Ещё

Эдвард Нортон о «Сиротском Бруклине», коллегах по цеху и изменении климата 

Эдвард Нортон о «Сиротском Бруклине», коллегах по цеху и изменении климата
Фото: RT на русском
По собственному признанию, обязан своей славой фильму . Однако зрители помнят его в разных образах: это и рассказчик из культового фильма , и король Иерусалима из картины , и невероятный Халк. В передаче Larry King Now на RT Эдвард Нортон рассказал о фильме «Сиротский Бруклин», где был задействован одновременно как актёр и режиссёр, пояснил свою гражданскую позицию, а также признался в любви к сёрфингу.
— «Сиротский Бруклин» поставлен по книге, верно?
— По отличному роману Джонатана Летема, который и сам из Бруклина.
— Чем он вас так привлёк?
— В первую очередь потрясающим главным героем. К концу первой страницы он полностью завладевает вашим вниманием.
Он детектив, но не такой, каких играли Роберт Митчем и Хамфри Богарт, а своего рода младший помощник крутого детектива. Мой герой страдает от синдрома Туретта (расстройство центральной опорно-нервной системы, характеризующееся множественными двигательными тиками. — RT) и обсессивно-компульсивного расстройства, из-за чего в жизни ему приходится весьма непросто. При этом он наделён острым умом и фотографической памятью, а потому весьма заметен в деятельности конторы.
— Как вам удалось уговорить согласиться на роль, которая длится минуты три экранного времени?
— На самом деле двадцать. В книге частный детектив, на которого работает Лайонел — мой персонаж — настоящий тёртый калач. На него все равняются.
Старший брат и всё такое. Кто лучше Брюса Уиллиса справится с подобной ролью? На мой взгляд, Брюс — идеальный старший брат. Все мужчины хотят быть такими. Он загадочный, остроумный, крутой. В начале фильма мы видим двух нелепых третьесортных сыщиков, которые на него работают, а потом из-за угла выходит Брюс, и ты говоришь себе: «Вот он, настоящий частный детектив».
— Бобби Каннавале тоже великолепен…
— Мы с Бобби вместе играли на нью-йоркских театральных подмостках. Я считаю его одним из лучших актёров моего поколения. Он умеет быть и забавным, и невероятно серьёзным. Бобби просто невероятно сыграл свою роль.
— У вас снялся и . Его персонаж списан с Роберта Мозеса, но в фильме от него осталось только имя…
— Нашего Мозеса Рэндольфа можно назвать местным Дартом Вейдером. Дело в том, что настоящий Роберт Мозес (американский градостроитель. — RT) тоже был своего рода Дартом Вейдером Нью-Йорка середины прошлого века. Я говорю так, потому что изначально Мозес и правда напоминал джедая: он был идеалистом и обладал невероятным влиянием, но в итоге перешёл на «тёмную сторону» и стал использовать свою силу в ужасных целях.
— Но фильм не основан на реальных событиях?
— Разумеется, нет. Это картина о детективе с синдромом Туретта, она наполнена убийствами и всякими мрачными событиями.
Взгляните на многие великие американские фильмы, скажем, на «Гражданина Кейна». Это история , но в то же время и нет. Персонажа не зря зовут Кейн.
Иногда фильмы, передающие лишь суть, содержат больше правды, чем те, которые позиционируются как основанные на реальных событиях. Мне кажется, что в последнем случае вы не имеете права ни на шаг отступать от фактов.
— Вы изучали людей с этим расстройством или опирались на собственное воображение?
— Знаете доктора ? У него есть отличная работа, посвящённая как раз этому синдрому. Кроме того, я смотрел документальные фильмы и встречался с людьми. Самое интересное, что у каждого это заболевание проявляется по-своему.
Некоторые страдают от тяжёлой формы расстройства, которая характеризуется выкрикиванием всяких нецензурных слов и ругательств. У других болезнь проявляется в виде компульсивных голосовых тиков. А кто-то имеет дело с двигательными тиками. У каждого больного свой набор симптомов.
Я перенял разные понравившиеся мне черты у людей, которых видел в фильмах или встречал вживую. Удивительно ещё и то, что многие люди с синдромом Туретта бывают очень одарёнными. Например, мой герой чувствует музыку, как никто. Звуки джаза самым необычайным образом провоцируют его тики.
— Трудно было сыграть этого персонажа?
— Готовиться к роли всегда очень занятно. А вот довести всё до автоматизма — тут уже вопрос…
— …актёрского мастерства…
— Точно. Нужно внутренне этим проникнуться, превратить своё тело в инструмент…
— Сложно ли сниматься в своём же фильме?
— Да. Скажу так: я неплохо следую своим же указаниям. Если мы с вами партнёры по фильму, то помогаем друг другу, сохраняя концентрацию вопреки всем отвлекающим факторам — освещению и так далее. Но если ты ещё и режиссёр и вмиг переключаешься…
Меня тревожило, как это повлияет на моих партнёров по игре. Но если в фильме задействованы такие замечательные актёры с богатым сценическим опытом работы, как те, кого мы перечислили, а также великолепная бродвейская актриса и Алек Болдуин, потрясающе талантливый исполнитель не только комедийно-сатирического, но и драматического жанра…
Когда я только начинал свой путь, Алек выступал в бродвейской постановке «Трамвая „Желание“ и исполнял свою роль сногсшибательно. Примерно тогда же он сыграл в фильме „Гленгарри Глен Росс“. По-моему, такой вот Алек-злодей чем-то похож на Ли Джей Кобба в фильмах „12 разгневанных мужчин“ и .
— Вы ведь выбрали карьеру актёра не ради славы? Назовёте ли вы себя антиподом знаменитости?
— Некоторые атрибуты известности можно использовать во благо. Меня вдохновляет пример таких людей, как  — результаты, которых он добился, основав компанию «Ньюманз Оун». Он конвертировал свою славу в сотни и сотни миллионов долларов, направленных на благотворительность.
Также меня вдохновляет мой друг , который свою известность использует ради защиты окружающей среды, чем он страстно увлечён. Лео — известнейший природозащитник, как, впрочем, и мы с .
При этом многие атрибуты славы мне кажутся просто нелепыми. В нашей культуре людей зачастую превозносят не за то, за что стоило бы. А тех, кто действительно заслуживает чествования, не ценят по достоинству. Взять, к примеру, пожарных, полицейских, учителей и учёных. Нам стоит приравнять их к героям, они того заслуживают. Но всё же это не значит, что широкая известность как-то мешает делать добрые дела. Напротив.
— В детстве вам хотелось стать актёром?
— Да. Но едва ли я тогда задумывался о том, чтобы выбрать этот жизненный путь. Он не был моей мечтой. Мне нравилось само занятие. Мы с друзьями обожали снимать собственные мини-фильмы.
— Славится ли Йель своим театральным факультетом?
— Да. Но я там учился на историка, что в каком-то смысле проявилось и в этом фильме: мой интерес к Роберту Мозесу, Нью-Йорку 1950-х, к событиям того периода — скажем, к причинам переезда клуба «Доджерс» (бейсбольный клуб переехал из Нью-Йорка в Лос-Анджелес в 1958 году. — RT). Здесь во многом заявила о себе моя натура историка. И мне захотелось соткать из всего этого сюжет.
— Какой фильм принёс вам славу?
— Определённо, «Первобытный страх». Это именно тот случай, когда всё сложилось так, как никто не ожидал. Появился отличный шанс, у нас подобралась отличная команда, и, к счастью, фильм выстрелил. В противном случае мы с вами, вероятно, сейчас не беседовали бы.
— Нравится ли вам исполнять настолько разноплановые роли? У вас ведь нет какого-то строгого амплуа?
— Мне это нравится, поскольку, на мой взгляд, есть два типа актёров, но не в смысле «плохие и хорошие». Есть актёры-легенды, которых хочется видеть вновь и вновь в схожих образах. Это выдающиеся личности. Например,  — великолепный актёр. Никто не ожидает, что он растворится в своей роли. Наоборот, нам нравится из раза в раз видеть черты его самого.
А есть такие мастера перевоплощений, как , Дэниэл Дэй Льюис и другие, которые действительно преображаются. Это немного разные типы актёров.
— Изменились ли с годами ваши цели?
— Нет, думаю, цели у меня остались теми же. В плане фильмов мне больше нравится работать над проектами, созвучными тому времени, в которое мы живём.
Я люблю, когда у людей находит отклик то, что они видят. В отличие, например, от исключительно развлекательных вещей.
Конечно, как и всем, мне тоже иногда хочется расслабиться, но порой нам показывают что-то слишком уж примитивное. А есть вещи, которые заставляют людей задуматься, задавать вопросы.
Тут можно вернуться к фильмам, основанным на реальных событиях. Например, многие люди не знают, что это действительно происходило в Нью-Йорке. Надеюсь, после просмотра у них возникнет вопрос: «Неужели они и правда строили мосты ниже, чтобы под ними не проезжали автобусы, и чернокожие и латиноамериканцы не попадали на пляж? Да быть такого не может!». Значит, у зрителей появится интерес к этой теме. И мне такое нравится.
То же самое с фильмом : они превратили Уильяма Малхолланда в Холлиса Малрея. Это своего рода фантазия на тему. Но когда мы посмотрели этот фильм, все задумались: «Это правда происходило? В Лос-Анджелесе действительно воровали воду? Сам Лос-Анджелес построен на краже воды?». Именно так и было. И эта мысль уже не выходит у тебя из головы. Ты отправляешься в романтическое путешествие во времени в 1950-е, слушая музыку и наблюдая за актёрами. И это прекрасно. Это волшебство кинематографа, который переносит тебя в другое время. Но хорошо, если попутно тебя заставляют поразмышлять над мрачными событиями американской истории.
— Что вам нравится в режиссуре? Контроль?
— Да, а также то, что я могу собрать актёров, игра которых мне нравится, предложить им играть со мной.
Будучи просто актёром, ты всего лишь часть команды, деталь механизма. А вот если ты режиссёр, то уже — капитан и собираешь свою команду.
И речь не только об актёрском составе (очевидно, что я пригласил всех своих любимых актёров). Дело ещё и в музыке: действие разворачивается в 1950-е, поэтому я хотел классный джазовый саундтрек. Когда ещё представится возможность позвонить Уинтону Марсалису (американский трубач и композитор. — RT) и попросить помочь с музыкой? Или  из Radiohead? Они согласились, и у нас получилась картина, я бы сказал, с лучшим звуковым рядом за очень долгое время. (английский композитор. — RT) и  написали музыку к фильму, и Уинтон просто божественно её исполнил.
А можно вопрос на тему?
— Конечно.
— Вы жили в Нью-Йорке в 1950-х и работали тогда?
— Работать я начал в пятьдесят седьмом. Уже в юности…
— Фильм о тех временах. 1957 год. Нам удалось передать атмосферу?
— Более чем.
— Машины настоящие? Одежда? Музыка?
— И одежда, и музыка тоже. Вы считаете, что знаменитости должны участвовать в политике «беззвучно», иначе могут выдать поверхностное высказывание на очень важную тему. То есть, вы не касаетесь политики?
— Нет, почему же, очень даже касаюсь. Если говорить именно о знаменитостях, то тут два момента. Для начала, мне всегда нравились слова Марлона Брандо о том, что ему казалось безумием желание окружающих спрашивать его мнение по любому вопросу. И ещё большим безумием было отвечать.
Я считаю, что в нашем мире нужно быть осторожнее. Особенно сейчас, когда все ваши слова вырывают из контекста, превращают их в короткие реплики и всячески ими манипулируют. Шанс провести вот такую обстоятельную беседу, как у нас с вами, выпадает всё реже.
Вот почему нужна какая-то внутренняя дисциплина. Как говорил : «Хорошо выучи свою песню, прежде чем её исполнять». Не надо трепаться о вещах, в которых ты не разбираешься.
Но в чём-то я всё же разобрался, и поэтому не буду молчать. Актёры — тоже люди. Я такой же гражданин Америки, как вы, как любой школьный учитель или банкир. Моё мнение весит не больше и не меньше остальных. Все мы должны принимать участие в общественном дискурсе. Кто-то может сказать: «Я не обязан прислушиваться к мнению актёра». Но я и не заставляю никого прислушиваться. Я просто хочу указать на то, что все мы должны принимать участие в обсуждении насущных проблем. Скажем, для меня, изменение климата — это угроза всему живому.
У меня дети, и меня крайне беспокоит этот вопрос. Необходимо просвещать людей. Так или иначе, я не считаю своё мнение более ценным, чем другие, но и молчать не собираюсь. Если мы хотим избавиться от вредных привычек, люди должны озвучивать своё мнение и голосовать.
— Сыграем в небольшую игру. Ваше тайное пристрастие?
— Ванильный латте.
— Режиссёр, с котором вы хотели бы поработать?
Коппола.
— Актёр, которого вы хотели бы снять в своём фильме?
.
— Самая странная встреча с поклонником?
— Недавно на улице ко мне подошёл человек и вручил совместную фотографию бейсболистов Джима Палмера и Эрла Уивера с их автографами.
Он ничего не сказал, но, должно быть, знал, что это моя молодость — Палмер и Baltimore Orioles (бейсбольный клуб. — RT).
— Ваш тайный талант?
— Я невероятно хорошо запоминаю музыку.
— С кем бы вы на день поменялись местами?
— С Келли Слейтером (профессиональный сёрфер. — RT)
— Какие три вещи вы взяли бы с собой на необитаемый остров?
— Спутниковый телефон, доску для сёрфинга и… и цинк для носа. Я ведь ирландец.
— В чём вы бы хотели быть лучше?
— В сёрфинге.
— Что вы всегда считали правдой, но потом оказалось, что это не так?
— Что стану профессиональным сёрфером.
— Неужели?
— Нет. Я никогда не считал, что это произойдёт, но всегда надеялся.
— Чему стоит уделять больше внимания?
— Климатическому кризису.
— Почему мы этого не делаем?
— Люди, которые заботятся лишь о корпоративных интересах и краткосрочной выгоде, намеренно мешают нам осознать масштабы проблемы. Во многом моя картина именно об этом.
Невероятно опасно, когда от нас скрывают истину. Наибольший урон наносится, когда кто-то манипулирует ситуацией в свою пользу. Нам сознательно затуманили мозг люди, которые не хотят думать о последствиях углеродных выбросов.
— Вы считаете, что ещё не поздно?
— Необходимо признать, что многие наши технологии, решения и идеи ещё десять лет назад показались бы фантастикой. Но вот мы их внедряем и используем. Люди не умеют прогнозировать будущее так хорошо, как им кажется. Наша способность изобретать и выдвигать новые идеи поистине невероятна.
— Несколько вопросов из соцсетей. Пользователь Facebook спрашивает: «Вы сыграли Брюса Бэннера в „Невероятном Халке“. Готовы ли вы вернуться во вселенную Marvel в будущем?»
— Почему бы и нет?
— Интересный был опыт?
— Даже очень. Я никогда прежде не участвовал в съёмках подобных фильмов. Я работал над сценарием.
— Вы удивились, когда вас выбрали?
— Нет. Я хорошо подходил на роль Брюса Бэннера. Как и Марк Руффало — он отличный актёр. Мы вместе учились театральному искусству в Нью-Йорке. Он великолепен.
Люди всегда пытаются увидеть между нами какой-то ложный конфликт, однако играть Халка — это как играть Гамлета.
В роль Халка отлично вжились и , и . Надеюсь, и я был неплох. Марк тоже отлично справился. Это один из тех персонажей, которых могут сыграть многие отличные актёры.
— Вопрос от другого пользователя Facebook: «Приняли бы вы участие в действительно интересном независимом фильме за небольшой гонорар?»
— За работу над «Сиротским Бруклином» я как раз и получал минимально одобренную гильдией плату.
С остальными то же самое: Брюс Уиллис, Алек Болдуин и  снимались, по сути, бесплатно, чтобы я мог осуществить свой проект. В общем-то, фильм появился только благодаря актёрам.
Одним из лучших комплиментов за всю мою карьеру было слышать от них: «Мы знаем, что всё это делается не ради денег». Сюда же относится и моё сотрудничество с Уэсом А́ндерсоном. У него я тоже снимался за минимально возможную плату.
— Если «Сиротский Бруклин» соберёт кучу денег, достанется ли что-нибудь актёрам?
— Разумеется, всё поделим по-честному. Мы сразу договорились, что каждый получит свою часть.
— Вопрос из Facebook: «Об отказе от какой роли вы сожалеете?
— Не думаю, что есть такие. Если я отказывался, то зачастую потому, что не считал себя лучшим кандидатом. И потом, глядя на тех, кто в итоге исполнил роль, я говорил: „Ну вот, я же был прав. Они больше подходят“.
Если мне кажется, что я знаю, как подступиться к роли, то я от неё не откажусь. Но иногда просто понимаю, что именно для этой кандидат из меня так себе.
Вот, например, мой друг  — один из лучший режиссёров нашего поколения. Он снял фильмы , , , а также  — лучший, на мой взгляд, документальный фильм о Нью-Йорке. Занимаясь «Охотником на лис» (это фильм о братьях-борцах), он обсуждал со мной роль одного из братьев — Дейва — которого в итоге сыграл Марк Руффало. Тогда я сказал Беннетту, что совсем не подхожу для этой роли. Марк же раньше занимался борьбой и внешне похож на Дейва Шульца. Посмотрев фильм, я понял, что в этой роли мне никогда не удалось бы сравниться с Марком; Беннетт ошибался, а я был прав.
— Вопрос из Twitter: «Есть ли у вас роль, которой вы особенно гордитесь или считаете примером по-настоящему великой актёрской игры?»
— Забавно, что именно так я думаю о новом фильме. В нём я выложился сильнее, чем когда-либо. Причём не только как актёр. Он полностью меня поглотил. Это был серьёзный проект. Меня вдохновило…
Помню, как  (американский актёр и режиссёр. — RT) спрашивали о фильме «Красные». Тогда ему все твердили, что никто не захочет смотреть трёхчасовое кино про социалистов. И Битти отвечал: «А вот я посмотрю». И он снял такой фильм, который стал одной из величайших картин 1980-х.
Это просто шедевр. Причём он сам и сценарий написал, и cпродюсировал, и поставил, и сыграл главную роль. Или взять картину «Делай как надо!» — о том, как парень снимает кино о своём районе. Ли там выступил актёром, сценаристом и режиссёром. Такие вещи невероятно вдохновляют, и я захотел сделать нечто такое же грандиозное сам.
Полную версию интервью смотрите на сайте RTД.
Видео дня. Как Бондарчук взял безвестную балерину на роль Наташи
Смотреть фильм на
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео