Войти в почту

«Я презираю красоту» 30 лет назад Radiohead выпустили свой первый настоящий хит. Почему группа его возненавидела?

Ровно 30 лет назад британская группа Radiohead выпустила Creep — песню парадоксальную хотя бы тем, что этот гимн фриков-аутсайдеров стал мировым хитом (а по версии отдельных изданий, и вовсе одной из величайших композиций всех времен). Не менее удивительно, что трек, давший Radiohead толчок к всенародной славе, в конечном итоге чуть не стал причиной развала группы. Creep по сей день остается самым успешным синглом британцев, но авторы его при этом люто возненавидели. «Лента.ру» рассказывает, почему это произошло.

«Я презираю красоту» 30 лет назад Radiohead выпустили свой первый настоящий хит. Почему группа его возненавидела?
© Lenta.ru

Действительно ли Radiohead презирают свой главный хит, по сей день остающийся самым успешным синглом группы? Том Йорк прозвал его Crap, а поклонников песни объявил «анально отсталыми». Он утверждал, что, написав Creep, Radiohead «отсосала у дьявола». Фанатов, скандировавших строчки из песен на концертах, фронтмен попросту посылал.

Тем не менее именно Creep Radiohead обязаны, в общем-то, всем — успех композиции буквально вытянул с финансового дна их дебютный альбом Pablo Honey, сохранил их отношения с крупным лейблом, от которого британцы сильно зависели, и протолкнул группу в мейнстрим, позволив в дальнейшем распространять куда более элитарную музыку на огромнейшую аудиторию. За пару альбомов творчество Radiohead очень далеко ушло от того депрессивного гранжевого звучания.

На момент выхода песни Radiohead не были ни особо опытными, ни популярными. Creep вытолкнул группу в мейнстрим, дал ей публику и веру в себя. А популярность — то, к чему Том Йорк стремился еще школьником. На вопрос «Кем ты хочешь стать?» юноша отвечал, что будет рок-звездой. И Том упорно шел к своей цели — костяк Radiohead, состоящий из Йорка, Эда О’Брайена, Фила Селуэя, Колина Гринвуда и его брата Джонни собрался еще в школе во второй половине 1980-х. Музыканты называли себя On A Friday («В пятницу» или «По пятницам»), играли попурри из многочисленных жанров и почти нигде не выступали.

Фото: Bob Berg / Getty Images

В ноябре 1991-го музыкантам удалось затащить на свой восьмой по счету концерт представителей лейбла EMI. Месяц спустя с On A Friday подписали щедрый контракт на шесть альбомов. Однако лейбл попросил музыкантов сменить название группы. Тех долго уговаривать не нужно было — в том, что On A Friday было названием как минимум неудачным, были солидарны все участники группы, но как истинные прокрастинаторы смену они откладывали до последнего. В какой-то момент Йорк хотел сменить имя коллектива на Jude в честь заглавного персонажа романа Томаса Гарди «Джуд Незаметный», потом музыканты хотели назвать себя просто Music («Музыка»). Среди других вариантов — Shindig и Gravitate («Вечеринка» и «Свободное падение»). В конечном итоге артисты остановились на Radiohead, взятом из названия песни группы Talking Heads с альбома Тruе Stories.

Отрицание

Первый мини-альбом музыкантов под названием Drill, состоявший из четырех композиций, вышел в мае 1992-го. Релиз прошел совсем уж незаметно — песни оттуда не крутили по радио, да и сама пластинка поднялась лишь на 101-е место в чартах. Впрочем, в те времена группы раскручивались не одним днем, и EMI тут же организовали для Radiohead новые студийные сессии. Представители лейбла жаждали, чтобы молодые музыканты стали британской версией группы Nirvana, к тому времени уже порвавшей все мейнстримные чарты альбомом Nevermind, и потому выбрала для своих подопечных известных американских продюсеров, работавших с Dinosaur Jr и The Pixies — Пола Кью Колдери и Шона Слейда.

Изначально продюсеры должны были работать над треками Inside My Head и Million Dollar Question, однако ни тот, ни другой их не сильно впечатлили. Помог случай — еще в самом начале сотрудничества Пол и Шон застали одну из репетиций Radiohead, на которой те решили сыграть «кавер на Скотта Уокера» (по крайней мере, это решил Пол по бормотаниям Йорка). Продюсеры предложили артистам записать эту композицию.

Фото: wikipedia

Однако трек был вовсе не кавером — речь здесь, конечно же, о Creep, которую Том Йорк объявил как «наша песня под Скотта Уокера». Пол и Шон тут же убедились, что перед ними потенциальный хит, и уговорили EMI записать композицию в качестве сингла. Creep тогда вообще понравился всем, кроме Джонни Гринвуда — тот считал песню слишком простой и слабой. Его отношение, собственно, проявилось в терзании гитары перед припевом — поначалу он попросту злился, когда музыканты играли композицию, и пытался шуметь (по иной версии, высказанной Томом в интервью Rolling Stone, — Джонни просто проверял, подключена ли гитара). Впрочем, доведенные до предела гитарные взвизги артисты решили в итоге оставить, что, как будут говорить позже, станет одним из решающих факторов успеха Creep.

Но, разумеется, гитарные визги не были главной выдающейся чертой трека. Текст Creep был как раз тем, за чем так охотились крупные лейблы того времени, желавшие заполучить внимание молодой аудитории. Он выражал искренние, болезненные переживания, о которых мало кто из молодежи хотел говорить вслух. Хотя на первый взгляд Creep и кажется композицией о любви, в ней куда больше неприязни и даже ненависти — лирический герой будто бы готов уничтожить объект страсти в попытке избавиться от чувства собственной неполноценности.

Гнев

Том Йорк написал текст Creep еще в университете — так он вывалил свои переживания по поводу красотки из Оксфорда, которой увлекся. Сам музыкант описывал это увлечение не иначе, как «серьезной, очень серьезной одержимостью, абсолютно вышедшей из-под контроля». Том был одержим девушкой целых восемь месяцев, но его чувства так и не получили ответа — при этом, по его словам, героиня песни знает, что в Creep поется именно о ней. Та девушка одновременно притягивала Йорка и отталкивала — своим поведением, своими друзьями. Не мудрено, что, когда артиста просили раскрыть контектст создания песни, он выдавал весьма провокационные и шокирующие высказывания — о том, что никогда не встречал красивую женщину, которая ему по-настоящему нравилась, о неизгладимом чувстве вины при появлении сексуальных эмоций, о презрении, которое он испытывает к женской красоте.

Впрочем, все это — как и фраза Йорка о том, что он может полгода прожить, не заговорив ни с одной женщиной (которых якобы боится со школы) — едва ли вписывается в биографию самого музыканта. Вскоре после написания текста Creep Том познакомился с Рэйчел Оуэн, с которой прожил целых 23 года (она умерла от рака в 2016-м). По рассказам друзей, Йорк хоть и всегда чурался светских мероприятий или шумных рейвов (что не помешало ему собирать тысячную толпу, когда он работал диджеем в одном из клубов города Эксетер еще в студенческие годы), но легко мог быть душой своей компании. Словом, за драматическим образом скрывался добрый и талантливый парень, с которым было легко общаться.

Однако нелицеприятный образ аутсайдера на какое-то время довольно прочно закрепился за фронтменом — как поначалу публика и пресса видела Radiohead исключительно как группу, которая играет Creep, так и в Йорке многие интервьюеры видели переполненного обидой крипа, который не способен даже разговаривать с женщинами. Да и сам Том этому образу отчасти подыгрывал. Впрочем, впоследствии он взял слова про презрение к красоте назад, заявив, что они были высокомерными, грубыми и глупыми.

Так или иначе, в каком-то смысле желание EMI сделать из Radiohead британскую Nirvana воплотилось — Creep стал таким же гимном поколения, что и за год до этого Smells Like Teen Spirit. Только если в треке американской группы воспевалось нигилистическое, то здесь речь шла о куда более потаенном, интимном чувстве. Впрочем, успех песню настиг не сразу.

Торг

Сингл Creep, релиз которого должен был поддержать грядущий дебютный альбом коллектива Pablo Honey, вышел 21 сентября 1992 года, когда Radiohead были в турне на разогреве у группы The Frank and Walters. Пластинка вышла с первоначальным тиражом в 6000 копий и достигла 78-й строки в чартах Великобритании, но ожиданий лейбла не оправдала. Сингл очень мало крутили по радио, даже несмотря на то, что продюсеры уговорили Йорка записать «чистую» версию со строчками you're so very special вместо fucking special. Радиостанции просто сочли трек слишком мрачным. Относительная неудача чуть не сломала музыкантов, то и дело убеждавших себя, что лейбл уже давно готов от них избавиться.

Фото: wikipedia

Однако во время гастролей Radiohead удивительным образом удалось собрать вокруг себя небольшую, но преданную фан-базу. Коллектив выступал перед аудиторией, которая его совсем не знала, да еще и исполнял музыку, под которую не так-то просто плясать. Эшли Китинг из Frank and Walters впоследствии отмечал: «Раньше я считал, что зацепить публику можно, только прыгая туда-сюда, выделывая на сцене всякие безумные номера. Но впервые я видел, как группа может завоевать аудиторию, которая просто слушает исполнение песен».

Сработал эффект сарафанного радио — Radiohead без помощи интернета и мобильников удалось прославиться до такой степени, что в конце гастролей публика приходила уже не на Frank and Walters, а на них

Но первый по-настоящему громкий успех пришел к Radiohead не в Великобритании, и даже не в США — а в Израиле. В этой небольшой стране диджеи обладали невероятной властью — стоило им начать постоянно крутить в клубах какую-нибудь песню, как она сразу становилась хитом национального масштаба. Ну а из-за того, что в Израиле в те времена было довольно опасно, и зарубежные группы там выступали редко, Radiohead (которые отправились в тур по стране, как только Creep завоевал там популярность) быстро стали местными рок-звездами. Концерты проходили с аншлагом, и группа впервые встретила настоящих фанатов — те бились в истерике еще до выхода музыкантов на сцену, тянулись к Йорку (на одном из выступлений переполненные энтузиазмом поклонники даже принялись дергать его за волосы и стянули с руки браслет).

После турне Creep занял первую строчку в песенных чартах на территории Израиля, а Pablo Honey стал вторым по популярности альбомом. Неожиданный успех придал группе уверенности в себе — Том Йорк наглядно убедился, что если публика услышит его песни, то непременно их полюбит. Теперь музыканты были готовы покорить и Америку.

Депрессия

В США Creep впервые прозвучал в эфире Live 105 и тут же попал в мощнейшую ротацию — радиостанцию из Сан-Франциско просто завалили заявками на композицию. Вскоре трек заиграл и на других станциях Западного побережья, клип на него появился на MTV, а британцы по указке менеджеров стали массово раздавать интервью американской прессе. Та, впрочем, быстро огорошила Йорка однотипными вопросами про девушку из Creep и его чувство собственной неполноценности. Не меньшее разочарование ждало артистов и на концертах — шоу приходилось зачастую устраивать для толпы, которая ждала от группы одну-единственную песню.

Фото: Gie Knaeps / Getty Images

Казалось бы, мечта Йорка стать рок-звездой осуществилась, но на музыкантов такая слава оказывала только депрессивное воздействие. От Radiohead хотели слышать только их главный хит, а на остальное всем было наплевать — символичным в этом плане стало выступление группы на передаче MTV «Пляжная вечеринка», где музыканты исполнили Creep в толпе девушек в бикини и парней в плавках. Впрочем, на таком контрасте выступление смотрелось еще эффектнее — Том выдал на передаче перформанс в стиле Горбуна из Нотр-Дама.

Creep (не без помощи шумихи в прессе) тем временем распространялся по стране, словно вирус. Стоило ему стать хитом в одном штате, как его тут же начинали слушать и соседние. Благодаря этому росла и популярность альбома Pablo Honey — в результате британцы стали куда более популярными в США, нежели на родине. Но свою главную композицию Radiohead очень быстро возненавидели — раз за разом исполнять ее на концертах стало для артистов попросту мучительно. «Кажется, будто это уже и не наша песня. Когда мы играем ее, мы словно исполняем кавер», — признавался Йорк в одном из интервью.

По словам Джонни Гринвуда, Йорк, будучи гениальным перформером, старается исполнять композиции, с которыми имел эмоциональную связь — а от лирического героя Creep фронтмен Radiohead был как никогда далек

Группа даже выразила неприязнь к композиции в треке My Iron Lung с их третьего мини-альбома. «Железное легкое» — гипобарическая барокамера, созданная для того, чтобы помочь дышать перенесшим полиомиелит пациентам. Аппарат спасал жизни и одновременно приковывал больных к себе, поскольку некоторые пациенты не могли жить вне барокамеры. Для Йорка это стало метафорой успеха Creep — трек принес им уйму денег и популярность, но ограничивал их творческое развитие, поскольку поклонники ожидали от Radiohead больше треков, похожих на их первый хит.

После двухлетнего тура в поддержку Pablo Honey перед измотанными музыкантами встала новая проблема — и фанаты, и лейбл ждали от них новый хит. В такой обстановке запись их следующего альбома The Bends обернулась сущим кошмаром — все участники группы сомневались в том, что смогут повторить успех и что вообще чего-то стоят. «Мы вели себя как параноидальные мышки в клетках. Мы боялись собственных инструментов, боялись ошибиться в каждой ноте», — вспоминал Джонни Гринвуд.

Принятие

К концу 1990-х, с окончанием тура в поддержку альбома OK Computer, группа (за крайне редкими исключениями) и вовсе перестала исполнять Creep на концертах. Все изменилось в 2016-м — без объяснения причин музыканты неожиданно стали вновь играть песню. Вероятно, через десятилетия музыканты наконец приняли тот факт, что любовь поклонников к песне игнорировать все-таки неправильно. В 2021-м Том Йорк и вовсе сотворил со своим главным хитом нечто странное, выпустив ремикс Creep (Very 2021 Rmx) — до конца непонятно, было ли это финальным принятием или же актом глумления над композицией. Но, по крайней мере, он снова обратил на нее внимание.