Ещё

Новый сериал «Тихий Дон» покажут в эфире «России 1» 29 ноября 

Новый сериал «Тихий Дон» покажут в эфире «России 1» 29 ноября
Фото: Российская Газета
Первая серия этой картины — чистый «лубок». Холеные кони, чистый Дон, казаки в белоснежных рубахах с завитыми, как у лучших парикмахеров, чубами. Ведра у Аксиньи словно только что с прилавка магазина — чистенькие, блестящие, «невыработанные», коромысло — новехонькое, самовар в ее доме сверкает так, словно им никогда и не пользовались. Донские арбузы таковы, что хоть сейчас на выставку достижений народного хозяйства. Девки — загляденье. Парни — один другого удалее. Казачьи песни и пляски. Танцы с шашками… В довершение всего быки, на которых казаки выезжают в поле пахать: эксклюзивные животные с ярко-белыми чубами.
Режиссер новой — четвертой по счету — экранизации романа «Тихий Дон», приуроченной к 110-летию , и автор сценария ответили на вопрос обозревателя «РГ» по этому поводу, что так и было задумано. Показать фантазию, воспоминание жизни, что представляется тогда, когда наступают времена, в которые понимаешь, что именно потеряно. Поэтому да, начало фильма выглядит как сплошной «флэшбек» — в других картинах такие только несколько минут длятся. На предпремьерном показе Сергей Урсуляк (автор многосерийных фильмов «Ликвидация», «Исаев», «Жизнь и судьба» и других) сказал, что в его новой работе, в 14-серийном фильме , «есть все, что может понравиться, если посмотреть на нее чистым, незамутненным взглядом». Режиссер просил не сравнивать и уж если формировать мнения, то именно «об этой картине, а не о той, которая вам представляется».
Конечно, тому зрителю, кто хоть раз видел экранизацию «Тихого Дона» , не сравнивать очень трудно. в роли Григория Мелихова, в роли Аксиньи, в роли Натальи (главный любовный треугольник фильма) так просто из памяти не выбросишь. Но уже к середине первой серии нового сериала странным образом перестаешь думать про прежние экранизации и следишь за нервом фильма, за его страстью, за смыслом…Тем не менее несколько вопросов исполнителю главной роли — Григория Мелехова — артисту задать захотелось.
Когда вы узнали, что будете играть Мелехова в «Тихом Доне», какая у вас была реакция? Знаю, что Сергей Урсуляк пробовал многих актеров на эту роль.
Евгений Ткачук: Мне позвонил агент и сказал, что приглашают на разговор с Сергеем Владимировичем Урсуляком. Я пришел, мы познакомились, и Сергей Владимирович предложил роль. Для меня это было, как дубиной по голове, потому что я понимал, что это большая и очень ответственная работа.
Эпический роман нашего народа, в котором главный герой на одном себе перенес все тяготы того исторического периода. С одной стороны, понимаешь, что сыграть Мелехова — это так здорово. С другой — осознаешь, что берешь на себя груз, а он может оказаться неподъемным еще и потому, что в романе Михаила Шолохова выведен собирательный образ. Было страшновато. И, признаюсь, я даже говорил режиссеру: «Вы уверены, что я с этим справлюсь? Может быть, поищете другого Мелехова?» Он ответил: «Не выкаблучивайся, иди читай, учи, готовься и скачи!»
Кстати, а вы до съемок в этом фильме катались на лошади, а то в седле держитесь как влитой?
Евгений Ткачук: Да, я скакал. Просто раньше у меня не было таких ролей, хотя, когда играл Мишку Япончика, на лошадь садился. В «Тихом Доне» моя страсть к лошадям, к счастью, проявилась — я был уверен, что когда-нибудь это понадобится. Я в 18 лет познакомился с лошадьми и … влюбился, и пока еще позволяю себе продолжать их любить. Моя мечта — создать конный театр, потому что это другой уровень энергетики и владения залом. Я восемь лет этим занимаюсь и никак не могу вывести дело на должный уровень — ищу людей, которые могли бы мне помочь. Но несколько спектаклей за это время сделал.
Они были разовые, на различных площадках. Два спектакля поставили в Сызрани. Последний — как раз в станице Вешенская, я там задержался после съемок фильма. Спектакль называется «Конь казаку всего дороже» — история о совместном бытии казака и коня.
Правда, что, когда вы приехали в Вешенскую, вас там вначале не приняли? Сказали, мол, ну какой же это Гришка Мелехов, он маленького роста и не подходит, а потом уже признали?
Евгений Ткачук: Конечно, сначала все помнили Петра Глебова, который играл Мелехова в фильме Сергея Герасимова. И конечно, его Григорий — замечательная работа: очень мощная, с правильной внутренней патетикой. Мне кажется, кино без этого — не кино, если нет таких сцен, которые определяли бы позицию человека. Я очень уважаю ту работу, но в отличие от нашего фильма — это просто другая форма кинематографа.
Я знал, что в Вешенской будут такие разговоры, и был готов к ним. Если были какие-то смешки, я злобно отвечал, как полагалось, но зла не держал. А через некоторое время, уже когда был второй блок съемок, люди стали более доброжелательны, мы ближе познакомились со всеми, и возникло доверие.
Настолько, что после фильма я остался в Вешенской, и мы сделали спектакль, про который я говорил. И он даже имел успех.
Половину первой серии фильма мне мешало, что у вас другой нос. , который играет отца вашего героя — Пантелеймона Мелехова, в гриме я просто не узнала. Почему вам сделали такой нос? Не мешал ли он актерской игре?
Евгений Ткачук: Просто вы, наверное, привыкли ко мне другому — видели какие-то другие мои фильмы. Это сбивает. Все равно в нашей актерской работе мы пытаемся создать видимость — когда-то получается, когда-то — нет.
Конечно, иногда я забывал о том, что нос приклеен. Были случаи, когда я срывал нос, забыв о нем вообще — почесал его так, что и носа не стало. А в целом в процессе съемок ты уже привыкаешь к такой форме существования: что ты — с носом, усатый, бородатый, «чубаковатый»…
Там был момент, когда Григорий целуется с Аксиньей, а я сижу и думаю: она сейчас заденет этот нос, и он отклеится.
Евгений Ткачук: Но, заметьте, нос выдержал. (Смеется.) Именно в такие моменты забываешь, что нос приклеен — когда он уже проверен подобными сценами.
Быстрицкая в роли Аксиньи — такая страстная, горячая казачка. Если взять ваш дуэт — в нем тон задаете вы. Полина Чернышева — «вещь в себе». А вот если бы вы играли в паре с молодой Элиной Быстрицкой, как бы это было?
Евгений Ткачук: Вопрос интересный. Если два плюса, получается взрыв. Так и здесь — могло не хватить сил, сгорели бы на третьей серии, и все.
Сергей Маковецкий — украшение многих фильмов Сергея Урсуляка. Как складывался дуэт с ним?
Евгений Ткачук: Он большой профессионал. Мне интересно даже не столько поучиться у таких больших артистов, как он, как , с которым мне тоже посчастливилось играть, сколько посмотреть, как кто работает. Актер такого уровня, как Сергей Васильевич, и другие — они умеют создавать свой ритм площадки. И я перед ними снимаю шляпу. Это уже даже не суперпрофессионализм, а волшебство, за которым я с большим удовольствием наблюдал.
Вы же не только актер, но и режиссер, и автор сценария в других картинах. Насколько вы соавтор своей роли в «Тихом Доне»?
Евгений Ткачук: В фильме «Тихий Дон», к счастью, я был полностью отстранен от этой задачи, потому что Сергей Владимирович со сценаристом Ильей Тилькиным сделали всю работу. Обидно, конечно, что были вырезаны некоторые сцены. Но от этого никуда не деться — все войти не могло никак. И в качестве сценариста я тут был не нужен — сценарий был самодостаточен. Мне бы справиться с тем уровнем задач, который был на меня возложен.
А что было возложено? Чего от вас требовал Урсуляк?
Евгений Ткачук: Стать казаком! Это, знаете ли, не раз плюнуть! «Тихий Дон» — это как былину сыграть, только так, чтобы было правдоподобно, честно и наполнено.
Было такое, когда режиссер говорил: «Тут у тебя вообще ничего не получается!» Или все гладко складывалось?
Евгений Ткачук: Творческий союз сложился еще на репетициях. Еще там мы друг друга внятно и понятно услышали по отношению к материалу. Поэтому на съемках уже сотворили вместе то, что получилось. В этом смысле с Сергеем Владимировичем было очень удобно работать — у него есть глубокое понимание этого произведения. И я понимаю, почему это было давнишней его мечтой — снять «Тихий Дон».
Почему?
Евгений Ткачук: Потому что это — глубочайший разбор русской души, которая в те времена на Дону полностью уничтожалась. Григорий Мелихов — это «последний из могикан» казаков.
Вам, как актеру, интересны такие роли, где разбирается русская душа? Ведь я помню и вашу работу в «Бесах», и в «Зимнем пути», и в новом «Тихом Доне» выделила сцену в вашем исполнении, где Григорий говорит со своей женой Натальей и поясняет ей: «В тебе говорит бабья лютость, а что у меня на душе, ты понять не хочешь».
Евгений Ткачук: Так как я все-таки причисляю себя к русским людям, мне интересно разобраться в себе в первую очередь. К счастью, иногда желания совпадают с действительностью, и попадаются проекты, к которым я подсознательно всегда готов.
А вам сложно было стать казаком? Потому что у Петра Глебова был предок настоящий казачий атаман, то есть у него это было в крови.
Евгений Ткачук: Я уже начал сниматься, когда мне позвонила мама и сказала: «А ты что не знал, что у тебя кубанские казаки есть в роду?» А я действительно не знал. Мама точно не помнит, кто именно, нужно все поднимать. И знаете, в кабинете Сергея Владимировича, там, где мы с ним познакомились, над его рабочим местом висел большой плакат с фразой: «Я знаю, что у вас в роду были казаки!» Так что все мы немного казаки.
Диалект казачий трудно было осваивать?
Евгений Ткачук: Поначалу-то, конечно. Тут же важно то, что Сергей Владимирович этот момент не упускал. Мы начали репетировать заблаговременно, и работали насыщенно и плотно. Сам Сергей Владимирович хорошо слышит эту речь. А еще на площадке были консультанты из местных — люди, которые занимаются сохранением языка и казачества в целом. Они помогали нам, следили, чтобы мы делали правильные ударения и «не врали текст». А через несколько месяцев это легло на язык, и мы начали сходить за местных жителей.
У Петра Глебова случилось так, что он оказался актером одной роли — ничего лучше, чем Григорий Мелехов, так и не сыграл. Существует такая опасность для вас?
Евгений Ткачук: У меня существовала опасность остаться актером одной роли после Мишки Япончика. Но я ее миновал. Так что, сыграв Гришку Мелехова, у меня есть опасность остаться как минимум актером двух ролей.
Экранизации романа Михаила Шолохова «Тихий Дон»
1930 — «Тихий Дон» — режиссёры ,
 — Григорий Мелехов,  — Аксинья
1958 — «Тихий Дон» — режиссёр Сергей Герасимов
Петр Глебов — Григорий Мелехов, Элина Быстрицкая — Аксинья
1994 — «Тихий Дон» — режиссёр
Руперт Эверет — Григорий Мелехов Дельфин Форест — Аксинья
2015 — «Тихий Дон» — сериал, режиссёр Сергей Урсуляк
Евгений Ткачук— Григорий Мелехов, Полина Чернышева — Аксинья.
Видео дня. Как сложились жизни актеров «Гостьи из будущего»
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео