Ещё
Игра
Триллер
Купить билет
Аладдин
Приключение, Комедия, Семейный
Купить билет
Люди в черном: Интернэшнл
Боевик, Приключение, Фантастика
Купить билет
Унесённые призраками
Мультфильм, Приключение, Аниме
Купить билет
Люди Икс: Тёмный феникс
Боевик, Приключение, Фантастика
Купить билет
Ма
Триллер, Ужасы
Купить билет
Джон Уик 3
Боевик, Триллер
Купить билет
Годзилла 2: Король монстров
Боевик, Приключение, Фантастика
Купить билет
Гори, гори ясно
Фантастика, Ужасы, Драма
Купить билет
Боль и слава
Драма
Купить билет
Зелёная книга
Биография, Комедия
Купить билет
Красивый, плохой, злой
Биография, Драма, Криминальный
Купить билет
Донбасс. Окраина
Боевик, Триллер, Драма
Купить билет
Покемон. Детектив Пикачу
Мультфильм, Приключение, Фэнтези
Купить билет
Рокетмен
Биография, Драма, Музыкальный
Купить билет
Обитель страха
Вестерн, Ужасы
Купить билет
Мстители: Финал
Боевик, Приключение, Фантастика
Купить билет
Куриоса
Исторический, Мелодрама
Купить билет
Отпетые мошенницы
Комедия
Купить билет
Щенячий патруль и Вспыш и чудо-машинки
Мультфильм, Приключение
Купить билет

Фабрика реальности 

На Римском кинофестивале торжествует Голливуд
XII Римский международный кинофестиваль представил большую программу зрительских и потенциально оскаровских хитов. С ней знакомится Андрей Плахов.
Несмотря на подростковый возраст (а может, именно в силу этого), Римский фестиваль уже неоднократно менял свою формулу. Инициированный в свое время тогдашним мэром итальянской столицы Вальтером Вельтрони, он с самого начала прельщал и одновременно раздражал своими инфантильными амбициями. На сцену для прямого диалога с публикой одна за другой «приземлялись» звезды: Николь Кидман сменяла Роберта Де Ниро, а ее — Леонардо Ди Каприо. Этот звездопад намекал на то, что Рим чуть ли не пытается конкурировать с Венецией — гранд-дамой фестивального движения — на той же самой итальянской территории и в том же самом предоскаровском сезоне. Что было и самонадеянно, и не вполне реалистично.
Именно тогда скандальный акционист Грациано Чеккини окрасил кроваво-красной краской водоем фонтана Треви, памятного помимо прочего легендарной ночной сценой из «Сладкой жизни» Федерико Феллини. Целью было привлечь внимание к коррупции в Вечном городе, а едва ли не главной мишенью оказался новорожденный Римский кинофестиваль с его «непомерным» бюджетом в €15 млн Сейчас, спустя десять лет, Чеккини опять окрасил фонтан, но, хоть новая антикоррупционная акция совпала с открытием фестиваля, о ней почти не упоминали. Фестивальный бюджет за эти годы значительно ужался, рекламы в городе практически незаметно. Однако публика мало-помалу привыкла к октябрьскому кинособытию и охотно ездит на просмотры в не самый близкий конец Рима. Прижилась и традиция живого общения со знаменитостями, героями фестивальной рубрики «Близкие встречи». Причем это не только звезды-актеры Кристоф Вальц, Джейк Джилленхол, Ванесса Редгрейв, Иэн Маккеллен, но и композитор Майкл Найман, писатель Чак Паланик, режиссеры Ксавье Долан, Нанни Моретти и сам Дэвид Линч, которому вручают почетный приз за карьеру.
Отдавая дань национальной итальянской киноиндустрии и соседней французской, здесь все же не скрывают любви к Голливуду. Фестиваль открылся вестерном Скотта Купера «Недруги» с Кристианом Бейлом в роли кавалерийского офицера, которого судьба сводит с вождем краснокожих команчей в обстоятельствах, побуждающих пересмотреть «образ врага» и даже обнаружить зачатки современного гуманитарно-политкорректного мышления. Его, как правило, без труда можно отыскать в американских фильмах — особенно если они следуют воцарившейся моде на нон-фикшен и либо отталкиваются от реальных событий, либо прямо основываются на них.
В то же время чем сильнее режиссер, тем очевиднее он преодолевает конъюнктуру и ломает стереотипы. Это в полной мере относится к Кэтрин Бигелоу, чей жесткий и бескомпромиссный «Детройт» посвящен полицейской расправе над участниками негритянских протестов 1967 года. И к Ричарду Линклейтеру, без всякого нажима соединившему в одном камерном, почти интимном сюжете драмы ветеранов вьетнамской войны и одного из их потомков, пострадавшего в Ираке. И даже к Дэвиду Гордону Грину: его фильм «Сильнее» рассказывает о Джеффе Баумане, лишившемся ног в результате теракта на Бостонском марафоне, но обретшем взамен ту внутреннюю опору, которая позволила ему не просто выжить, а стать более совершенным и счастливым человеком.
Ориентиры Римского фестиваля в значительной степени совпадают с голливудскими, и тут нет решительно ничего плохого. Воплотившийся в героя фильма «Сильнее» Джейк Джилленхол почти наверняка будет претендовать на «Оскар». А в женской номинации имеет неплохой шанс оказаться Марго Робби, сыгравшая фигуристку Тоню Хардинг в фильме режиссера Крейга Гиллеспи «Я, Тоня». Незаурядная спортсменка вошла в историю не только как первая американка, выполнившая еще в юном возрасте тройной аксель, но прежде всего как соучастница бандитского нападения, в результате которого пострадала, едва не фатально, ее конкурентка Нэнси Керриган. Хотя юристы поставили в этой безобразной истории 1994 года жирную точку, в ней осталось много неясного, однако авторы фильма не выступают в жанре расследования и никого не судят, предпочитая воспроизвести эмоциональную атмосферу, социальный фон и характеры персонажей.
Эти характеры оказываются далеко не однозначными: даже мать Тони в исполнении Эллисон Дженни — завистливая и тщеславная мегера. Тем более это относится к мужу героини, отъявленному психопату Джеффу (Себастьян Стэн). Все они порождения Америки реднеков — с заниженной самооценкой, жгучими комплексами и зыбкой моралью. Тоня родом из этой среды; при очевидном таланте, витальной энергии и техническом блеске ее ледовых шоу она не удовлетворяет требованиям спортивного гламура — и потому с самого начала оказывается белой вороной, «выродком», «монстром». Парадоксальным образом она приходит в согласие с собой именно тогда, когда в расцвете молодости рушатся ее личная жизнь и карьера.
Смотря такие фильмы, как «Я, Тоня», особенно остро ощущаешь, насколько анемично в сравнении с ними большинство европейских кинолент, даже относящихся к категории так называемых качественных. И режиссер Крейг Гиллеспи, и актриса Марго Робби родом из Австралии — и это тоже многое объясняет. Объясняет интенсивность проживания каждого момента, невероятную насыщенность изображения, когда первый план оказывается настолько мощным, что уже как бы не требуется второй, а реальность на глазах преобразуется в сверхреальность. Ну а голливудские специалисты ответственны за великолепные монтажные эффекты съемок на льду: в результате только в самом конце фильма мы начинаем отделять исполнительницу от героини, и это же относится к остальным персонажам и актерам. Мир документальный и вымышленный, настоящий и кинематографический вглядываются друг в друга и вступают в напряженный диалог.
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео