Фильмы
ТВ
Сериалы
Актеры
Тесты
Фото
Видео
Прямой эфир ТВ

Телеведущий довел россиянку до слез угрозой ампутации ноги из-за диабета

Телеведущий и врач Сергей Агапкин довел до слез 59-летнюю гостью программы «О самом главном» по имени Марина из Суздаля, которая пожаловалась на повышенный уровень сахара в крови и на отсутствие достаточной мотивации для похудения. Доктор пригрозил ей тем, что из-за диабета ей могут ампутировать ногу. Выпуск опубликован на YouTube.
Телеведущий довел россиянку до слез угрозой ампутации
Фото: О самом главном / YouTubeО самом главном / YouTube
Марина рассказала в эфире передачи о том, что набрала 15 лишних килограммов. Из-за этого у нее начались проблемы с давлением и уровнем сахара в крови. отметил, что ей необходимо похудеть.
«Лишние килограммы увеличивают инсулинорезистентность, растет уровень глюкозы. Лишние килограммы увеличивают артериальное давление», — объяснил доктор.
Блогерша Наталья Давыдова, которая также участвовала в передаче, дала Марине несколько советов о похудении. Она порекомендовала женщине найти мотивацию, одна из важных частей которой — это неудовлетворенность. Кроме того, она порекомендовала Марине каждый раз перед тем, как съесть круассан, спрашивать себя, что это приумножит: неудовлетворенность или «позитивные изменения».
«Для меня это будет очень сложно. Вот правда, признаюсь сразу», — посетовала на это россиянка. «Хотите я вам неудовлетворенности сейчас подкину? А вы когда-нибудь видели, как диабетику ногу отрезают? А я видел. Когда-нибудь видели, как люди слепнут?» — спросил россиянку Агапкин.
Затем доктор посоветовал женщине представить, что она полностью ослепла, и заявил, что произошло это потому, что ее «все в жизни устраивало», в том числе «плюшки на ночь» и «тортики по праздникам».
«Нет, все. Не пугайте меня больше, я сейчас заплачу», — попросила его женщина. Соведущий доктора Михаил Полицеймако обнял ее и постарался успокоить, но в итоге в глазах Марины все-таки появились слезы. Вскоре после этого Агапкин предложил ей угоститься клубникой, однако она ответила, что в нее уже «ничего не полезет».