Ещё
Богемская рапсодия
Биография, Драма, Музыкальный
Купить билет
Унесённые призраками
Мультфильм, Приключение, Аниме
Купить билет
Рожденный стать королем
Приключение, Фэнтези, Семейный
Купить билет
Алита: Боевой ангел
Боевик, Приключение, Фантастика
Купить билет
Пиковая дама. Зазеркалье
Ужасы
Купить билет
Дом, который построил Джек
Триллер, Ужасы, Драма
Купить билет
Любовницы
Комедия
Купить билет
Две королевы
Биография, Исторический, Драма
Купить билет
Счастливого нового дня смерти
Детектив, Триллер, Ужасы
Купить билет
Ван Гоги
Драма
Купить билет
Громкая связь
Комедия
Купить билет
Гурвинек. Волшебная игра
Мультфильм, Приключение, Комедия
Купить билет
Зелёная книга
Биография, Комедия
Купить билет
Наркокурьер
Триллер, Драма, Криминальный
Купить билет
Тобол
Исторический, Драма
Купить билет
Вокс Люкс
Мюзикл, Драма
Купить билет
Время возмездия
Боевик, Триллер, Драма
Купить билет
Родители лёгкого поведения
Комедия
Купить билет
Гости
Триллер, Мелодрама, Ужасы
Купить билет
Кадавр
Ужасы
Купить билет

Катарсис Старика 

Фото: Ревизор.ru
Дело было в 1995 году. Три студента-дипломника Историко-архивного института во время сессии устроили себе культурную разрядку — поход в один из популярнейших современных театров. То есть мы, с оптимизмом молодости, думали, что нескучно проведем вечер и заодно пополним свой культурный багаж…
Спектакль оказался так же далек от формального понятия «культпоход в театр», как далек Лев Николаевич Толстой, один из его главных, хоть и не появляющихся на сцене героев, от писателей следующих поколений. Недосягаемая сияющая вершина. Невероятный душевный прорыв. Катарсис.
Дуэт двух великих актеров, Марии Мироновой и Михаила Глузского, запомнился мне на всю жизнь как образец подлинной театральной игры, такой совершенной и выразительной, что дальше — только жизнь. Сцена из телеспектакля «Уходил Старик от Старухи» Было полное ощущение, что они живут на сцене — муж и жена, Старик и Старуха. В квартире, поначалу пафосной и полной вычурных ненужных вещей. Вот только интерьеры дома были слегка покрыты пылью. Старику всю жизнь было не до быта. Он, крупный ученый, литературовед, все свои годы провел в эмпиреях среди небожителей — писал книги о писателях-классиках: Пушкине, Достоевском, Льве Толстом. По-видимому, за это время сроднился с ними, счел себя одним из олимпийцев. Старуха всю жизнь безропотно создавала мужу комфортные условия для работы. И сейчас создает, только силы у нее уже не те. Кофе мужу налить Старуха еще способна, а постоянную уборку делать не в состоянии. «Плохое дело — возраст», — вздыхала она. «Вроде бы все как прежде, только ноги плохо слушаются».
Двадцать лет Старик отдал труду о Толстом. Двадцать лет Лев Николаевич полноправно жил в их квартире. И вот, когда осталось дописать буквально последнюю страницу, чтобы завершить дело всей жизни, Старик задумал уйти от Старухи. Как Толстой от семьи. Но не по тем же мотивам, а из-за банального откровения. В комоде под носками он нашел любовное письмо. В военные годы кто-то признался его супруге в пылких чувствах. Но почему она хранила этот листок так долго? Тоже любила? Не решилась уйти? Или изменяла Старику, вела двойную жизнь? Вот о чем в этот тяжелый час думает профессор Порогин в обличье Михаила Глузского. Сцена из телеспектакля «Уходил Старик от Старухи»
Каждая фраза, которую высказывает Старику Старуха, ранит его все больнее и больнее. Оказывается, она всегда ненавидела его занятия литературой, потому что они лишали ее обыкновенного женского счастья. Она уважала мужа и гордилась им, особенно когда он получал престижные награды. Но жить в компании классиков ей казалось невыносимым. И потому она хранила и то давнее письмо, и воспоминания военной поры — как работала медсестричкой в госпитале, как кружила головы солдатам и офицерам, как они ей объяснялись в любви.
Жизнь позади, а Старик и Старуха по-прежнему говорят на разных языках. Друг друга не слышат. В ходе объяснений они порой заходили в такой тупик, что оба глохли, слепли и немели. Великолепная сценография спектакля передавала эти состояния краткими затемнениями, во время которых на сцену выезжала декорация с изображением провинциального вокзала и надписью «Астапово». Три студента-историка, потрясенные увиденным, не сразу догадались, что это — дореволюционное название станции, на которой умер Лев Толстой. Сегодня этот городок в Липецкой области носит имя Лев Толстой, а вокзал и прилегающие к нему территории стали музеем под открытым небом. Астапово, ныне Лев Толстой
Каждый раз вместе с «Астаповым» из дома стариков исчезала какая-то лишняя вещь — торшер, кресло, этажерка. К последнему действию старики остались на практически пустой сцене. Ничего уже не могло встать между ними, заслонить их от необходимости понять друг друга. Но понимания так и не произошло. Старик несколько раз порывался уйти с чемоданом, но острая сердечная боль останавливала его. Но не выдержало в итоге сердце у Старухи. Она умерла, а непонимание осталось…
Театральная легенда гласит, что роль Старухи режиссер Иосиф Райхельгауз сразу предложил Марии Мироновой, никого, кроме нее, в этой партии не видя. Она заинтересовалась образом, но ей долго не могли найти достойного партнера. Остановились на кандидатуре Глузского. И тут уже Миронова стала переживать, что у нее ничего не получается. Её уговорили дать одно представление для друзей. Постановка увенчалась таким успехом, что потом несколько лет была одной из «визитных карточек» «Школы современной пьесы». К сожалению, роль Старухи оказалась пророческой для Марии Мироновой. В 1997 году ее не стало, так же, как героини. А в 2001 году ушел из жизни Михаил Глузский. И спектакль сняли с репертуара. Никому не в обиду будь сказано, но других актеров в этих ролях быть не должно.
Роль Старика для Михаила Андреевича Глузского со стороны кажется мистически знаковой, перекликающейся с обстоятельствами его личной и творческой биографии. Так же, как профессор Порогин, он пробился в большое искусство из низов. Михаил Глузский в фильме «Ласточка» 1957 года
Родился Михаил Глузский в разгар Гражданской войны в Киеве. Его отец, поэт и журналист Андрей Гмырев переехал туда из Петрограда. Женился на крестьянке Ефросинье Глузской, построил дом, разбил фруктовый сад — и скоро умер. Оставшейся без кормильца семье пришлось сменить несколько городов, прежде чем осесть в Москве. А юному Михаилу Глузскому довелось освоить рабочую специальность электромонтера. Но он упорно хотел для себя чего-то большего и уже во время учебы в вечерней школе рабочей молодежи участвовал в художественной самодеятельности при клубе Мосторга. Самодеятельностью руководили актёры Второго МХАТа Б. Васильев, К. Ратомский, А. Потоцкий. Глузский также играл в Театре рабочей молодёжи (ТРАМ). Но творческую учебу продолжил с уклоном в кинематографию, тогда бурно развивавшуюся в Советском союзе.
В 1936—1940 годах Михаил Глузский учился в Школе киноактёров при киностудии «Мосфильм» и во время учебы снялся в первом за свою карьеру фильме — экранизации романа Лиона Фейхтвангера «Семья Оппенгейм» в роли гимназиста, которому даже титра не досталось. Михаил Глузский в фильме «Тихий Дон»
Так же, как Порогин, Глузский прошел войну, но удачно, если уместно так выразиться. В 1940 году он несколько месяцев успел побыть артистом «Мосфильма», и его призвали в армию. Михаил Глузский служил в команде при Центральном театре Советской армии и во время Великой Отечественной войны был членом фронтовых артистических бригад. Несколько первых послевоенных лет служил в Драматическом театре Группы советских войск в Германии.
Так же, как Порогин, Глузский десятилетиями служил избранному делу, видя в нем высшее предназначение: с 1946 по 1995 год он был актёром Театра-студии киноактёра. Принимал приглашения на работу в спектаклях театров «Современник» и Драматического театра имени М. Ермоловой. Но кино было его любимой работой. Артиста не отпугивало то, что многие роли, которые ему предлагали, были эпизодическими, не позволявшими в полной мере раскрыть его уникальный драматический талант. Большая часть ролей тоже не указывалась в титрах: рыбака в «Белом пуделе», солдата в «Сельской учительнице», пограничника в «Девушке с характером». Такие «анонимные» роли доставались Глузскому вплоть до 1950-х годов. После есаула Калмыкова в герасимовском «Тихом Доне» они прекратились. Глузский снимался в популярных тогда картинах «Ночной гость», «Последний дюйм», «Друзья-товарищи», «Мичман Панин». Михаил Глузский в фильме «Мичман Панин»
В дальнейшем Глузскому часто предлагали откровенно комических персонажей вроде администратора гостиницы в культовой «Кавказской пленнице» или шута Балакирева в «Сказе про то, как царь Петр арапа женил». Он исполнял их ответственно и с блеском. А ролью профессора Порогина в конце жизни израсходовал, наверное, весь запас драматизма, который не проявился в кино. Михаил Глузский в фильме «Кавказская пленница»
В 1970-1980-е годы Михаил Глузский стал, наконец, получать роли полноценные и серьезные. Почему-то среди них преобладали военные персонажи: генерал КГБ в "ТАСС уполномочен заявить", подполковник милиции в «Кладе», солдаты и офицеры Великой Отечественной и даже генерал Макартур в экранизации «Десяти негритят» Станиславом Говорухиным. Этот фильм входит в десятку лучших мировых экранизаций Агаты Кристи, и заслуга Михаила Андреевича в этом, несомненно, велика. Михаил Глузский в роли подполковника милиции
Одной из лучших драматических работ артиста в кино стал образ академика Сретенского в фильме И. Авербаха «Монолог». Он тоже перекликается с Порогиным, предвосхищает его. Пожилой академик, судьба и карьера которого выглядят подарком судьбы, в своем монологе признается в грехах, ошибках и разочарованиях, которые не способен больше таить от всех. Он расстался с настоящей любовью, был несчастлив в семье, сейчас не понимает дочь и внучку и всю жизнь чувствовал себя одиноким, а к закату убеждается, что это действительно так. Михаил Глузский в роли академика Сретенского
Всего Михаил Глузский снялся более чем в 150 художественных фильмах. Его роли трудно перечислить. Но еще более солиден список дублированных и озвученных им ролей в полнометражных фильмах, короткометражках и мультиках. Михаил Андреевич был не только замечательным артистом, но и признанным чтецом, мастером художественного чтения.
Невозможно забыть и его театральные работы. На сцене Театра-студии киноактёра он воплотил Карандышева в «Бесприданнице», Верховенского-старшего в «Бесах», Жоржа Милославского в инсценировке пьесы М. А. Булгакова «Иван Васильевич». А в «Школе современной пьесы», помимо звездной роли Порогина, исполнил роль в пьесе Я. Гловацкого «Антигона» в Нью-Йорке" и роль Сорина в пьесе «Чайка» Бориса Акунина — эксперименте постмодерниста по мотивам чеховской «Чайки». Михаил Глузский в пьесе «Чайка»
Волею судьбы именно «Чайка» стала последним спектаклем Глузского. 13 мая 2001 года он появился на сцене в инвалидной коляске. Согласно пьесе, Сорин все действие не ходит, а ездит. Зрители и подумать не могли, что на этот раз артист находится в коляске не зрелищности ради. После спектакля Глузского из театра отвезли в больницу… и ампутировали ногу.
Спустя месяц и два дня, 15 июня 2001 года, Михаил Глузский умер от сердечного приступа. Как и его герой Порогин. Было ему 82 года. Михаила Глузского похоронили на Ваганьковском кладбище. Там же, где и Марию Миронову. Старик и Старуха теперь навсегда неразлучны.
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Больше видео