Фильмы
ТВ
Сериалы
Актеры
Тесты
Фото
Видео
Прямой эфир ТВ

Иван Пилявский — о фильме «Студия Нижний»: «Это была настоящая авантюра»

«Студию Нижний» мы снимали пять лет»

Иван Пилявский — о фильме «Студия Нижний»: «Это была настоящая авантюра»
Фото: nn.runn.ru

— 14 февраля состоялась премьера «Студии Нижний» в кинотеатрах города. Но в конце 2015 года этот фильм уже демонстрировался. Что показывали тогда и что показывают сейчас?

Видео дня

— В 2015 году был закрытый показ для сотрудников одного крупного автосалона с приглашением нижегородских VIP-персон. И демонстрировали только первую часть. А сейчас будет полноценная премьера.

— Что это за проект «Студия Нижний» и благодаря кому он был воплощен в жизнь?

— В первую очередь, это заслуга Евгения Кудельникова, человека, который притягивает к себе всех, с кем когда-то работал вместе. В свое время он снимал рекламные ролики, а потом решил попробовать себя в качестве кинорежиссера. Инициативу Жени поддержал один его давний знакомый — бизнесмен из Москвы, для которого Кудельников снимал ролики. Помог с начальным капиталом, на который Женя купил необходимое оборудование. А потом свой вклад в наш проект внесли нижегородцы, которые постоянно переводили на счет какие-то средства — от 100 рублей до нескольких тысяч.

— Полный бюджет «Студии Нижний» озвучить готовы?

— 12 млн рублей. Вы понимаете, что для фильма это смешные деньги?! Например, бюджет «Движения вверх» составил 11,5 млн долларов. За 12 млн рублей режиссер самого дешевого сериала отказался бы работать. А Евгений Кудельников решил взяться за эту работу. Наверное, потому, что для него это был профессиональный дебют. Какую бы критику не получила «Студия Нижний», это кино войдет в историю нашего города. Это первый полнометражный нижегородский фильм!

— Вас сразу пригласили на роль Никиты Пирогова или вы поборолись за главную роль с изрядным количеством конкурентов?

— Я, как и все, пришел на кастинг, о котором откуда-то узнал. Позже Женя (Кудельников), с которым мы до начала съемок не были знакомы, рассказал, что я был единственным, кто на кастинг взял с собой фотографии и досье. Потом прошло какое-то время, я даже успел подзабыть о кастинге, и мне перезвонили и пригласили сниматься. Оказывается, все это время Женя мучился, подбирая актера на главную роль. И, в конце концов, его убедила моя готовность ввязаться в эту авантюру. А это была самая настоящая авантюра! На кастинге у нас даже текстов не было, все хранилось в голове у режиссера. Как у Феллини (улыбается).

— Сколько в общей сложности шли съемки фильма?

— Пять лет! Все началось в 2012 году, я тогда еще учился в ГИТИСе. Съемки шли с огромными перерывами. Порой у нас заканчивались деньги. За время работы над «Студией Нижний» Евгений Кудельников, наверное, продал почти все свое имущество (улыбается).

— Вы назвали кино явлением для Нижнего Новгорода. А лично для вас «Студия Нижний» стала главным вызовом в жизни?

— Я всегда мечтал сниматься в кино. Хотя долгое время считал себя не достойным этого. Казался себе очень некрасивым. Потом, присмотревшись к советским актерам, понял, что внешность — не главное.

Конечно, я ухватился за возможность сыграть в кино. Плюс, мне понравилось, что перед съемками сказал нам Женя Кудельников: «Я буду учиться снимать, а вы — играть». «Студия Нижний» стала для меня отличной школой. Сейчас я точно знаю, как нужно работать на съемочной площадке.

— Вы отмечали, что вам нравятся ваши герои в театральных постановках: Михаил Петунин в «Спасти камер-юнкера Пушкина», Билли из «Калеки с острова Инишмаан». А симпатичен ли вам главный герой «Студии Нижний»?

— Я бы просто не смог сыграть человека, который мне не нравится. Мне и Шариков (еще одна коронная роль Ивана Пилявского, — прим. NN.RU) по-своему симпатичен, потому что он по-детски наивный. А про Никиту Пирогова режиссер говорил так: «Он — правильный». И я с этим согласен. Никита всегда ведет себя порядочно.

«С моей внешностью можно играть только главные роли»

— У вас сейчас есть предложения по новым съемкам?

— Кино — это бизнес. Сейчас приглашают тех, кого знают. Вряд ли меня кто-то знает за пределами Нижнего Новгорода. Скорее, меня можны ждать в команде Жени Кудельникова, если он решит снять что-нибудь еще. Пока мы работали над «Студией Нижний», он убедился в том, что весь актерский состав ответственно относился к своей работе и даже был способен на жертвы. За время съемок я и в рубашке с коротким рукавом в -30°С бегал. И лазил по крышам в Питере, хотя жутко боюсь высоты.

— Странно, что Иван Пилявский до сих пор неизвестен за пределами Нижнего Новгорода. Вы ведь успели сыграть в сериале «Метод» с Константином Хабенским?

— Это на «КиноПоиске» написано, что я играл в «Методе» не то «мента», не то «опера». Но на самом деле я в этом сериале не снимался. Наверное, кто-то за меня получил зарплату.

У меня специфическая внешность и мне давно стало ясно, что какие-то второстепенные роли мне не сыграть. Еще в училище, когда я был в массовке, режиссеры постоянно говорили мне: «Отойди куда-нибудь, не отвлекай внимание». Так что, буду ждать главных ролей.

— А с кем из режиссеров хотелось бы поработать?

— Из российских — со Станиславом Говорухиным. Он как-то приезжал к нам в училище и произвел на меня колоссальное впечатление. С Никитой Михалковым интересно было бы поработать. Можно любить или не любить его фильмы, но это не отменяет того, как классно он работает с артистами. Я обратил на это внимание, когда мы студентами бегали в массовке фильма «Жмурки».

А если говорить об иностранных, хотелось бы оказаться на съемочной площадке с мексиканским режиссером Алехандро Гонсалесом Иньярриту, снявшим «Бердмана» и «Выжившего». Говорят, он просто зверь — выжимает из актеров все соки! И это видно по его картинам.

— А с кем хотели бы вместе сыграть?

— С Константином Хабенским. На него я во многом стараюсь походить: и на сцене, и в жизни. Очень достойный человек. А еще — с Сергеем Юрским. Сергей Юрьевич — мой кумир. Большой профессионал и в кино, и в театре. Просвещенный человек во всех отношениях. Поработать с таким мэтром было бы очень интересно.

Почему люди не ходят в театр, но ходят на хоккей?

— Как человек, работающий в хоккейном клубе «Торпедо», вы, наверное, любите фильмы о спорте?

— Очень люблю. Это интересное направление — здесь убивают сразу двух зайцев. Вот почему люди не ходят в театр, но ходят на хоккей? Потому что они не знают результата! У режиссера фильма о спорте есть отличная возможность сыграть на этом и заинтриговать зрителя: кто же победит? На этом построен фильм «Движение вверх». Многие представители молодого поколения понятия не имели, кто выиграл в том олимпийском финале 1972 года: СССР или США.

— По поводу «Движения вверх» разгорелось много споров. Может ли режиссер, снимая кино о реальной истории, пойти на искажение фактов?

— Я эту картину еще не посмотрел, просто не было времени. Но подобный вопрос поднимался и после того, как в прокат вышел фильм «Легенда номер 17». Понимаете, это художественный фильм. Это искусство. Созданное искусственно! Если фильм основан на реальных событиях, эти события — всего лишь основа. Все остальное создает режиссер и его труппа. И если зритель выходит из кинотеатра задумавшись, значит, режиссер добился своего.

— Вы себя тоже попробовали в роли режиссера. Может быть, есть желание со временем снять фильм о спорте?

— Как кинорежиссер я себя не вижу. Я никогда этому не учился. Вся моя режиссура связана с театрами (Иван Пилявский ставил пьесу «Пер Гюнт», за которую был награжден премией «Творческая удача»; также Пилявский — режиссер экспериментального спектакля «Безумие любви», — прим. NN.RU). В ближайших планах у меня постановки нескольких пьес. Сейчас работаю над инсценировкой произведения Джона Стейнбека «О людях и мышах».

«Скудра — актер. И ему это очень идет»

— Есть у вас еще одна профессия. Седьмой сезон вы работаете судьей-информатором на домашних матчах нижегородского «Торпедо». Такой творческой личности как вы, эта работа все еще интересна?

— Перед прошлым сезоном у меня появилось желание уйти. Тогда было много дел, связанных с режиссурой, да и, вообще, я чувствовал, что хочется перемен. Но руководство клуба было категорически против моего ухода, и мы сумели договориться. Во время работы на играх иногда возникает ощущение, что я делаю одно и то же, но это зависит от драматургии матча. Если в игре нет интриги, тяжело и мне. Но когда на льду начинается настоящий бой, чувствуешь, что и тебе тоже хочется во всем этом участвовать!

— Сезон 2017/18 у «Торпедо» получается сложный. Чувствуете, что атмосфера в зале поменялась?

— Было несколько матчей, когда атмосфера была враждебная. С трибун кричали: «Скудра, домой!» и все в этом роде. Наш болельщик очень наивный, переживает любую неудачу команды, как личную трагедию. Так болеют далеко не везде. Я видел отношение к хоккею болельщиков «Слована» и «Йокерита»: они приходят на игру только за позитивом, что бы не происходило на льду.

— Несколько лет «Торпедо» ассоциируется с личностью Петериса Скудры. Недавно я делал с ним интервью и в очередной раз убедился, насколько Скудра — противоречивая личность. Даже во время беседы его можно возненавидеть и полюбить. Скажите, а, может, латвийский тренер — просто хороший актер?

— Мы общались в неофициальной обстановке и какой-то фальши я за ним не замечал. Но актерское мастерство у Петериса точно есть, он знает, как вести себя на публике. Поэтому к нему всегда и приковано внимание.

Скудра — очень упертый мужик. Он — настоящий хозяин в команде. И это правильно, потому что «Торпедо» строит именно он, и раз руководство доверило Петерису эту роль, значит, все решения должен принимать он сам.

— На матчах «Торпедо» атмосфера всегда наэлектризованная. А во время спектакля чувствуете, что зал может взорваться эмоциями?

— Как-то в ТЮЗе мы ставили «Ромео и Джульетту». В зале были, в основном, дети и студенты, которым то и дело становилось скучно и они начинали болтать друг с другом. Кричать, короче говоря, вести себя плохо.

Но спектакль был такой молодежный, такой боевой: мы постоянно бились, чтобы удержать их внимание. И тогда режиссер после спектакля зашел к нам, сказал: «Мы их сделали»!

«Готов поставить церемонию открытия на матче звезд КХЛ»

— Вы почти семь лет работаете на матчах КХЛ. Почему Лига до сих пор не обратила внимания на профессионального актера в своих рядах и не предложила поучаствовать в каком-то крупном мероприятии. Мачте звезд, например?

— Не знаю. Как по мне, это ошибка КХЛ. Не потому, что я такой классный. А потому, что мы действительно можем сделать что-то интересное. В этом году на Матч звезд КХЛ в качестве тренеров привлекались девушки-журналистки (Дарья Миронова, Наталья Кларк, Соня Гудим и Мария Басс, — прим. NN.RU). Это забавно. Этот матч — шоу, у него должна быть особая атмосфера. Почему бы на Звездном уик-энде не сделать театральное ледовое представление?

— А вы бы потянули роль режиссера?

— Если бы поступило интересное предложение, с удовольствием бы за это взялся. Недавно все мы наблюдали за церемонией открытия зимней Олимпиады 2018. А это не что иное, как площадной театр. Театральная постановка с многовековой историей. Почему не сделать что-то подобное на хоккее?

— Бог с ней с КХЛ. Летом в Нижнем Новгороде пройдут шесть матчей чемпионата мира по футболу. Сам Лионель Месси приедет. Хотелось бы стать голосом стадиона «Нижний Новгород»?

— Я бы очень хотел, чтобы мне предложили поработать на матчах чемпионата мира. Мне было бы о-о-очень интересно! Может, самому пора позвонить в наш организационный комитет?! Наверное, там и не догадываются, что есть такой Иван Пилявский.

— А вы сами играете в футбол?

— Играю за команду ТЮЗа. У нас, между прочим, проводится чемпионат среди театров Нижнего Новгорода! Было время, мы тренировались каждый день, и команда у нас была о-го-го! Сейчас тоже иногда собираемся поиграть, форму как-то надо поддерживать.

Футбол вообще когда-то был моим самым любимым занятием, и в детстве я мечтал играть на профессиональном уровне… Кстати, сейчас я почти не смотрю футбол по ТВ. Слишком много на поле стало нытиков.

— Театр и футбол похожи: и там и там есть действующие лица и зритель. Но в футболе еще есть арбитры. А кто исполняет роль рефери в театре?

— А вот это самая большая проблема современного театра. В СССР были очень авторитетные критики, которые, между прочим, ездили с проверкой по театрам и могли задать художественному руководителю вопрос: «Почему у вас не задействован тот или иной актер? Он же талантливый парень. Дайте ему какую-нибудь роль». А сейчас критики приглашаются только как профессиональное жюри, не более. А кто должен контролировать весь театральный процесс, непонятно. Отсюда и все проблемы.