Ещё

Александр Велединский: На Соловках происходило что-то необъяснимое 

Александр Велединский: На Соловках происходило что-то необъяснимое
Фото: ИД "Собеседник"
Режиссер заканчивает работу над художественным фильмом «Обитель» по роману . Как обещают создатели, история жизни в концлагере на Соловках будет рассказана откровенно.
Маленькие чудеса русского Ватикана
— Александр, вы как-то признались, что Соловки — место, которое связано и с вашей семьей…
— Да, мой отец учился там в школе юнгов (именно так она называлась). Это был первый набор 1942 года. Кстати, вместе с ним учился и будущий писатель . Когда отец жил в Горьком, то подделал подпись — якобы согласие от мамы — и бежал на Соловки. Ему было 16 лет. Я, будучи мальчишкой, видел в Горьком сарай, где ножом на столбе он вырезал: «17 июля 1942 года. Леля ушел на фронт». А вообще отец не очень любил рассказывать о том периоде.
Когда в 2011 году продюсеры кинокомпании «Красная стрела» и  предложили снять что-нибудь про Соловки, то я ответил согласием, потому что это лично меня касается. Да и вообще это место силы, его иногда называют русским Ватиканом. Конечно, я давно хотел там побывать. Позвонил Захару Прилепину с идеей поехать туда вместе и потом написать сценарий фильма. Он сначала сказал, что тема не его, ведь обычно Захар пишет о том, что пережил сам. Пообещал подумать месяц-другой. Но перезвонил на следующий день и согласился. Неделю мы жили на Соловках. Кстати, там, в местном музее, я увидел фотографию моего отца. Юного. Ощущение конечно же особое, трепетное.
— Почему вы решили, что действие будет происходить в 1920-е годы?
— Потому, что суровая лагерная тематика 1930-х годов много отражена в литературе и в кинематографе. А беллетристики про 1920-е на Соловках практически не было. Только лишь какие-то разрозненные воспоминания, которые часто противоречат друг другу и документам. В 1920-х на Соловках в основном сидели настоящие контрреволюционеры, не скрывающие своих убеждений, а не те, кто делал революцию, которая потом — в 1930-е — стала их поедать. Это были кадеты, белогвардейцы, и так далее. Конечно, и обычные уголовники, бытовики. В этой поездке экскурсоводы рассказали нам историю любви — любовный треугольник: охранник лагеря, чекист и заключенная женщина. На написание романа у Прилепина ушло три года. Захар гендерно поменял персонажей, то есть чекистом у нас стала женщина (актриса Александра Ребенóк). Заключенного Артема Горяинова (фамилию позаимствовали у продюсера проекта) сыграл , начальника лагеря Федора Эйхманиса — Сергей Безруков.
(слева) и Сергей Безруков // кадр: фильм «Обитель»
— Читал, что во время этой поездки с вами происходили какие-то мистические случаи…
— Я бы не назвал это мистикой. Наверное, маленькими чудесами. Например, едва сошел с самолета на соловецкую землю, из записной книжки в моем мобильном телефоне исчезли имена и фамилии всех абонентов! Остались только цифры. Поэтому общение было только с теми, чьи телефоны я помнил наизусть. Да там постоянно что-то происходит необъяснимое. Думаю, если ты открыт этому месту, то оно на тебя влияет. Это место работает с человеком, с его душой. Расскажу один факт. Натуру на Соловках снимала наша вторая группа, в которой режиссером был мой сын Игорь. Мы думали о возможности снимать весь фильм там. Но действие происходит летом, когда на Соловках много туристов. Монастырь действующий, снимать в нем не получилось бы и пришлось бы на Соловках строить декорацию Соловецкого монастыря! Поэтому так называемую внутреннюю часть Соловков снимали в древнейшем Кирилло-Белозерском монастыре в Вологодской области. Там мы работали около месяца, начиная с середины августа прошлого года. В крайний день съемок к нам подошел молодой парень из массовки, подарил книги на духовные темы и сказал, что, оказывается, съемки в Кирилло-Белозерском монастыре мы начали в день поминовения Соловецких мучеников, убитых в 1920-е годы. Говорит: «А вот сейчас вы заканчиваете снимать в день поминовения новомучеников Белозерского монастыря и женского Ферапонтова, который неподалеку находится». Такое странное совпадение! Ведь мы же ничего не знали об этих поминальных днях, съемочный график составлялся по другим критериям: занятость актеров, готовность объектов и так далее… Ну разве это не чудо?
Цензура на меня никогда не давила
— Александр, были ли какие-то пожелания от телеканала «Россия 1», где состоится премьера, или от продюсеров, дескать, как-то «причесать» все ужасы истории Соловков?
— Чтобы мы показали, как было хорошо в то время?! Нет, никакого давления или цензурных пожеланий не было. В этом смысле я не в тренде: по СССР не тоскую, вождей — старых и новых — не воспеваю… У нас в картине есть эпизоды, когда документалисты снимают пропагандистский фильм о Соловецком лагере, как хорошо там живется. Такое ведь было, и мы показываем это, хотя в романе этих персонажей не было, они были в реальной жизни. А идеологически на меня давить нельзя. Сразу порву все отношения. И Захар Прилепин не вмешивался в нашу работу, он продал права на роман, и всё.
— Кстати, вы слышали недавнее признание этого писателя, как батальон, в котором он воевал на Украине, убивал людей?
— Да, это интервью меня разочаровало. Но мы с ним на эту тему не разговаривали.
— И все-таки вы готовы, что из «Обители» по каким-либо соображениям могут что-то вырезать?
— Это уже не ко мне вопрос. Естественно, по телевизору по закону какие-то вещи нельзя показывать. Но мы такие вещи и не снимали. Хотя секса там достаточно… Помимо телеверсии, надеюсь, будет и полнометражный фильм.
Иногда я чужой волей бываю втянут в борьбу за картину, но отнюдь не идеологическую. Был один случай с моим фильмом , когда один из продюсеров по недоразумению пытался картину сократить. Но мы всё вернули обратно. Повторюсь, я никогда не испытывал цензурного давления. Например, когда опальный в то время писатель находился в тюрьме, мы выпустили фильм по мотивам его произведений. И никто ничего пальцем не тронул. Так как телеканал работает с рейтингами, для него выгодно, чтобы интерес держался. И я озабочен тем, чтобы зрительский интерес был.
— Уже известно, когда фильм выйдет?
— Пока точно не знаю. Все сроки я уже нарушил. Дело в том, что есть у меня такая особенность: быстро снимаю, но долго монтирую.
— Штраф?!
— Нет, пока не оштрафовали… Думаю, уладится. Кино — это не телерепортаж, который надо быстро смонтировать и выпустить. Фильм наш технически сложный, графики много. Эпоха…
* * *
Материал вышел в издании «Собеседник» №34-2019 под заголовком «Александр Велединский: На Соловках происходило что-то необъяснимое».
Видео дня. Чем напугал фильм Ромма атомную промышленность СССР
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео