Фильмы
ТВ
Сериалы
Актеры
Тесты
Фото
Видео
Прямой эфир ТВ

А я все летал. В сети — новый «Топ Ган» с Томом Крузом. Почему ему удалось стать главным блокбастером года?

В сети вышел «Топ Ган: Мэверик» — сиквел легендарного фильма про военных летчиков, самый успешный пока блокбастер года со сборами более 1,3 миллиарда долларов. «Лента.ру» рассказывает, как Том Круз сумел воскресить милитаристскую франшизу, и поражается тому, что спустя 36 лет та самая летная куртка ему все еще впору.

Почему "Топ Гану" удалось стать главным блокбастером года
Фото: Кадр из фильмаКадр из фильма

«Где я?» — «На Земле!» Ошалелый и лохматый мужчина в летном костюме заходит в бар, где его вполне закономерно принимают за астронавта. В некотором смысле догадка верна: летчик-испытатель Питер Мэверик Митчелл () только что развил невероятную скорость и едва успел катапультироваться. Поскольку в процессе полета капитан Митчелл ослушался начальства, ему светит увольнение, но на помощь вовремя приходит старый сослуживец, адмирал Том Айсмен Казански (Вэл Килмер). По его протекции Мэверик вместо отставки отправляется тренировать новый набор пилотов программы Top Gun: им предстоит в режиме «совершенно секретно» уничтожить в неназванной вражеской стране завод по обогащению урана. Дело осложняется не только встречей с бывшей любовницей (Дженнифер Коннелли), но и тем, что среди учеников обнаруживается Брэдли Рустер Брэдшоу (Майлз Теллер) — сын погибшего в прошлом фильме друга Мэверика с позывным Гусь (Энтони Эдвардс).

Видео дня

Когда в 2010 году Тони Скотт и Том Круз решили вернуться к фильму, который принес им обоим первую настоящую славу, режиссер говорил, что не хочет делать ни ремейк, ни ребут. Его задачей было снять совершенно новое кино, самостоятельное настолько, насколько это возможно с учетом существования первой части. рассказывал, что хотел сосредоточиться на противостоянии живых пилотов и современных беспилотников. В этом контексте теперь можно только мечтать о том, что второй «Топ Ган» мог стать «Врагом государства» в воздухе — сверхскоростным технотриллером, в котором естественная душность жанра была бы компенсирована неограниченными количествами озона и небесной синевы. Режиссер вроде бы даже закончил сценарий и начал искать локации для съемок, но ровно десять лет назад, 19 августа 2012 года, Тони Скотт прыгнул с моста Винсента Томаса в Лос-Анджелесе.

Дальше Круз, который до 2010-х долгие годы отказывался от «Топ Гана 2», взялся за разработку проекта самостоятельно. Причина рвения — дозревшие до амбиций артиста технологии, позволяющие зрелищно и реалистично снимать воздушные бои. К производству вскоре были подключены сценарист Кристофер Маккуори и режиссер Джозеф Косински. Маккуори — штатный подельник Круза, вместе с которым они уже сделали несколько частей франшизы и первого «Джека Ричера». С Косински Круз уже работал на «Обливионе». Таким образом актер фактически захватил контроль над фильмом, сделав его собственным — можно сказать, авторским проектом. Естественным образом возросла и роль Мэверика в сюжете (изначально планировалось, что его присутствие будет второстепенным). Наконец, Косински предложил сделать эмоциональным ядром фильма отношения Мэверика с Рустером, чтобы гарантированно выжать слезы из фанатов оригинала.

Вообще, Том Круз, который начинал с фильмов Скорсезе и Копполы, оказался поразительно восприимчивым учеником продюсера оригинального «Топ Гана» Дона Симпсона. Этот отчаянный человек в восьмидесятых и начале девяностых царил в Голливуде, спродюсировав несколько хитов — , «Полицейский из Беверли-Хиллс», , ... Его главным ноу-хау была идея так называемого high concept: сюжет фильма должен легко пересказываться за несколько секунд, буквально одной фразой. Для «Топ Гана» такой фразой была «рокеры на сверхзвуковых самолетах» — и это, признаемся, действительно довольно точное описание той картины.

начинается как посвящение той прекрасной эпохе: Круз надевает ту самую куртку, садится на мотоцикл «Кавасаки» и мчится куда-то в рассвет. Характерно, что едет он справа налево — противоходом по отношению к времени. Из цитат и аллюзий можно было бы, наверное, составить весь фильм целиком, но у Круза и Косински (к счастью) несколько более широкие амбиции. Режиссер до этого, в конце концов, снял — драму о пожарных почти иствудовского размаха. В «Мэверик» оттуда перекочевали , и какая-то чуть щемящая нота, звучащая контрапунктом к основной теме, в которой сливаются реактивный гул турбин, трепет звездно-полосатого флага и что-то грохочущее басами с интонациями победительного гимна.

Первый «Топ Ган» очень точно совпал своим жарким дыханием с эпохой восьмидесятых. С тем временем хотелось совпадать, а от нынешнего, напротив, хочется убежать. Так что и «Мэверик» преследует другие цели, служит скорее методом побега. Еще десять лет назад вечная белозубая улыбка Круза раздражала, смотрелась признаком голливудского слабоумия. Сегодня, когда актеру 60, она выглядит символом сопротивления — подлому времени, энтропии, чему угодно. В Тома сегодня, пожалуй, уже сложновато влюбиться, зато его куда проще полюбить — и каждая замена актерской игры каскадерством выглядит в его исполнении уже практически проявлением человечности.

Об этом, в конечном счете, и сам «Мэверик»: в первом «Топ Гане» порукой героям были современные самолеты, сегодня — только личные качества. Наверное, именно в этом понимании заключается объяснение того, почему от фильма (особенно в финальной трети) так захватывает дух даже вне кинозала. Драматургия воздушных боев вроде бы умозрительно предсказуема, а боевые задачи нагло копируют финал четвертого эпизода «Звездных войн». Однако все эти трассирующие ракеты, невероятные фигуры высшего пилотажа и принципиально обезличенные противники создают по-настоящему торжественный финал, какого в Голливуде не было едва ли не со времен «Армагеддона». Неудивительно, что у «Мэверика» сумасшедшие кассовые сборы, а студия уже обсуждает идею третьего фильма. В отличие от пластиковых комиксовых блокбастеров, эта картина создает мир, в котором понятия определены, и потому пишутся красивым шрифтом и обязательно заглавными буквами. И пусть этот мир на самом деле не существует, а побег — дело вроде бы не слишком достойное, но как от такого отказаться, когда бежишь от тревог на сверхскоростном самолете и с лучшими пилотами у штурвала.