Войти в почту

Певец Петр Захаров: Мне до сих пор страшно петь

Победитель шоу «Голос-2018» Петр Захаров возвращается на большую сцену. Мало кто знает, что артисту пришлось столкнуться с серьезными трудностями: из-за сложного заболевания голосовых связок он мог попрощаться с любимой профессией. Но певец смог преодолеть себя. Своей чудесной историей Петр поделился с «Вечерней Москвой» накануне Нового года.

Певец Петр Захаров: Мне до сих пор страшно петь
© Вечерняя Москва

— Петр, как врачи обнаружили у вас наследственную деформацию связок?

— У отца было диагностировано частичное несмыкание связок, и он пел всю жизнь как бог на душу положит: в народном ансамбле народным голосом, в церковном хоре подпевал теноровую партию, от него не требовалось серьезных вокальных исполнительских задач, поэтому напевать с таким диагнозом вполне можно.

У меня была несколько другая история — врожденная деформация хрящей гортани, неправильное сращение этих хрящей, неправильное смыкание связок. Действительно, с этим диагнозом, не зная о нем, я долгое время пытался петь, и чем больше нагрузок было на голосовой аппарат, тем хуже это получалось. Диагноз этот мне поставили после службы в армии.

И вот тогда мне пришлось серьезно задуматься о будущем, все пазлы внутри сошлись — я понял, почему у меня все это время, несмотря на титанические усилия, ничего с голосом не получалось, а все было хуже и хуже: я дольше болел, все больнее и больнее становился сам процесс звукоизвлечения, и ничего с этим, казалось, невозможно было поделать. И вот тогда, услышав диагноз, я понял: «Не суждено». Это был самый трудный и самый переломный момент в жизни.

— Вы послушались врачей и какое-то время не пели. Чем занимались?

Зулькарнаев из «Слова пацана» высказался о романтизации бандитизма в сериале

— К тому времени у меня сложился кое-какой опыт в делах, которые мне были интересны. Лет с 12 я занимался единоборствами, и перед тем как попасть солистом в оркестр штаба, планировал пойти в спецназ. После окончания консерватории с «тройкой» по специальности решил завязать с музыкой. Возраст был еще призывной: мне было 25 лет — я не попадал в летний призыв и к зимнему собирался отправиться служить в спецназ. Думал, что здоровье мне позволяло. Полгода ходил на специальные курсы подготовки, их проводил полковник спецназа. Было безумно интересно. Волею случая я попал в оркестр штаба и не мог отказаться, меня просто забрали в день призыва из военкомата.

После армии и приговора врачей я решил сделать своей профессией и образом жизни то, что у меня более менее получалось. Я суммировал весь свой опыт и открыл курсы по самообороне.

— У вас отобрали мечту. Как вы с этим справлялись?

— Мне было безумно сложно услышать, что я не смогу петь и разговаривать. Голос постоянно срывался. Тогда я отследил интересный момент: чем сильнее я хотел, чтобы голос прозвучал хорошо, убедительно, тем больше он меня подводил.

Чем больше нагрузки я давал, тем больше он меня обманывал. Эти выводы легли в основу системы голоса, которая у меня впоследствии сложилась. Было трудно, и справлялся я из рук вон плохо. А занимаясь другим, пришел к состоянию, когда просто не хотелось просыпаться по утрам и не мог строить никаких дальнейших планов. Все, чем я мог заниматься, было каким-то прилагательным, в жизни не хватало главного — существительного.

Актер Сергей Волков: Искусство нужно, чтобы проживать частные истории вместе

— Но вы все-таки решили петь. Как разбираетесь с проблемой?

— Лет 20 ежедневной практики у меня занял мой путь возвращения к пению. А началось это одним прекрасным днем, когда мне позвонил старый знакомый организатор концертов и сказал: «Ну наконец-то я нашел твой телефон. У меня есть к тебе предложение — хочу сделать тебе сольный концерт через пару месяцев».

Но прошел уже год с того дня, как я услышал врачебный приговор. Трудно представить, что тогда случилось в моей голове, реальный взрыв мозга, но в тот же момент я отследил спокойный голос внутри себя, который говорил: «Да, это твое». Положив трубку, я остался в полном недоумении, как быть дальше. Вспоминая тот момент, понимаю — именно этот шаг в неизвестность, навстречу себе, определил мою дальнейшую жизнь.

Я стал пристально изучать свой голос, голос как феномен личности человека, часть его природы. В результате ежедневных занятий, поисков, проб, ошибок, проверок на зрителе, смены педагогов у меня сложилась система, в которой я ясно вижу взаимосвязь психики человека, внутренних установок, физического состояния, его убеждений и голоса как результата. Голос — не просто звук, который издает человек, это отражение внутреннего состояния. Человек должен разрешить себе звучать.

— Не страшно, ведь голос может подвести?

— Страшно до сих пор. Но профессионализм состоит в том, насколько ты можешь найти выход из самой сложной ситуации. Надеюсь, зрителю не будет заметно, если голос будет проявлен не в полной мере.

— Как складывается ваша творческая судьба?

— Сейчас наступает такая пора, когда я личностно и вокально созрел, чтобы реализовать свою давнюю мечту — я никогда не изменю нашей классической песне, всю свою жизнь посвящаю этому репертуару.

Возможно, в ближайшее время включу в программу моих песен классические произведения, но хочу, чтобы сегодня они звучали по-новому, более масштабно и точно. Я давно пишу аранжировки для мужского хора, это моя давняя страсть — обработки народных песен, переложения для мужского состава лучших хоровых духовных и светских произведений. Я планирую большой тур по городам России — будет порядка 40 городов — с двумя сольными программами. Первая — это мой моноспектакль «Дороги Победы».

Я в нем выстраиваю песенную летопись Великой Победы с использованием архивных кинохроник тех лет. Хотел бы впоследствии сделать подобную программу с мужским хором и оркестром, с шедеврами классической русской музыки, где было бы понятно, благодаря какой силе мы победили. Вторая программа — это лучшие песни эпохи, она с мужским хором.

Он будет исполнять в том числе и произведения а капелла — народные, классические и многие другие. Будет мощь!

ДОСЬЕ

Петр Захаров родился 8 июля 1980 года в Ленинграде. Окончил Государственную консерваторию имени Николая Римского-Корсакова в Санкт-Петербурге. Вокальное творчество певца включает в себя русскую и зарубежную классику, арии из опер и оперетт, романсы Шуберта, Глинки, Варламова, Свиридова, Рахманинова и других композиторов; городские романсы, народные, военные и эстрадные песни. Его тембр — басбаритон.

Коротко о главном

— Какой была первая «серьезная» песня, которую вы разучили в детстве?

— Очень часто отец играл и пел именно арии из русских опер — Ивана Сусанина, Руслана, Князя Игоря, Кончака. Первая «серьезная» песня, которую я исполнял с утра до вечера и от начала до конца, — ария князя Игоря. Я пел ее лет с двух, а в три года знал наизусть. Дома у родителей, кажется, есть магнитофонная запись, где я хожу, марширую в тапках по полу и пою: «О дайте, дайте мне свободу, я свой позор сумею искупить».

— Что вам дало шоу «Голос»?

— Победа в «Голосе» дала мне новый уровень веры в себя. До шоу я жил с постоянным сомнением в себе, с беспощадным перфекционизмом, в какой-то огромной степени не позволял себе существовать как исполнителю. Я думал о себе как о человеке, скорее, пытающемся петь. После «Голоса» я понял, что достоин выходить на сцену, что могу петь.

— Как планируете встретить Новый год?

— Для меня в Новый год — это обязательно дома живая елочка или сосна. Хвойный лесной аромат — мой самый любимый с детства. Гирлянды, лампочки по стенам, атрибуты праздника — все это обязательно. Люблю возвращаться домой и окунаться в атмосферу праздника.

— Вы не только поете, но и успешно занимаетесь спортом. Почему именно спорт?

— Без спорта уже не могу, я начал им заниматься лет в 10. Сперва были секции, куда меня отвела мама: безуспешные попытки научиться плавать в бассейне, потом секция классического фехтования. А впоследствии я попал в мир единоборств — борьба, бокс, самбо, MMA, кикбоксинг, — и это меня увлекло. Параллельно шли занятия с тяжелым железом, которые остались неотъемлемой частью жизни и сегодня. Чувство выносливости, молодости, силы настолько для меня важно, что забыть это дело я не могу. Занятия спортом дают форму, а герой, выходящий на сцену в моем репертуаре, — это отчасти какой-то богатырский образ, нужно ему соответствовать.