Ещё
Покемон. Детектив Пикачу
Мультфильм, Приключение, Фэнтези
Купить билет
Джон Уик 3
Боевик, Триллер
Купить билет
Мстители: Финал
Боевик, Приключение, Фантастика
Купить билет
Дом, который построил Джек
Триллер, Ужасы, Драма
Купить билет
Отпетые мошенницы
Комедия
Купить билет
Аладдин
Приключение, Комедия, Семейный
Купить билет
Зелёная книга
Биография, Комедия
Купить билет
Большое путешествие
Мультфильм, Приключение, Комедия
Купить билет
Гори, гори ясно
Фантастика, Ужасы, Драма
Купить билет
В метре друг от друга
Мелодрама
Купить билет
Миллиард
Боевик, Приключение, Комедия
Купить билет
Игрища престолов
Комедия
Купить билет
Маугли дикой планеты
Мультфильм, Приключение, Комедия
Купить билет
Миа и белый лев
Приключение, Семейный
Купить билет
Пылающий
Детектив, Драма
Купить билет
Братство
Триллер, Военный
Купить билет
Щенячий патруль и Нелла, отважная принцесса
Мультфильм, Приключение
Купить билет
Отель Мумбаи: Противостояние
Исторический, Триллер, Драма
Купить билет
Красивый, плохой, злой
Биография, Драма, Криминальный
Купить билет
Игры разумов
Биография, Детектив, Драма
Купить билет

Фото с историей. Как на «Голубом огоньке» дипломату зуб сломали 

Фото: ИД "Собеседник"
«Голубой огонек» был, пожалуй, самой популярной передачей советского ТВ. На праздники счастливые обладатели телевизоров собирались у экранов и отмечали Первомай или Новый год вместе с артистами, космонавтами, Героями Социалистического Труда.
Туфля Леонтьевой и пиджаки Зайцева
Этот кадр сделан на съемках «Голубого огонька» в 1973 году. Главные герои — артисты популярного в то время эстрадного дуэта: Борис Владимиров в роли Авдотьи Никитичны и Вадим Тонков — Вероника Маврикиевна. И рядом с ними конечно же бессменный ведущий «Огоньков» — диктор Игорь Кириллов.
— Придумал «Голубой огонек» режиссер документального кино, сценарист Алексей Габрилович в 1962 году, — рассказывает Игорь Леонидович. — Он пришел в музыкальную редакцию и предложил организовать телевизионное кафе, в котором собирались бы и представители рабочего класса, и интеллигенты, и герои, и артисты. Его предложение приняли. Это телекафе поначалу называлось «На голубой огонек».
Прилагательное «голубой» тогда употребляли в другом контексте, в данном случае — из-за того, что черно-белые телевизоры транслировали картинку с некоторым голубым оттенком.
— Первыми ведущими были актер Олег Анофриев и конферансье Борис Брунов, потом подтянулись и другие знаменитости, — продолжает Игорь Кириллов. — Но со временем так получилось, что стало сложно собирать артистов: у кого-то киносъемки, спектакли, гастроли. Тем более им же нужно каждый раз платить гонорары. И тогда решили ограничиться нашими постоянными, не требующими дополнительного гонорара штатными дикторами, пригласили Анну Николаевну Шилову и меня. Чуть позже ведущими были и другие дикторы. Поначалу снимали в прямом эфире в самой большой шаболовской студии «Б» — общей площадью 600 метров. Потом, когда появилась видеозапись, иногда съемки проходили и на киностудии «Мосфильм». Мы были счастливы, когда в нашем «Огоньке» удавалось создать атмосферу непринужденности. Но я хочу признаться честно, что не каждый эфир был удачным. Когда кто-то опаздывал, кто-то не приезжал, все волновались, поэтому были собранны особенно. Тогда, как ни странно, передача получалась. Бывало, еду с Шаболовки домой на трамвае №14 (а рядом находилась шпульно-катушечная фабрика), и вот со смены входят в салон девчонки. Думаю: «Эх, они не видели такой хороший „Огонек“ сейчас!» Но были моменты, когда все было готово к эфиру, все артисты на месте, но программа получалась с ошибками. Видимо, из-за того, что расслаблялись. Вот тогда в трамвае я думал уже по-другому: «Хорошо, что эти девчонки с фабрики не видели нашу передачу».
Во время эфиров было немало казусов. Однажды в прямом эфире Валентину Леонтьеву угораздило попасть каблуком-шпилькой в расщелину пола. Как она ни старалась освободить туфлю, у нее ничего не вышло. Пришлось вынуть ногу из обуви и все оставшееся время разгуливать по студии на одном каблуке. Ей повезло, что операторы моментально заметили неладное и стали снимать ее без «ступней».
На столах гостей «Огоньков» всегда были бокалы с напитками и фрукты в вазах. Многие, вспоминая те съемки, рассказывают, что вместо продуктов были муляжи из папье-маше и воска.
— Да чушь все это, — возмущается в разговоре с «Собеседником» Игорь Кириллов. — У нас работала замечательная бутафор Клавдия Ануфриевна, которая всегда накрывала столы таким образом, что везде были кофе, чай, настоящее печенье, какие-то пирожные, легкое вино — сидр, лимонад, минеральная вода. Все это было натуральное. Но был печальный случай. Однажды во время съемок первомайского «Огонька» Клавдия Ануфриевна заболела. Ее заменили какой-то девочкой с киностудии. Та поставила на столы вместе с настоящими продуктами и восковые муляжи яблок. Она еще их водичкой попрыскала, чтобы свежий вид имели. А за одним из столов сидел работник посольства Индонезии. Видимо, голодненький он был, съел все на столе и принялся за яблоко. Надкусил и сломал зуб. Закричал. Помню, в этот момент я разговаривал на камеру за другим столом с поэтом Львом Ошаниным. Мы, конечно, испугались. Дипломата вывели из студии. Потом на мое имя пришло письмо из посольства Индонезии с требованием оплатить лечение зуба этого господина. Там была сумма, превышающая мою месячную зарплату. Оплатила бухгалтерия телевидения.
Рассматривая этот снимок, Игорь Кириллов обращает внимание на свой пиджак:
— В те годы по заказу заместителя директора телецентра три пиджака мне сшил Слава Зайцев. Один — белый (я его не носил), серый — мой самый любимый и черный, в котором я на этой фотографии, — для официальных съемок и концертов.
Маврикиевна и Штирлиц
Какую интермедию на той передаче изображали Авдотья Никитична и Вероника Маврикиевна, Игорь Леонидович уже и не помнит. Но отзывается об этих артистах с особым уважением.
В те годы рейтинг популярности можно было измерять по количеству анекдотов, которые придумывали в народе. А таких про знаменитый дуэт этих старух было много.
— Папа любил такой анекдот. Маврикиевна в поезде упала с верхней полки. «Как тебя угораздило?» — спрашивает Никитична. «Да мне Штирлиц приснился. Он говорит: „Можно вас на одно мгновение?“ А я отвечаю: „Да хоть на семнадцать!“ Эх, жаль, что сон не досмотрела…» — смеется сын актера Бориса Владимирова (Авдотьи Никитичны) Михаил Владимиров.
У Бориса Владимирова еще в 1958 году был монолог старушки, которая посетила футбольный матч. Вадим Тонков тоже читал монологи в платочке.
— Дедушка Вадима Сергеевича — известный архитектор Федор Шехтель, — рассказывает вдова Тонкова Марта Георгиевна. — Его дочь, тетя Тонкова — Екатерина Федоровна, была немного не от мира сего. После революции она, дворянка, так и не смогла принять новую действительность. Рафинированная интеллигентка не всегда воспринимала современные шутки, могла сказать что-то невпопад, иногда по-детски восторгалась. Вот ее образ и взял за основу Вадим Сергеевич для своей Маврикиевны.
Крестным отцом дуэта называют Александра Ширвиндта. В его передаче «Терем-теремок» Никитична и Маврикиевна впервые и появились 1 января 1971 года.
— Не я придумал им образы, у них эти намеки уже были до меня, — вспоминает Александр Анатольевич. — Просто я им подсказал выступать вместе. Вспомнил, как в нашей кухне коммунальной квартиры постоянно разговаривали моя бабушка и моя нянька Наташа, которая приехала из-под Рязани. Точек соприкосновения ни интеллектуальных, ни смысловых, ни национальных у них не было никогда. Отсюда и родилась идея создать эту вечную некоммуникабельную полемику. Самое потрясающее, что Вадик Тонков и Боря Владимиров были внутренне перевоплощены — косыночка и шляпка, и всё. Никаких сисек, юбок и раскрашенных мужских губ не было. Только намек на образ.
Дуэт распался, прожив на сцене около 15 лет. Одни говорят, что это произошло из-за того, что Борис Владимиров все чаще начал выпивать и срывать концерты. Другие — что маски старух надоели артистам, ведь их воспринимали только как Маврикиевну и Никитичну, а хотелось сыграть и драматические роли.
— Таких артистов нет и не будет, — уверен Игорь Кириллов. — Впрочем, как и таких «Голубых огоньков». То, что сейчас показывают на Новый год — это уже без души. Вроде смеются, поднимают бокалы, а человека не чувствуется.
* * *
Материал вышел в издании «Собеседник» №50-2018 под заголовком «Как на „Голубом огоньке“ дипломату зуб сломали».
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео