Ещё
Как мистифицирует зрителя сериал «Ученица Мессинга»
Как мистифицирует зрителя сериал «Ученица Мессинга»
Сериалы
Как изменились звезды шоу «Женская лига»
Как изменились звезды шоу «Женская лига»
Актеры
Новые «Звездные войны» признали худшим фильмом
Новые «Звездные войны» признали худшим фильмом
Фильмы
Как выглядела в молодости Татьяна Орлова
Как выглядела в молодости Татьяна Орлова
Актеры

Актер Тимур Еремеев: Я вижу, как серьезно «растут» отечественные сериалы 

Актер Тимур Еремеев: Я вижу, как серьезно «растут» отечественные сериалы
Фото: Вечерняя Москва
Новая программа «Семейные тайны» на Первом канале— своего рода документальное расследование. Ее ведущий рассказал «ВМ» о программе, театре и кино.
Новая программа «Семейные тайны» вместе с ведущим Тимуром Еремеевым находит очевидцев загадочных событий, раскрывает тайны прошлого известных людей.
— Тимур, когда поступило предложение стать ведущим нового шоу, сразу согласились?
— Мы какое-то время обсуждали с каналом разные проекты, пытались прийти к идее и формату, которые будут интересны и каналу, и зрителям, и мне. Результат этого совместного творческого поиска и видят зрители в программе «Семейные тайны».
— Темы вы сами придумываете?
— Я участвовал в обсуждении. Есть определенный набор тем, который находят редакторы. Окончательное решение принимает команда. Все истории уникальны. Надеюсь, каждую нашу серию будет интересно смотреть.
— В одном из интервью вы говорили, что как участник телешоу чувствовали себя порой «не в своей тарелке». В роли ведущего комфортнее?
— Конечно! Ведь это профессия смежная с актерской. На последних курсах института я работал на кабельном телевидении Юго-Восточного округа. Вел утренние прямые эфиры и модные тогда ночные эсэмэс-чаты. Так что опыт у меня есть, но он, естественно, не сравнится с опытом работы на главном канале страны.
Быть участником телешоу, конечно, это другое. Но это тоже опыт — я научился понимать, что чувствуют и переживают те люди, которые находятся в студии. В этом проекте я выступаю еще и в роли корреспондента, принимаю участие в съемках документального фильма, который мы делаем для программы, беру интервью у участников. Во многом это авторская программа.
— Есть ли телеведущий, у которого вы учитесь, который, возможно, является примером для вас?
— Мне нравится, когда человек, который берет интервью в кадре или ведет программу, имеет свое мнение и умеет его формулировать. Мы знаем очень много хороших примеров, начиная с Опры Уинфри и заканчивая нашим . А вообще я стараюсь всегда все положительное впитывать, «забирать в копилку».
— Как относится актерский цех, когда их представитель уходит работать на телевидение?
— Ну, я же никуда не ухожу. Я занимаюсь и театром, и кино, и телевидением. И мне комфортно везде. Думаю, что через некоторое время я пойму сколько времени я хочу тратить на каждое направление. Постараюсь не разорваться.
— Супруга не отговаривала? Все-таки телевидение — это «адская машина»…
— Ничего адского ни я, ни моя супруга в телевидении не видим. Единственное, о чем она сожалеет, когда у меня появляется какая-то новая работа, — это то, что на семью времени меньше остается. Но при первой возможности я стараюсь это как-то компенсировать.
— У вас такие трогательные фото с дочкой в соцсетях. Какие таланты уже разглядели в ней?
— Талантов полно! Ника очень смышленый, любознательный и активный ребенок. Сейчас ей два года и восемь месяцев, и с ней можно беседовать о чем угодно. Она учит английский язык, прекрасно катается на самокате, и я, собственно, тоже (смеется). Только я на электрическом, а она на обычном. У дочки есть любимый шлем, который она не снимает, даже когда просто гуляет.
— У нас сейчас появляются хорошие, успешные сериалы. Есть надежда, что «догоним и перегоним» западную сериальную индустрию?
— У нас раньше было принято довольно пренебрежительное отношение к сериалам, возможно, из-за их качества. Но когда я снимался в «Кухне» и «Отеле „Элеон“, я увидел, насколько профессиональные люди там работают и насколько высокий это уровень производства. Изнутри я вижу, как серьезно „растут“ отечественные сериалы.
— Как влились в уже сложившийся коллектив „Кухни“? Новички не робели перед мэтрами?
— Мы не то чтобы робели, мы впитывали. И , и … Дмитрий Юрьевич служил в Театре Российской армии, где играю и я, но там мы с ним не пересеклись, он ушел из театра за год или два до того, как я туда пришел. Он тоже болеет за , поэтому мы встречались на стадионе. Но на площадке вместе работали впервые. И в первый день у нас была совместная сцена — он душил меня (смеется). Огромный профессионалище!
— Когда озвучили свое желание быть актером, мама не была против?
— Нет, препятствий никто не чинил. Только бабушка сомневалась… Мне кажется, не было такого момента, когда я — «хоп» — и я решил стать актером. После 9-го класса я поступил в школу № 232 при Щепкинском училище, в театральный класс. Два года мы занимались практически программой первого курса театрального института, параллельно изучая школьные предметы. Понятно, что впоследствии были и трудные моменты, но в целом я чувствую себя счастливым в профессии.
— Обучение в театральном приходится на возраст юношеского максимализма. Когда что-то шло не так, не возникало мысли уйти, хлопнув дверью?
— В какой-то момент, наверное, было. Но вы сами сказали про возраст юношеского максимализма. «Плохо» и «хорошо» сменялись резко — от полного отчаяния до безумного вдохновения.
Вообще, я понял что-то про актерскую профессию где-то на пятый год работы в театре. Научить ремеслу — это одно, а стать в этой профессии своим и найти свой путь — это уже другое.
— В детстве вы и музыкой занимались. Окончили музыкальную школу легко?
— Для меня это было мучение. Я очень хотел играть на инструменте, но не очень хотел учиться этому. Лет пять-шесть я там провел. Всех замучил. Два класса по фортепиано окончил. Потом перешел на аккордеон. С горем пополам доучился и сегодня неплохо обращаюсь с клавишными.
— Вы ведь и музыку писали?
— Да. И для спектаклей, и для детских игр, которые выходили потом на мобильных платформах. Много чем занимался…
— Вы так просто об этом говорите, но ведь композиторство — это отдельный талант. Может, стоит всерьез этим заняться, развивать?
— Мне кажется, что отличительный признак талантливых людей — это сомнение в себе, поэтому зачастую они не до конца понимают масштаб того, что делают. Поверьте, я в данном случае не о себе говорю, а в принципе. Что касается меня, у меня много различных черновичков, и когда-нибудь они пригодятся…
— Как относитесь к пробам? Для вас это опыт или больше стресс?
— Сначала, конечно, это был стресс. Но со временем это стало частью работы, и я стал относиться к этому спокойней, правильней. У нас практически нигде не учат работе с камерой, даже во ВГИКе. Поэтому любой молодой актер, только что окончивший театральный институт, пытается в текстовом отрывке, который ему дают, сыграть весь мировой репертуар, удивить всех. Я во главу угла всегда ставил работу с текстом. Мне казалось, не важно какой я человек, дайте мне текст, и я покажу какой я актер.
Естественно, когда режиссер ищет актера на роль, он обращает внимание на индивидуальность человека, никуда от этого не деться. И надо быть таким, какой ты есть, не изображать из себя ничего другого на пробах.
— Есть какие-то приметы, чтобы пробы прошли удачно?
— У меня нет, я вообще не суеверный. Часто пробы проходят удачно при не самом хорошем физическом состоянии: или ты болеешь, или устал, или на все наплевать. В такие моменты актер скидывает с себя все лишнее — штампы, наигрыши. Когда тяжело и плохо, чаще проявляешься как индивидуальность, остаешься самим собой, настоящим. И зачастую это срабатывает.
— Не буду спрашивать про роль мечты. Но какая тематика была бы наиболее интересна вам в кино: военная, историческая, может быть, сказка?
— Вы сейчас перечисляете, а я думаю: «Да, да, да, и это, и это…» (смеется). Если сценарий сделан талантливо, то я не хочу ограничивать себя жанром.
— Нравится вам, как работают в современном кино с темой войны? Многие актеры считают, что мы не дотягиваем до шедевров прошлых лет, советских фильмов о войне…
— Советские фильмы о войне не были еще в определенной степени историческими, они тогда были почти о современности. Подчеркиваю — почти. Сейчас о Великой Отечественной уже исторические фильмы, поэтому они, конечно, менее достоверные. Они и технологически другие, и актерская школа изменилась. Но я уверен, что любой фильм найдет своего зрителя и с радостью поучаствовал бы в военной картине. Главное — хорошая история, не плоские герои.
— Вы в прекрасной физической форме. Спорт был в вашей жизни с детства?
— Нет, профессионально я спортом не занимался, в секции тоже не ходил. Я был полным ребенком. Да и сейчас бывает лишний килограмм, стараюсь бороться с этим. В детстве я каждое лето ездил в Вологду к дедушке и бабушке. Дед брал нас с двоюродным братом на рыбалку, и это в определенной степени был спорт: мы и на веслах гребли, и что-то таскали, и ставили палатки. Поэтому после лета я приезжал в неплохой физической форме.
— Почему бы вам не стать участником телепроекта, связанного со спортом: коньки, танцы?
— Коньки и танцы — не то чтобы самые мои сильные стороны (смеется). Хотя, конечно, преодолеть себя можно. Однажды в каком-то сериале я даже играл капитана хоккейной команды. На пробах меня спросили: умею ли я кататься на коньках. Я ответил «Да». Так нас учили отвечать на любых пробах, а потом уже разбираться. На меня в день съемок нацепили всю амуницию. И первое, что я сделал — упал на спину. Мне сказали: «У тебя 40 минут, учись». Ну и как-то магическим искусством монтажа все это превратилось в более-менее нормальную картинку.
— Когда Первый канал предложил вам стать ведущим программы, там наверняка ориентировались в том числе и на вашу популярность у зрителей. Сейчас она вырастет. Не боитесь звездной болезни?
— Со мной она вряд ли случится. Я очень трезво к себе отношусь, и вряд ли меня что-то способно изменить. По крайней мере все, что происходило до этого, не меняло меня, и я постараюсь, чтобы так было и впредь. Предпосылок для «звездной болезни» я не вижу. Я просто занимаюсь работой, своим делом. И мне кажется, когда человек занимается тем, что ему интересно, — это и является прививкой от звездной болезни.
— Кто входит в круг людей, мнение которых вам важно при выборе ролей, в других вопросах, связанных с профессией?
— В выборе работы и ролей я ориентируюсь прежде всего на себя. Мое чутье меня до сегодняшнего дня не подводило, надеюсь, не подведет и дальше. Естественно, я слушаю советы. Но… У нас театре есть спектакль «Царь Федор Иоаннович», и царь там говорит: «Советы все и  я слушать рад, но только слушать их — не слушаться!»
ДОСЬЕ
Будущий актер театра и кино Тимур Еремеев родился в 1983 году в подмосковном Королеве. Актер Театра Российской армии. Дебют Еремеева в кино состоялся в сериале «Неравный брак» (2004), а известность принесли работы в сериалах (2015) и «Отель „Элион“ (2016). В 2017 году в интервью одному из изданий Тимур сообщил о том, что является внебрачным сыном актера Спартака Мишулина. Вдова и дочь покойного актера продолжают опровергать это утверждение.
Читайте также: : Помню, как зарождалась , но не люблю ностальгировать
Видео дня. Почему актер, сыгравший предателя, покончил с собой
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео