоге я через сопротивление, парадоксальным образом к чему-то подобному и пришел. Когда же увидел законченный фильм, даже остался доволен — странно, но все сложилось.
Почему ваш первый опыт с кинематографом пришлось ждать так долго?
Не говорите! И правда, почему (смеется)? Может быть, потому что мне никогда до этого не предлагали написать музыку к фильму? Лука и его команда оказались первыми безумцами, которые почему-то решили, что я справлюсь. Нет, вру. В свое время мне предлагали взяться за саундтрек «Бойцовского клуба». Но я был настолько перегружен и напряжен в тот момент — мы только закончили альбом OK Computer и собирались в тур. Было не до кино. У меня есть друг, который мне до сих пор припоминает тот отказ. Теперь, наверное, не будет.
Звезды «Бойцовского клуба» и  очень много времени посвящают активизму — помощи бедным, поддержке африканских стран и так далее. Как и вы.
Да, тут есть пересечение. Я в свое время очень много сил отдал тому, чтобы привлечь внимание к проблеме глобального потепления. И такая деятельность не только изматывает, но и оставляет на душе осадок довольно приличный. Так что теперь я стараюсь браться за активизм такого рода, только если ну никак не могу остаться в стороне. Не хочу показаться эгоистом… Но за все приходится платить, включая благие намерения. Когда я много высказывался о глобальном потеплении, обо мне чего только не писали — в том числе, очень неприятные, дерьмовые вещи. И нужно быть честным с самим собой — я на такое реагирую не самым здоровым образом.
Что для вас лично значит Берлин 1970-х, в который Гуаданьино решил поместить действие «Суспирии»?
Знаете, еще когда я впервые посетил площадку, посмотрел на декорации, которые были созданы для фильма, то почувствовал, что это проект мечты. Не столько конкретно 1977 год, сколько семидесятые в целом: краутрок, Tangerine Dream, ранние синтезаторные записи. В этой эстетике была определенная свобода, энергия, которые, конечно, немало повлияли на мои вкусы в музыке. И, наверное, на мой саундтрек к «Суспирии» в том числе.
И подобно , Нику Кейву, Игги Попу в 1970-х, многие музыканты и художники до сих пор переезжают в Берлин в поисках нового вдохновения.
Берлин — замечательный город! Я бы с удовольствием сам туда переехал. Но у меня дети в школу в Англии ходят. Я страшный зануда, знаю.
После того, как умерла ваша жена, воспитание детей полностью легло на ваши плечи?
Да. Но они не доставляют мне проблем. Они классные и прекрасно понимают всю ситуацию. Но они с самого начала росли с таким отцом, как я, так что ничего объяснять им не нужно — давно привыкли.
Как вы справляетесь со всеми обязанностями?
(Заговорщицким шепотом) наркотики употребляю! А если серьезно… Не так уж все это и сложно.
На вас во время работы над «Суспирией» не давило величие саундтрека к оригинальному фильму Дарио Ардженто, который сочинила группа Goblin?
Ну, стоит начать с того, что я люблю все, что делали парни из Goblin. Я не большой киноман, на самом деле. И музыку Goblin я узнал и полюбил намного раньше, чем фильм Ардженто. Когда я только начинал работу над «Суспирией», я посмотрел оригинал несколько раз. Что было очевидно — то, какой быстрый, интенсивный, радикальный для своего времени звук создали Goblin. В сущности, их саундтрек — и есть нарратив «Суспирии» Ардженто. Фильм Дарио в каком-то смысле представляет собой полнометражный рок-клип. В то время, как наше кино — совсем другая история. Когда я увидел сценарий и концепцию Гуаданьино, то почувствовал облегчение. Было понятно, что он создает абсолютно другой мир.
Вы в самом деле не считаете себя киноманом?
Нет, не считаю. Я довольно много всего смотрю, но у меня не самые изысканные вкусы. Я скучный фанат Кубрика, например (показывает перстень на руке, изображающий алый глаз камеры компьютера HAL-9000 из «Космической одиссеи 2001 года»).
Мой друг, дизайнер Джун Такахаши сделал этот перстень — вся его новая коллекция посвящена «Космической одиссее 2001 года» — и я с удовольствием его ношу.
«Мне жаль, Дэйв, но я не могу этого сделать».
К сожалению, перстень не говорит (смеется). А было бы здорово.
А жанр хоррора, в котором работают и оригинальная, и новая «Суспирия», вам близок?
Не назвал бы себя подлинным его фанатом, но бывали и у меня периоды увлечения фильмами ужасов. Во время тура с OK Computer, когда я, повторюсь, был не в лучшем душевном состоянии, я постоянно торчал в конце нашего гастрольного автобуса, пересматривая «Изгоняющего дьявола». Я люблю те хорроры, которые не стесняются быть по-настоящему страшными. Из относительно недавнего… Вот «Бабадук» мне очень понравился.
Каково вам в принципе на большом кинофестивале вроде Венецианского? Вы вряд ли раньше посещали подобные события.
Никогда, и правда. Чувствую себя здесь я очень странно. Не на своем месте, понимаете? Мир кинозвезд и кинопремьер — точно не мой. Я здесь, как рыба, выброшенная на берег. Серьезно. Это для меня очень сюрреалистический опыт. И, если честно, я бы никогда себя не заставил переживать нечто, вызывающее у меня такой дискомфорт, если бы я не был по-настоящему горд той работой, какую все мы, вся команда «Суспирии», проделали.
Вообще, каково быть рок-звездой в эпоху селфи и социальных сетей?
Я все это, на хрен, ненавижу, честное слово! Без шуток. Это гребанное безумие какое-то. Стоит тебе оказаться на людях, как вдруг: тчк-тчк, щелчки камер на телефонах, кто-то изгибается неестественным образом, чтобы не только тебя сфотографировать, но еще и самому в кадр попасть… Пфф. Это ужас какой-то. А когда тебя просят о селфи, и ты отказываешь, проходит 10 секунд — и видишь, как человек тебя снимает исподтишка.
Вы наверняка избегаете соцсетей и сами?
В принципе, да — но в последнее время я неожиданно начал втягиваться в Instagram. И я уже довольно давно веду Twitter — в своем стиле, конечно, но при этом я никого в нем не читаю, только публикую что-то иногда. Вообще, что касается технологий, для меня настоящий бог — человек по имени Джарон Ланье, философ, футуролог, изобретатель и музыкант. Великий. Я согласен со многими его идеями насчет социальных сетей — насчет того, как они меняют даже само наше мышление. Так что я стараюсь быть очень осторожным в своих погружениях в их мир.
В чем заключается секрет вашей долговечности как артиста? Radiohead на сцене уже больше 30 лет и при этом остается актуальной группой.
Я неспособен делать то, чего люди от меня хотят. Просто физически, на каком-то базовом уровне. Иногда это ощущается как проклятье, но на самом деле, это, конечно, настоящий дар. То же касается и нас как группы. Мы никогда не были способны производить что-то, чего от нас ждали. Наоборот, делали то, что нам активно советовали не делать. На самом деле, и с кино та же история. Для меня это был способ выйти из зоны комфорта — а я только так и могу работать. У меня ничего не получается, когда у меня — в творческом плане — все хорошо, когда все легко дается. Поэтому я стараюсь себя помещать в ситуации, в которых меня обуревают сомнения, провоцирую таким образом креативный процесс. С Лукой Гуаданьино в этом плане было идеально работать. Представьте себе (пародирует итальянский акцент и манеру речи режиссера): «Дорогуша, мне нужно что-то для сцены шабаша. Но на немецком. К следующей неделе»! Было весело с ним работать, что ни говори — очень дискомфортно. Как я люблю. При этом с годами я наконец научился комфортно чувствовать себя в собственной коже — особенно на сцене. Раньше с этим у меня были проблемы. Почему-то — наверное, потому что я вырос, слушая группы, показательно страдавшие из-за необходимости выступать — я был убежден, что так и должно быть. Пока не осознал, как сильно заблуждаюсь. Взять хотя бы Майкла Стайпа из R. E. M., одного из моих самых больших кумиров — он же прирожденный сценический артист. К счастью, теперь я тоже получаю удовольствие от выступлений, и мне они даются естественно. Раньше невозможно было такое себе представить. Вот она, старость.
«Суспирия» выйдет в российский прокат 29 ноября
Видео дня. Советские кинозвезды, умершие в нищете
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео