Фильмы
ТВ
Сериалы
Актеры
Тесты
Фото
Видео
Прямой эфир ТВ

Демонстративное прославление террористов в центре Москвы: что это значит?

Функционирование Государственной Третьяковской галереи под руководством Зельфиры Исмаиловны Трегуловой, да продлит Всевышний ее дни, давно вызывало множество обоснованных вопросов. То в залах галереи запрещают обсуждать картины, называя это «незаконной экскурсией». То вандал нападает на картину «Иван Грозный и его сын Иван», которая оказывается крайне плохо защищенной. То из галереи беспрепятственно, как в старой доброй советской комедии «Старики-разбойники», выносят полотно . То в конце августа один из залов в буквальном смысле слова заливает водой после сильнейшего дождя.

Демонстративное прославление террористов в центре Москвы: что это значит?
Фото: ИА RegnumИА Regnum

Однако еще более свежее происшествие (или перформанс, говоря эпатажным языком совриска) выходит за рамки управленческого самодурства и хозяйственной халатности. Речь о выставке самобытного художника .

Видео дня

Сей живописец известен как птенец и многолетний обитатель гнезда . Но не только традиционными для данного гнезда и, мягко говоря, нетрадиционными для русской культуры чертами и практиками характерно его творчество. Каллима, русский, бежавший из Грозного во время Первой чеченской войны, романтизирует в своих полотнах ичкерийских боевиков. Вот как об этом рассказывает портал «Артгид», пропагандирующий идеи «современного искусства»: «Начав с инсталляций и поэкспериментировав немного на территории нонспектакулярного искусства, он обратился к живописи, создав целый эпос, героями которого стали одетые в костюмы Adidas бородатые чеченцы с автоматами и огнеглазые гурии, подобно германским валькириям носящиеся над полем боя в поисках душ павших воинов. В 2005 году Каллима создал один из главных хитов 1-й Московской биеннале — фреску, на которой чеченец собирался прирезать молоденького федерала [!!]».

Сам Каллима в интервью «Артгиду» поведал: «Переселившись в Россию, я считал, что вернулся на свою этническую родину. Но быстро обнаружил, что для местных жителей я являюсь чеченцем. Сначала меня это напрягало, но, присмотревшись к ситуации, я решил, что не хочу соответствовать обывательским представлениям о том, что значит быть русским… [Отвечая на вопрос, действительно ли он всегда сочувствовал боевикам] Более точное слово — не «сочувствие», а «вдохновение». Меня вдохновляли герои, которыми для меня были боевики, чеченцы — смелые, отчаянные парни, которые ничего не боялись».

Одна из картин на вдохновляющую автора тему попала и в третьяковскую экспозицию. Называется она «Между случайностью и необходимостью» и изображает двух боевиков, один из которых отдыхает, отложив в сторону автомат, а второй совершает молитву. Это не рифеншталевские сверхгерои и сверхлюди, но отнюдь и не забитые мальчишки из дудаевюгенда, оказавшиеся в горах волей рока. Крепкие парни, к необходимости (как они ее понимают) войны куда более близкие, чем к случайности. Симпатии к ним не скрывает ни сам художник, ни кураторы выставки, сопроводившие следующим пояснением: «Каллима разрабатывает многосерийное повествование сродни эпосу, героями которого являются боевики-горцы, узнаваемые по таким атрибутам, как бороды, кроссовки и костюмы Adidas. Изображены они в романтизированной манере».

Я с трудом, но могу понять, почему в Третьяковке нет картин, посвященных генералу Рохлину, герою новогоднего штурма Грозного полковнику Савину, убитому за отказ снимать крестик солдату , таким героям Второй чеченской кампании, как псковские десантники. Нет, на самом деле и с трудом не понимаю, но готов выслушать аргументы. Мол, не надо ворошить прошлое, в той войне было много бесспорного героизма русских воинов, но и не меньше спорных эпизодов, в первую очередь со стороны московского военно-политического руководства, да и велась война на российской территории, то бишь имела элементы гражданской.

Каждый из этих аргументов можно оспорить, и все-таки предмет спора хотя бы теоретически есть. Но можете ли вы себе представить в Третьяковке выставку с картинами на тему притеснения и истребления русских в дудаевской Ичкерии? Эту трагедию еще двадцать лет назад совершенно уместным словом «геноцид» назвал В.: «На территории Чечни мы наблюдали широкомасштабный геноцид в отношении русского народа, в отношении русскоязычного населения». О ней как о геноциде в бытность свою главой думского говорил нынешний руководитель : «В Чечне в период с 1991 по 1999 годы 80% погибших среди мирного населения составляли русские. Это был настоящий геноцид». О геноциде не раз говорил и покойный (глава предвыборного штаба Путина на президентских выборах 2012 г.).

Нет, такие картины представить в Третьяковке нельзя. Как, в свою очередь, с трудом можно представить картину «Между случайностью и необходимостью», горделиво выставляемую в центре сегодняшнего Грозного, притом что лично у меня и значительной части российских граждан к Чечне, чеченскому руководству и «чеченской» политике федерального руководства масса тяжелых вопросов и претензий, а количество слов одобрения неуклонно стремится к нулю.

Что дальше? Сусальное изображение захвата боевиками больницы в Будённовске или школы в Беслане? Приторная скорбь по мужественным «шахидам» и женственным (нет) «шахидкам», павшим на Дубровке? Уж портрета молодой москвички , прорвавшейся в октябре 2002-го в Театральный центр, чтобы сказать все, что она думает о террористах, им в лицо и ими убитой, ждать точно не приходится.

Шокирует конкретный «перформанс» Третьяковки. Шокирует весь пятилетний «перформанс» Трегуловой у руля одного из ключевых художественных музеев страны. Но если понять, что перед нами лишь крошечная часть дикого «перформанса», происходящего с Россией последние несколько десятилетий… Все встанет на свои места.