Пусть сохранится тайна. Куда можно и нельзя посторонним? 

Пусть сохранится тайна. Куда можно и нельзя посторонним?
Фото: АиФ Кузбасс
Проект «Посторонним вход разрешён» стал победителем конкурса Фонда Президентских грантов. Идея «путешествий» в закулисье не нова: Большой театр даже продаёт билеты на репетиции спектаклей и экскурсии по историческому зданию. Не помешает ли посторонний работе артистов, певцов и режиссёров? Не придётся ли готовиться к открытой репетиции отдельно, отнимая время от работы над спектаклем? Разбирался корреспондент «АиФ в Кузбассе».
Как рождается чудо?
В Кемеровском областном театре драмы проходят образовательные экскурсии для школьников. И это бесплатно. Ребятишкам рассказывают историю театра, показывают реквизиторский цех, костюмерный цех, проводят через сцену.
Если в этот момент там репетируют артисты, то режиссёр объявляет перерыв. «Взрослые, как правило, более самостоятельные. Им хочется потрогать реквизит, примерить костюмы… Но это не игрушка. Я против, чтобы в креслах, которые мы используем в декорациях, сидели даже сотрудники театра», — говорит главный режиссёр театра Антон Безъязыков.
Вопрос, куда можно и куда нельзя постороннему, сложный. Можно ли заглядывать в гримёрки артистов? Ведь это для них и дом, и работа. «Считаю, что нужно брать отдельную гримёрку, делать из неё музей, договариваться с артистом, чтобы он играл в ней определённую роль. Но тогда придётся перестать играть спектакли, потому что у нас на них времени не хватит. Я не против экскурсий по закулисью, но только в том случае, если это будет организованный процесс: выверенный маршрут, соблюдение интересов театра и посетителей, техники безопасности и т.д. При этом автоматически в театре должна возникнуть должностная единица „экскурсовод“, который возьмёт на себя всю ответственность. Потому что мы должны отвечать за качество. А делать спустя рукава, на мой взгляд, неправильно», — отмечает Антон Безъязыков.
«Как только в зале появляется зритель, репетиция превращается в представление. И за его качество нужно отвечать. В итоге мы рискуем просто провалить репетицию. Конечно, это представление можно подготовить, сделать любопытным. Но тогда мы будем заниматься не своим делом. Возможно, я бы взялся за проведение просветительской репетиции, но только когда основная работа будет сделана, и я буду уверен, что всё пройдёт хорошо. Это невозможно спланировать заранее, поэтому браться за неделю или даже за месяц не рискну, чтобы не подставить себя, артистов, художников, весь театр», — считает режиссёр.
Руководитель мариинского театра «Жёлтое окошко», актёр и режиссёр Пётр Зубарев тоже считает, что на репетиции посторонних быть не должно. «Во многих театрах страны экскурсии по закулисью проходят регулярно. Конечно, гримёрки актёров, сцена, работа цехов — интересно. Но мы это показывать не готовы. Мне кажется, в театре должна сохраняться некая таинственность. А на репетиции посторонним вход запрещён и подавно! Это работа с тонкими и трепетными явлениями жизни. Здесь не должно быть лишних глаз, лишнего присутствия. А вот на прогоны почти готового спектакля, наоборот, готов пригласить зрителя. Так актеры постепенно привыкают к глазам в зале, и премьера уже не так пугает. Но на то, как чудо рождается, я считаю, никто смотреть не должен», — считает режиссёр.
Скрытое манит
Исполнительница горлового пения, лауреат международных конкурсов Чылтыс Таннагашева считает, что экскурсии в закулисье будут полезны как взрослым, так и детям. Взрослые, побывав на репетиции, обязательно захотят сходить потом на само представление или концерт. А детям, возможно, это поможет выбрать профессию. Ведь они узнают в том числе и о «закулисных» профессиях, их кругозор станет шире. «В филармонии часто бывают гости на репетициях перед каким-либо важным мероприятием. Для меня это не проблема. Думаю, зрителю это будет также интересно, как и сам концерт», — считает певица.
«Тайна творчества притягательна, и потому неудивительно, что зрителям, читателям, слушателям всегда хочется узнать, как создавалось поразившее их произведение. Не думаю, что в этом интересе есть нечто противоестественное. Даже если речь идёт о библиотеке, и то скрытое от глаз очень манит… До сих пор помню, как студенткой впервые оказалась в книгохранилище и увидела настоящие сокровища, не выставленные на всеобщее обозрение. У меня руки дрожали, когда касалась томов, хранившихся там. А до чего интересно было впервые оказаться за кулисами, увидеть гримёрки, декорации в процессе создания! В некоторых театрах проводят экскурсии для зрителей, рассказывают, как создаются сценические эффекты, даже гримируют желающих», — делится своим мнением писатель, лауреат Международной литературной премии им. В. П. Крапивина Юлия Лавряшина.
По мнению Юлии Лавряшиной, неспроста и в кабинетах писателей открывают музеи. «Но вот, например, кабинет поэта не открыт для посещений, ведь в этом доме живёт его вдова. Поэтому особенно любопытно было оказаться в небольшой комнате, заполненной книгами. Меня поразило, как много изданий там на немецком языке — Борис Владимирович владел им в совершенстве, и потому его переводы Гёте превосходны! Словом, проект, позволяющий проникнуть в мир творчества, мне кажется весьма интересным, ведь он позволяет делать открытия», — считает писательница.
Видео дня. Что происходило на съемках «Москва слезам не верит»
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео