Ещё

«Битлы русского юмора» 

«Битлы русского юмора»
Фото: Русская Планета
Если бы знаменательная встреча Олейникова и Стоянова произошла в наши дни, разумеется, никакого «Городка» бы не вышло. И не только потому, что в передаче, находившейся целых 20 лет на Олимпе популярности, частенько проскальзывали совершенно немыслимые для нашего времени «политические шутки».
Дуэт Олейникова и Стоянова возник на фоне большого взрыва
Что взорвалось? Советский Союз, разумеется. И когда все мы, контуженные произошедшим, отходили от шока, экраны заполонила всякая сумасшедшая «телевсячина». Помните?
«Оба-на», «Каламбур», «Маски-шоу», появившиеся позже незабвенные «Куклы», да мало ли было всего — оригинального и «весело сворованного» (как )?
На фоне «большого взрыва» оставалось пить и смеяться под эти передачи новой безумной, но отчего-то (кажется теперь) прекрасной эпохи.
Герои Олейникова и Стоянова стали для большинства жителей развалившегося на осколки постсоветского пространства «родными».
Смешные алкоголики и «ожившие вожди». Бомжи и продажные менты, Латышские стрелки и матросы, страдающие от отсутствия пива в Смольном, а посему направляющиеся брать Зимний
Два главных сумасброда 90-х и 00-х впервые встретились на съёмках фильма «Анекдоты», главную роль в котором играл Александр Абдулов.
Заканчивались 80-е. И самой популярной локацией для съёмок была психиатрическая больница. В дурдоме происходило действие не только этого фильма. Но и многих других перестроечных картин. Вспомните хотя бы картину «По Таганке ходят танки».
Пикантность заключалась в том, что в «Анекдотах» сценария, как такового, не было. Одни советские анекдоты, травившиеся ранее на кухнях, которые в 1990-м легально экранизировались «на всю страну». Скромный бюджет. Скудный сюжет. Советское кино с его канонами летело к чертям вместе с уходящей ненадолго в историю цензурой. Динамика сюжета поддерживалась вплетавшимися красной нитью анекдотами а-ля «Больной! Больной! Проснитесь! Нужно принять снотворное!»
«Коммунизм — это социализм плюс электрификация всей колючей проволоки в стране».
Градус царящей революционной «сумасшедшинки» на съёмочной площадке регулировался «известным народным средством». Картина снималась с «техническими перерывами», в ходе которых съёмочной группой отмечалось всё, что можно, начиная со дня рождения Клары Цеткин и заканчивая именинами костюмера.
10 июля съёмочный день отказывался «клеиться» наотрез. Режиссёр выпадал в осадок от безысходности. А в коридоре, на пути из магазина на съёмочную площадку, столкнулись два актёра, занятые в картине, — и 
В сумке каждого из них жалобно позвякивали, дожидаясь своего часа, бутылки «беленькой». Как оказалось, оба «затарились» в близлежащем гастрономе с разницей в 10 минут, чтобы разбавить унылую творческую атмосферу «нотами очередного праздника».
Оказалось, что они родились 10 июля. Оба! Только Илья Олейников в 1947 году, а Юрий Стоянов — в 1957-м. Эту «историческую дату» — 10 июля 1990 года можно считать отсчёта и в судьбе их творческого тандема
Оценив по достоинству царящий на съёмочной площадке хаос, актёры пришли к вполне закономерному выводу о том, что восходить к вершинам подлинного юмористического абсурда смогут и без режиссёра.
Так и случилось.
Стоянов и Олейников были не новичками
Те, кому за 40, могут вспомнить, как Илья Львович «отжигал» на эстраде под своей настоящей фамилией Клявер в паре с другим, уже почти забытым пародистом 80-х — . Он умер от рака в 1986 году. В те годы Илья отчаянно искал нового эстрадного партнёра. Им оказался находящийся на пике славы , который посоветовал:
— Слушай, а возьми творческий псевдоним, а? «Клявер», конечно, хорошая фамилия, но звучит как-то странно.
Илья не стал придумывать себе творческих псевдонимов, а взял фамилию супруги. Жён у него было несколько. Родившись в Кишинёве, в еврейской семье, он несколько раз женился фиктивно с целью получения московской прописки. Но с  всё было всерьёз.
Одессит Стоянов был драматическим актёров, окончившим ГИТИС, в ходе обучения в котором он жил в студенческом общежитии и соседствовал с . Судьба сведёт их на съёмках «Брата-2». Нет-нет! Стоянов не снимался там, а озвучивал «мерзким» голосочком вечно всем и всеми недовольного таксиста, который философский замечал всенародному герою :
— Теперь твоя Родина, сынок, две войны и Крым просрала. Русских людей в Прибалтике сдала! Сербов на Балканах сдала. Сегодня Родина там, где задница в тепле! И ты лучше меня это знаешь!
Телевизионный дуэт Олейникова и Стоянова начинался вовсе не в «Городке». Мало кто вспомнит передачу «Адамово яблоко», где оригинальному тандему, состоявшему из усатого и в меру интеллигентного еврея и юморного, мордатого и чуток хамоватого русского, выделили 5 минут славы.
Вскоре всем стало понятно, что Олейникову и Стоянову «тесно» в чужой передаче. Так появился, опять-таки, не «Городок», а программа под названием «Кергуду», которая была названа «по следам» знаменитой реплики в «Кавказской пленнице:
— Бамбарбия! Кергуду!
И, всё же, название „Городок“, от которого веяло добрым, пусть и сумасшедшим, юмором, оказалось более удачным.
Программа выходила на РТР, аккурат перед „Вестями недели“, в которых нам рассказывали об очередном взрыве в метро, попытке импичмента вечно пьяного президента или заказом убийстве.
Перед этим необходимо было сделать своего рода „вакцинацию“, чтобы мы не впали в тоску и не сошли с ума. У Стоянова и Олейникова, которые экранизировали анекдоты или импровизационно создавали свои „чумные“ скетчи, тролля всех и вся, отлично получалось справиться с „поставленной задачей“.
Запретных тем, фактически, не существовало. Шутили обо всём. Говорят, что Олейников и Стоянов знали меру. Но… вся прелесть в том, что меры они не знали, а точнее никаких мер в те годы установлено не было вовсе. И если „юмористы“, чуть-чуть заплывали за буйки, опуская милицию… в День милиции, то после недолгой полемики с руководством канала передача, всё-таки, выходила.
Актуальная сатира, пародия на власть, вчерашнюю, сегодняшнюю, завтрашнюю, созданные в остром юмористическом ключе узнаваемые сценки и незлые „карикатуры“ на „дорогих россиян“ были любимы и востребованы аудиторией
На артистов свалилась сумасшедшая популярность. И они — что странно! —были готовы делиться ею со своими коллегами, сидевшими без работы. Множество замечательных артистов засветилось в одной из самых рейтинговых передач.
В „Городке“ авторы каждую неделю находили эти потрясающие, умопомрачительно смешные, точки соприкосновения трагедийной и комедийной составляющих той эпохи.
Нет такого дуэта, который в час Х не начинал бы доказывать свою „сольную“ состоятельность!
Не миновала чаша сия и „Городок“. Стоянов и Олейников стали радовать интересными работами в знаковых кинолентах. Среди них „12“ , „Мастер и Маргарита“ . Илья Львович даже сочинил и поставил мюзикл , сыграв в нём роль бомжа-провидца.
Но… «Городок» оставался стержневым проектом. Пусть не очень-то «ровным» — порой, кому-то надоедавшим, порой, приспускавшим планку, на которую вышел в 90-е. Или это время становилось другим? Тем, в котором больше не было места этому феерическом синтезу актуализированной сатиры и клоунады. Но, тем не менее, передача всегда была любимой народом
Любимой настолько, что когда Ильи Олейникова, не стало (актёр, дымивший всю жизнь, как паровоз, умер в 2012 году от рака лёгких), Юрию Стоянову поступило предложение продолжить «Городок» сольно. Он отказался сразу. Категорически и наотрез.
Ведь это была бы совсем другая история.
Вряд ли смешная.
Видео дня. Кто едва не сломал карьеру Станиславу Любшину
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео