Ещё

Генпродюсер «Усадьбы Jazz» Мария Семушкина: «Не буду играть на потребу публике» 

Генпродюсер «Усадьбы Jazz» Мария Семушкина: «Не буду играть на потребу публике»
Фото: Москва24
Фестиваль «Усадьба Jazz» на сегодняшний день — пожалуй, главный московский джазовый опен-эйр, предлагающий публике программу, вызывающую скепсис у части джазовой аудитории и неизменный интерес у публики, не концентрирующейся на чистоте жанра. За 14 лет существования «Усадьба Jazz» вырос в глобальный проект, в равной степени удачно осуществляющий джазовую экспансию в российские города и пропагандирующий музыку в светских культурных пространствах. Накануне очередного фестиваля обозреватель m24.ru Алексей Певчев побеседовал с его главой Марией Семушкиной.
— «Усадьба Jazz» становится частью большого движения, в которое уже вовлечены Москва, Петербург, Сочи, Екатеринбург, Казань, Воронеж. Насколько это оправдано в нынешней ситуации, когда джазовая музыка — не самая востребованная категория?
— Для России мы — уникальный формат. Мы создали эстетическую «парковую концепцию», концепцию семейного отдыха на природе. Хорошая музыка, пуфики, лужайки — такое сочетание появилось впервые именно на «Усадьбе Jazz». В регионах таких мероприятий мало до сих пор. Мне хочется задавать мощный творческий импульс городам, в которые мы приходим, а не просто ставить сцену и привозить артистов.
Мы даем понять людям, что из города не обязательно уезжать, чтобы что-то увидеть и услышать. Пусть «Усадьба Jazz» происходит раз в год, но мы создали определенный тренд, и вот уже в городе появилась интересная ярмарка, начали приезжать артисты, открылся джазовый клуб. С финансовой точки зрения это тоже имеет смысл. В регионах есть компании, которые готовы заниматься развитием своих городов.
— Фестиваль существует почти 15 лет, за это время стало больше клубов, как и джаза в эфире. Вы действительно думаете, что проведение таких мероприятий способно привить массовую любовь к эстетскому джазу?
— У меня нет таких амбиций, мне очень важно сохранить целостность аудитории, и я никогда не буду играть на потребу публике. Мне важно следовать внутренним принципам, пусть даже это отражается на финансовом результате. Благодаря нам в свое время были открыты многие артисты. Они вышли как раз из маленьких клубов и подвалов — свой первый концерт перед 1000 человек они впервые сыграли именно на сцене фестиваля.
Выступление Nils Petter Molvaer в Софии (Болгария). Видео: YouTube/rumyeah
В этом году у нас четыре сцены. На сцену «Аристократ» гости приходят за классическими джазовыми ритмами. В этом году, например, приедет Нильс Петтер Мольвер. Это невероятно крутой музыкант, он играет музыку состояния. Я бы даже вообще не стала называть это джазом, это какая-то совершенно особая экспериментальная музыка. А кто-то приедет ради и увидит в его музыке новые смыслы. Мы даем возможность выбора, при этом делая ставку на качество. Посмотрите, как обеднела городская музыкальная афиша за последние два-три года. Мы вообще перестали получать какой-то мировой музыкальный контент, довольствуясь чем-то упрощенным, усредненным, массовым. Наша задача достучаться до тех, кому все это важно.
За 14 лет существования фестиваля у наших постоянных поклонников появились дети — наши будущие гости и участники. Для них мы в этом году впервые сделали сцену. «Усадьба Jazz Kids» — это постоянный проект, он существует весь год. О зарождении джаза в Новом Орлеане рассказывают детям актеры-музыканты, играет оркестр Петра Востокова, мы показываем фильмы. Будет интересная картина «Одесский порт» про Утесова.
Еще мы устраиваем конкурс среди музыкальных школ. Жюри Сергей Манукян, , Петр Востоков, слушают, что играют дети от шести лет и старше. Конечно, было много вокалистов (шоу «Голос» сделало свое дело), но немало и достойных инструментальных составов.
— Вас неоднократно обвиняли в том, что в формат «Усадьбы Jazz» вы неизменно вводите каких-то артистов, к джазу отношения не имеющих и приглашенных явно для привлечения аудитории. В этот раз вы как будто прислушались и ограничились лишь Алексеем Чумаковым и группой «Обе две».
— Ну, конечно, я не просто так пригласила Чумакова. Во-первых у него играют очень крутые джазовые музыканты: Николай Моисеенко — саксофонист, Сережа Геер — басист. У Алексея, конечно, есть русскоязычный репертуар для девочек, но на том концерте где я была, треть составляли песни Стиви Уандера и Марио Бионди, и Алексей был в нем абсолютно органичен. У него замечательный голос, он понимает и слышит эту музыку.
— Отменная джазовая программа есть и у . Тем не менее, вам не кажется, что для этих профессиональных поп-артистов, джаз — скорее, разменная монета?
— Важна очень общая эстетика, имидж артиста, его отношение к музыке. Я провожу джазовые «квартирники». На один из них пришел в качестве гостя Кирилл Батишта из группы «Банд'Эрос». Я слышала его имя, безусловно, но не интересовалась его творчеством. И вдруг он очень настойчиво говорит: «Вы знаете, я пишу стихи, и у меня очень хороший джазовый состав. Возьмите меня, пожалуйста!». У него оказались искренние, мощные тексты в хип-хоп стиле с интересным музыкальным оформлением и он действительно нашел у нас свою аудиторию.
А вот группа «Бумбокс» однажды сделала программу в соул-формате. Мы их позвали, они приехали и отыграли стандартную корпоративщину, видимо, не хотели долго репетировать. Есть немало артистов, которые очень хотят выступить у нас со своей джазовой программой — те же  и Елка, например. Думаю, что они просто иногда хотят видеть совершенно другого зрителя. Это касается не только поп-музыкантов. Лидер «Ва-Банка» выступал у нас со своей программой «Тромбон-Шоу».
— Давайте поговорим про ваши квартирники. Они из домашних встреч перешли в формат клубных концертов с билетами и прочим антуражем?
— Это по-прежнему некоммерческий проект. Площадку дают бесплатно, потому что мы приводим классную публику. Звук дают бесплатно, артисты выступают бесплатно. С сентября мы возобновим эту историю. Вот представьте: приходит 200 человек, из них треть — музыканты, которые знакомятся, общаются и тут же придумывают совместные проекты. Это могут быть, например, классические музыканты, которые очень редко встречаются с джазовыми. Однажды у нас встретились Батишта, который читал свои рэп-стихи, и солистка Миланской оперы, а после пришла Алиса Тен и с Ваней Жуковым и дали 40-минутный концерт. Так что диапазон жанров невероятный! Второй момент — импровизация. Люди стоят на улице, пока кто-то выступает, я их знакомлю, и один говорит другому: «Слушай, а давай следующий номер попробуем вместе?».
Атмосфера зависит и от публики. Я приглашаю очень разных людей. Здесь есть и культурная тусовка — мои друзья, есть чиновники, наши потенциальные спонсоры. Это очень мощная синергия творчества, бизнеса и культуры. В Москве и в Петербурге это уже обрело некую регулярность, и я поняла, что «Квартирник у Семушкиной» может случиться, в принципе, где угодно. В честь дня рождения нашей компании в феврале я сделала квартирники в Джайпуре, в Неаполе и в Арамболе.
— В прошлом году вы снова вернулись в Архангельское из Царицына. Как прошло возвращение?
— Это было ощущения возвращения домой. В Царицыне казалось, что мы делаем какой-то корпоратив. Исчезло ощущение радости. Мы придумали «Усадьбу Jazz» в том формате, что мы наделяем эти старые усадьбы какой-то новой энергией. Мне кажется, что Архангельское — пространство очень гармоничное и то, как у нас выстроена вся архитектура, и карта фестиваля создает общую концепцию. У нас более сотни партнеров, среди которых есть какие-то детские школы, музеи, театры.
— Если говорить о формировании основной программы фестиваля — она в этом году выстраивалась по какому-то особенному принципу?
— Исходя из привычного понимания работы разных сцен. Сделать программу для определенной аудитории — это значит очень сильно сузить рамки. Мы такого позволить себе не можем. Мой идеальный формат, когда в рамках фестиваля работают представители экспериментального джаза, потом какой-нибудь Роберто Фонсека, в середине Дайна Кролл и и в конце Брайан Сетцер или .
В этом году у нас на сцене «Аристократ» выступает гитарист Рауль Мидон. Слепой с рождения, он работал с , с , с . Он никогда не был в России, это его первый визит. Он играет спокойную соул-музыку, которая бы отлично звучала у нас на радио. Потом, конечно  — израильская певица с эфиопскими корнями. Норвежское посольство, с которым мы давно и успешно работаем, помогло нам привезти замечательный Nils Petter Molvear Band.
На сцене «Индикатор» выступят молодые исполнители Например, Ezra Collective — англичане, которые только-только начали свой подъем. На этой сцене вы увидите то, что мы называем концепцией «звука вокруг». Это будет эксперимент. Нам очень хочется, чтобы люди в этот звук ушли, получили новый опыт, услышали актуальную, интересную музыку.
Видео: YouTube/MANIZHA
Очень советую послушать Манижу. Это 24-летняя девушка из Таджикистана, я ее называю, русской . Сейчас появилось новое поколение джазовых музыкантов, которые приходят из совершенно неожиданных жанров, например, из хип-хопа. А вообще лучшим для меня источником понимания, куда движется музыка, является моя старшая дочь, ей сейчас 15 лет.
— На нынешней «Усадьбе Jazz» вы делаете особый акцент на экологии. В каких областях пересекаются джаз и Год экологии?
— Сначала я просто увидела какой-то тренд, но постепенно стала задумываться. Я три года отдыхала на Бали, и там обратила внимание, что с планетой происходит что-то неясное. К берегу прибивается огромное количество пластика, из-за которого даже купаться нельзя. В нейтральных водах Тихого океана сейчас плавает целый остров из пластика размером со штат Техас. Потом я стала изучать тему и анализировать, как у нас дело обстоит хотя бы с раздельной сортировкой мусора.
Наш фестиваль будет первым в России, который осуществит разборный сбор и раздельную переработку мусора на полезное сырье. Эту тему нужно немедленно вытаскивать на поверхность! На маркете у нас будут работать дизайнеры, которые работают с экоматериалами. Когда мы вывесили наши афиши «Год экологии на „Усадьбе Jazz“, нам позвонил министр экологии и сказал: „Слушайте, вы те, кто нам нужен“. Сейчас к нам уже просто WWF стучится, говорит: „Мы тоже хотим с вами работать!“
Вы знаете, что утилизировать пластиковые крышки и бутылки надо отдельно? А знаете, где находится ближайший пункт, куда надо сдавать использованные батарейки? Где вся эта информация? У нас на фестивале будет специальный инфоцентр. И потом, экология — это не только пластик и мусор. Я много путешествую и понимаю, что экология сознания и экология природы — это не пустые слова.
— Обычно в финале такой беседы принято спрашивать, когда бы вы хотели привезти из еще не привезенных музыкантов, но в контексте нашего разговора я бы хотел спросить, какой вы видите схему популяризации интересной вам музыки в целом?
— Мне было бы интересно сделать бюро по экспорту российской музыки и вывозу наших музыкантов в Европу. Мне очень хочется в следующем году сделать фестиваль с концепцией „музыка мира“. Я хочу показать то, что собрала в своих путешествиях. Чтобы это были музыканты, условно говоря, из Бразилии, из Кабо-Верде, из Японии, показать всю картинку, большой красивый цветок. Очень было бы здорово, чтобы в списке наших фестивальных городов появилась Пермь.
Мне хотелось бы, чтобы у нас появился свой лейбл, выпускающий пластинки, и свой канал YouTube. Важно информировать людей о том количестве музыки, которое появляется. И очень бы хотелось иметь свое пространство, клуб, в котором я могла бы делать какую-то постоянную программу. Свой абонемент в Доме музыки. Самое главное: я очень хочу стереть границы, сделать как можно больше для того, чтобы к нам приезжали музыканты и выезжали наши. И чтобы людям прогрессивным, классным, с хорошим вкусом всегда было что послушать в городе.
Видео дня. Российские актеры, которых убил алкоголь
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео