Андрей Плахов: люди сидели не шелохнувшись до конца просмотра и как загипнотизированные смотрели фильм 

В местах, где прошло военное детство почитаемого во всем мире , в десятый раз открывается фестиваль «Зеркало», который перестал быть только кинематографическим. К фильмам добавились поэтические вечера, научные конференции, творческие встречи. О том, как можно в небольшом городе (фестиваль из Иванова переехал в Плёс) устроить фестиваль международного значения рассказал программный директор «Зеркала», президент международной ассоциации киножурналистов .
— Спасибо большое, что пришли, при том, что занимаетесь параллельно и Московским фестивалем и другими проектами, и пишите в «Коммерсант», при этом умудряетесь огромную программу составить, будущую программу фестиваля «Зеркало», которому в этом году 10 лет.
— Да, это 10-й юбилейный фестиваль, поэтому, конечно, хотелось бы его провести на должном уровне.
— Я знаю, что местные жители каждый год ждут и планируют поход в кино именно в это время, там большая программа вокруг самого фестиваля, это уже не кинособытие, а например, в этом году приезжает со своими друзьями, и будет поэтическое какое-то действо, новые призы придуманы и учреждены в этому году — лауреатом «за сохранение наследия», если я правильно формулирую, будет сестра Тарковского.
с самого начала существования фестиваля его активно поддерживала и считается своего рода музой фестиваля. — И музей за эти 10 лет открылся, и был куплен архив Тарковского.
— Да, архив с огромным количеством материалов, связанных с Андреем Тарковским. И сейчас они размещены в Юрьевце, в том доме, где он жил во время войны, будучи еще школьником, и где снимался фильм «Зеркало». Кроме того, в Иваново также есть материалы, связанные с Тарковским, поэтому все это сейчас изучается специалистами, киноведами и доступно также для публики, для зрителей.
— А чем вас привлекла эта идея, места-то действительно очень красивые, их, кстати, облюбовал замечательный музыкант , и там каждый год проходят музыкальные пиршества, куда приезжает мировая элита.
— Да, я знаю про этот фестиваль. Но что касается фестиваля «Зеркало», то он возник немножко по-другому. Он возник в городе Иваново, первые годы проводился именно там, при поддержке руководства Ивановской области, губернатора Меня тогда еще. Надо сказать, что фестиваль уже тогда был интересным, но все-таки Иваново — это большой индустриальный, такой советский город по архитектуре, по традициям, и поэтической атмосферы там особо не добьешься. Это не так просто.
Четвертый раз мы будем проводить фестиваль в Плесе. Плес — это конечно совершенно другая атмосфера.  — президент фестиваля, и Алексей Боков — продюсер, были инициаторами того, чтобы этот фестиваль перевести в Плес, но перевести только частично, подчеркиваю. Дело в том, что мы совершенно не хотим терять ивановскую аудиторию. Иваново прекрасно тем, что там очень много молодежи, студентов, активной публики, которая прекрасно посещает просмотры, готова смотреть трудные фильмы, обсуждать их. Поэтому терять этих людей никак нельзя. И теперь фестиваль происходит в двух городах: в Плесе и в Иваново. Гости живут в Плесе, где они наслаждаются прекрасной атмосферой, природой, там же происходят конкурсные показы, но второй конкурсный показ, я имею в виду повторение того же самого фильма, происходит в Иваново в большой аудитории, где эти фильмы выносятся на обсуждение публики, и по-моему эта модель работает.
— Программа всегда очень насыщенная, много звезд. Насколько я знаю, Рэйф Файнс даже в попечительском совете.
— Да, да, он приезжал не раз на фестиваль.
— Есть уже постоянные известные зарубежные гости. А что их привлекает? Место?
— Сейчас я веду переписку с некоторыми гостями фестиваля, к сожалению, иногда по неприятным поводам, потому что, например, вчера получил письмо от режиссера фильма , это конкурсная картина, очень интересная британская. Там играют звезды-актеры, в то же время это авторское кино. Фильм получил приз за «Лучший дебют» на фестивале в Венеции в прошлом году, но, увы, режиссер приехать не сможет, потому что не получил российскую визу в Лондоне в российском консульстве. Он описывает очень неприятную атмосферу, в которой все это происходило, визу он не получил, таким образом его приезд не состоится. И он очень сожалеет об этом, потому что для него Андрей Тарковский — кумир, он мечтал побывать на его родине, в тех краях, где он жил, и надеется, что все-таки в следующем году сможет каким-то образом решить эти вопросы. Вот такие вещи очень мешают проведению фестиваля. В целом могу сказать, что очень многие именитые кинематографисты не только молодые, но и люди с большими именами, для них имя Тарковского является символом настоящего авторского творчества бескомпромиссного абсолютно. Это для них своего рода ролевая модель. И они очень хотят приехать именно потому, что это фестиваль Тарковского. Так, несколько лет назад у нас был Джейлан Лауреат Золотой пальмовой ветви, Карлос Рейгадас — замечательный мексиканский режиссер, тоже последователь Тарковского. И в этом году будут люди. Например, будет Йос Стеллинг — знаменитый голландский режиссер, младший современник Тарковского, один из гуру авторского кино. Он приедет и возглавит международное жюри. Приедет также Густ Ван ден Берхе — очень хороший бельгийский режиссер, очень интересный, талантливый и один из самых перспективных сегодня в Европе в сфере авторского кино. Мы покажем его ретроспективу, и он возглавит жюри документального конкурса. У нас есть еще и документальный конкурс, есть отдельная анимационная программа, есть программа российского кино, есть программа для публики, где показываем арт-хаусные хиты. В общем, достаточно много кинозрелища на разные вкусы. Но не надо думать, что это все только посвящено Тарковскому, и все вокруг как бы в этом стиле как а— ля Тарковский. Мы совсем не хотим делать фестиваль подражателей Тарковского, мы хотим дать широкую панораму современного кино, но прежде всего, конечно, авторского.
— А какой принцип отбора?
— Принцип отбора — это качество. Хорошие фильмы отбираем, стараемся, чтобы была достаточно широкая география. Вот я смотрю на программу, у нас, если говорить по странам, то представлена и Великобритания, и Киргизия, и Латвия, и Казахстан, Чехия и Бельгия, и например, ну если американские фильмы, начиная с американского «Радиогрезы», он снят иранским режиссером, другой фильм «Земля просвещенных» — финансирован в Голландии, но действие происходит в Афганистане, то есть, это колумбийская картина — достаточно много экзотики, много стран, которые не так уж хорошо известны кинематографически, но где возникают новые интересные течения, направления в кинематографе, приходят очень талантливые люди, которые отражают реальные проблемы этих стран, и в то же время ищут новые способы рассказа, новые формы киноязыка.
— Не сомневаюсь, что программа интереснейшая. Гарантия этого — ваш опыт, репутация, положение, вы же президент ФИПРЕССИ. Завидую, честно говоря, плесовцам и ивановцам. Отчасти и мы сможем ваш вкус почувствовать и ваши связи во время московского фестиваля, в котором вы тоже принимаете самое активное участие.
— Я председатель отборочной комиссии, Сергей Разлогов у нас программный директор, и мы возглавляем процесс отбора, в котором участвуют наши коллеги — киноведы , и Стас Тыркин. У каждого свои вкусы и свои предпочтения, но, в общем-то, это сработанная команда, и мне кажется, что мы понимаем друг друга и находим решения, которые всех устраивают. Это нелегко, потому что Московский фестиваль, в отличие от такого фестиваля как «Зеркало», это фестиваль мировых премьер, в крайнем случае — международных, даже не международных, а европейских. То есть, фильм должен быть абсолютно свежим, абсолютно новым для того, чтобы попасть в конкурс ММКФ.
— И как умудриться, и качество хорошее, и при этом, чтобы была девственность кинематографическая.
— Да, это непросто, учитывая огромную конкуренцию фестиваля, особенно в этот летний период, когда после Каннского фестиваля сразу идут фестивали в Карловых Варах, в Локарло, в Венеции, в Торонто, в Монреале, их очень много и все они очень интересные.
— И как вы выкручиваетесь?
— Ну, как-то выкручиваемся. Действительно, нелегко. Во-первых, мы ездим специально на отбор в разные страны, пытаемся найти там новые работы, смотрим на других фестивалях, на кинорынках, где еще показывают совсем свежие, «незасвеченные» картины. Стараемся, чтобы это было не обязательно кино уж таких именитых авторов, наоборот, стараемся открывать новые какие-то интересные явления. В принципе, задача похожа на ту, что мы ставим перед собой на «Зеркале», просто, повторяю, это более новые фильмы, совсем нигде не показанные. Это если речь идет о конкурсе. А что касается внеконкурсных программ, их несколько, и наоборот, у нас задача показать то, что уже известно, но известно не в России, а например, прозвучало только что на Каннском фестивале. Это был очень интересный фестиваль, много споров вокруг него было. И понятно, что там собрались сливки мирового кинематографа, того, что создано на данный момент. Мы стараемся показать большую часть этих фильмов в Москве. Я думаю, что это получится, и каннская программа будет представлена достойно на ММКФ.
— За годы работы с фестивалем «Зеркало» у вас есть ощущение такой культурной миссии? Все культурные деятели, с которыми разговариваешь, отмечают особенность региональной публики, провинциальной, она с удовольствием внимает, слушает, смотрит. Публика очень благодарная. У вас есть ощущение правильности проведения этого фестиваля еще и с социальной точки зрения?
— Есть, конечно. Помню свои первые впечатления от Иваново, когда показывали там фильмы Карлоса Рейгадаса — мексиканского режиссера, очень непростые, в чем-то шокирующие фильмы, которые даже на Каннском фестивале вызывали шок.
— У профессиональных зрителей.
— Да, очень радикальное кино. Он, действительно, последователь Тарковского, но современный последователь, то есть, он не идет просто по следам учителя, а он создает какие-то абсолютно новые, иногда очень мощные и в то же время пугающие образы, он взращен в католической культуре мексиканской, это совершенно другая культура. Очень эротические фильмы у него, и честно говоря, я немножко даже побаивался показывать эти фильмы аудитории, которая наверняка ничего похожего не видела, и было непонятно, как она будет реагировать. Когда я представлял Рейгадаса, то решил предупредить аудиторию: там вас будет многое, наверное, удивлять, шокировать, не пугайтесь, не падайте в обморок, смотрите, постарайтесь понять, как-то вникнуть во все это. Рейгадас после этого обратился к публике и сказал: «Андрей вас запугал совсем, на самом деле ничего страшного нет в моих фильмах, что тут особенного, я показываю жизнь, я показываю реальность. Вот за нами течет река Волга, вот как вы смотрите на Волгу, так и смотрите на мое кино, просто как вот на что-то такое, что течет перед вами». Я не был на просмотре, но сидел рядом, давал интервью, и услышал, как в зале вдруг раздался какой-то страшный грохот, что-то упало. Я подумал: может, случилось что-то страшное, кому-то стало плохо, например, или кто-то побежал куда-то с криками. Нет. Оказалось, это был какой-то технический момент, а люди сидели, не шелохнувшись до конца просмотра, и прямо как загипнотизированные смотрели этот фильм. В общем, публика как раз очень благодарная, и люди действительно открыты каким-то новым вещам, даже если они не готовы к этому, но они стараются продвинуться, и в этом смысле фестиваль имеет хорошую перспективу, потому что мы и показываем именно такие фильмы, открывающие новый киноязык, иначе это не интересно. И в этом году тоже много будет таких фильмов. Надеюсь, что уже аудитория сейчас более подготовлена к ним. У нас будут также чтения журнала «Пионер» — специальный номер, посвященный кинематографу. Будет показан фильм Мари-Анж Горбаневски — французского режиссера «Урок музыки», связанный с музыкой, будет концерт бразильского пианиста Карвальо, то есть, мы стараемся действительно расширить культурное поле фестиваля, чтобы кино было, разумеется, в центре, но вокруг тоже было очень много интересного и высококультурного.
Видео дня. 10 актеров, сломавших карьеру одной ролью
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео