Фильмы
ТВ
Сериалы
Актеры
Тесты
Фото
Видео
Прямой эфир ТВ

Главные тезисы книги Малкольма Гладуэлла «Гении и аутсайдеры. Почему одним все, а другим ничего?»

Гениальность — это врожденное? Можно ли ее измерить? Как понять, что ты гениален, а не просто умен? Надо ли для этого сдавать тест на IQ? Почему удача притягивает удачу? Делят ли нас изначально на успешных и неуспешных? На эти вопросы можно найти ответы в книге «Гении и аутсайдеры. Почему одним все, а другим ничего?». Т&Р перечитали труд Гладуэлла и пересказали главные тезисы, раскрывающие феномен гениальности.

Видео дня

.marker { background: #FFE3E0; background: linear-gradient(180deg,rgba(255,255,255,0) 45%, #FFE3E0 55%); }

В чем заключается «эффект Матфея»

«Эффект Матфея» — феномен, который описывает неравномерное распределение преимуществ, где одна сторона, уже ими обладающая, продолжает их накапливать и приумножать, а другая имеет меньшие шансы на дальнейший успех.

Описывая этот феномен, Мертон использует термин «эффект Матфея». Суть в следующем: перед успешными людьми открываются особые возможности, ведущие к большему успеху. Именно богатые люди пользуются максимальными налоговыми льготами, а лучшим студентам преподаватели уделяют больше всего внимания. Получается, что успех притягивает успех.

«Эффект Матфея» проявляется при наличии трех факторов: разделения, распределения и дифференцированного опыта. Если отделяете «талантливых» от «бездарных» и предоставляете первым возможность набраться качественного опыта, то награждаете огромным преимуществом небольшую группу подростков, родившихся ближе всего к дате прекращения отбора.

Что больше всего интересует нас в успешных людях? Личностные качества помогают подняться на вершину успеха. В автобиографиях миллиардеров, рок-звезд, прочих знаменитостей прослеживается одна и та же сюжетная линия: происходя из более чем скромной семьи, герой благодаря своему упорству и таланту прокладывает путь к успеху.

Правило 10 000 часов

В начале 1990-х гг. психолог Андерс Эриксон вместе с двумя коллегами провел исследование в Академии музыки в Берлине. Студентов-скрипачей разделили на три группы. В первую вошли солисты мирового класса. Во вторую — те, кого оценили как «перспективных». В третью — те, кто вряд ли станет профессиональными музыкантом. Всем участникам задали один вопрос: сколько часов вы практиковались с того момента, когда впервые взяли в руки скрипку, и до сегодняшнего дня? Почти все ответили, что начали играть в пять лет. Первые годы все упражнялись приблизительно одинаково — около двух-трех часов в неделю. С восьми стали проявляться различия.

Студенты, считавшиеся лучшими в классе, занимались к девяти годам по шесть часов в неделю, к 12 — по восемь часов, к 14 — по 16, и так до 20 лет. Тогда они стали заниматься более чем по 30 часов в неделю. Таким образом, к 20 годам у лучших студентов в общей сумме набиралось до 10 000 часов занятий.

После этого Эриксон с коллегами сравнили профессиональных пианистов и пианистов-любителей. В детстве любители никогда не занимались более трех часов в неделю, поэтому к 20 годам общее количество часов практики составляло 2000. Профессионалы каждый год увеличивали продолжительность занятий, и к 20 годам каждый из них имел «в багаже» по 10 000 часов упражнений.

Эриксону с коллегами не удалось найти ни одного человека, который добился бы высокого уровня мастерства, не прикладывая особых усилий и упражняясь меньше сверстников

Не были выявлены и те, кто, работая изо всех сил, не вырвался вперед. Опираясь на результаты этого исследования, можно предположить, что людей, обладающих достаточными способностями, отличало лишь то, насколько упорно они трудились.

Так, достижение высокого уровня мастерства в сложных видах деятельности невозможно без определенного объема практики. Ученые даже вывели волшебное число, ведущее к мастерству: 10 000 часов.

Невропатолог Даниель Левитин пишет: «Из многочисленных исследований вырисовывается следующая картина: о какой бы области ни шла речь, для достижения уровня мастерства, соразмерного со статусом эксперта мирового класса, требуется 10 000 часов практики. В исследованиях, объектами которых становились композиторы, баскетболисты, писатели, конькобежцы, пианисты, шахматисты, матерые преступники и так далее, это число встречается с удивительной регулярностью.

Десять тысяч часов эквивалентны примерно трем часам практики в день, или двадцати часам в неделю на протяжении десяти лет. Это, разумеется, не объясняет, почему одним людям занятия идут на пользу больше, чем другим. Но пока еще никому не встретился случай, когда бы высочайший уровень мастерства достигался за меньшее время. Создается впечатление, что именно столько времени требуется мозгу, чтобы усвоить всю необходимую информацию». Это относится даже к тем людям, которые с детства считались чрезвычайно одаренными.

Так ли важен IQ?

«В человеке нет ничего важнее уровня его интеллекта, кроме разве что нравственности», — сказал американский ученый Эммонс Терман. Он был убежден в том, что люди с высоким IQ «способны двигать вперед науку, искусство, образование, государственное управление и социальное благополучие в целом». Но Терман допустил ошибку. Он не учитывал, что талант требует возможностей, происхождение имеет не меньшее значение, чем способности. Терман приравнивал «талант» к успеху.

Некоторые из его вундеркиндов писали книги, научные статьи или добились успеха в бизнесе. Но мало кто стал фигурой национального масштаба. Многие получали приличный доход — но не баснословные прибыли. Среди гениев ни один не стал лауреатом Нобелевской премии. Коллеги Термана тестировали будущих нобелевских лауреатов — Уильям Альвареса, и у обоих были низкие показатели. В заключении к четвертому тому «Генетического изучения гениев» слово «гений» исчезло, оставшись только в названии.

В итоге Терман написал: «Мы убедились в том, что интеллект и успех нисколько не взаимосвязаны»

Интеллект имеет значение лишь до определенного уровня, то далее решающую роль начинают играть другие факторы, никак не связанные с интеллектом.

(function() { var qs,js,q,s,d=document, gi=d.getElementById, ce=d.createElement, gt=d.getElementsByTagName, id="typef<em>orm</em>share", b="https://embed.typeform.com/"; if(!gi.call(d,id)){ js=ce.call(d,"script"); js.id=id; js.src=b+"embed.js"; q=gt.call(d,"script")[0]; q.parentNode.insertBefore(js,q) } })()