Ещё

Истоки стереотипов: о зарождении всеми знакомых образов профессий 

Истоки стереотипов: о зарождении всеми знакомых образов профессий
Фото: DTF.RU
Какими часто предстают ученые, археологи и художники в кино и играх.
Создание запоминающегося персонажа — сложная работа для каждого творца. Описать характер, озвучить мысли, показать действия — здесь воображению нет границ. Но что насчет визуальной составляющей? Когда рынок переполнен всевозможными типами и образами, трудно с нуля создать героя, который запал бы в душу. Ведь зритель или игрок в первую очередь смотрит на внешность, только затем углубляется в его историю.
Но чтобы не страдать над каждой деталью одежды, творцы призывают на помощь всеми любимые стереотипы. Ведь как говорил : «Штампы работают, потому что это штампы».
У каждой нации свои стереотипы, без которых мы не можем представить жителя другой страны. Дело касается и профессий. Самый простой пример для нас — брутальный русский военный, что сверлит мир суровым клюквенным взглядом.
Иногда хочется, чтобы русские и в русских фильмах предстали такими же брутальными
Но русский солдат — это обобщенный образ советского служащего, перемешанного с суждениями о культуре России. Он нам пока не интересен.
В данном случае мы рассмотрим истоки и происхождение тех типажей, что имеют реальных (или выдуманных) прототипов. Хотя они не в точности соответствуют нынешним представлениям о них, долгое время мир не мог избавиться от мысли, что где-то это мы уже видели.
Самый часто встречающийся тип учёных — сумасшедший доктор, что не знает границ своего грандиозного ума. Растрёпанные седые волосы, безумный взгляд, белый испачканный халат — никто до сих пор не смог придумать альтернативу самому худшему стереотипу. А ведь сколько героев подходят под такое описание:
Трудно сосчитать все игры и фильмы, в которых присутствует данный типаж!
Как говорится, за каждым великим учёным стоит великая женщина, и в нашем случае — скромная Мария Шелли. Для большинства людей это имя мало что говорит, но стоит упомянуть чудовище , и в голове моментально вырисовываются с детства знакомые герои. И все это — заслуга восемнадцатилетней девушки, что на спор написала для друзей роман, ставший основой всей научной фантастики. Именно в её «Франкенштейне, или Современном Прометее» 1816 года появилось первое описание сумасшедшего учёного.
Мария Шелли
Виктор Франкенштейн — студент, что проводит опыты над живой материей и ведёт об этом дневник. Для него нет месту совести или морали — наука на первом месте. Сшивая вместе человеческие ткани и органы, он создает голема, что оживает после прохождения тока по его собранному телу. Осознав всю мощь и ужас своего детища, Виктор сбегает, явив миру настоящий кошмар и каноничный образ безумного учёного.
О триумфе книги мы не будем говорить, а сразу перенесёмся на столетие вперёд, в 1931 год, когда вышла очередная экранизация книги с гениальным . Фильм вызвал настоящий фурор, став кассовым хитом. Когда весь мир поёт дифирамбы чудовищу Карлоффа, мы же будем восхвалять , сыгравшего доктора Франкенштейна. Именно его внешний вид и характер положили начало бесконечным перевоплощениям в различных фильмах и играх.
Колин Клайв и его знаменитая фраза «It's Alive!»
Белый халат, дёрганые движения и зловещие фразы, что запоминаются с первого фраза. Клайв настолько вжился в роль, что стало невозможным видеть его в других ролях. Клайвовский учёный вдохновил на создание множества однотипных персонажей, первым из которых стал Доктор ХХХ — один из каноничных персонажей и Арта Бэббита.
"Безумный доктор", 1933 год Сама судьба Колина Клайва не столь прекрасна — он страдал от алкоголизма, часто мешал съёмкам и являлся пьяным на публике. Он ещё раз сыграл роль учёного в сиквеле «Невеста Франкенштейна», но так и смог пробиться через славу и величие его партнёра Бориса Карлоффа. Он умер в возрасте 37 лет от туберкулёза, вызванного небрежным отношением к здоровью. Печально, что заслугу Колина Клайва особо никто не признаёт. Если чудовище Франкенштейна одно, то безумных учёных несколько сотен, и все они неповторимы.
Но Виктор Франкенштейн — выдуманный персонаж. Хотя его экранное воплощение мало соответствует книжному, реальными прототипами безумных учёных можно считать двух великих физиков — и Огюста Пиккарда. Именно их внешний вид лег в основу современного представления об учёных.
Если первый вам знаком почти что с пелёнок, Огюст Пиккард сейчас не столь широко известен, хотя именно его можно считать реально безумным учёным.
Он знаменит тем, что создал батискаф и стратостат — практически первый человек, обуздавший и высоты, и глубины. В своё время изучал уран, интересовался космическими лучами, много путешествовал, погружался в Марианскую впадину. А его брат-близнец Жан Пиккард известен как химик, создавший пластиковые шары. Воистину великая семейка!
Братьями Пиккард восхищался Джин Родденберри, отец «Звездного пути». Пиккарды первыми поднялись на стратосферу, первыми погрузились в большую глубину, что стало основной идеей всей франшизы — смело идти туда, где не ступала нога человека. И в дань уважения близнецам Родденберри нарек их именем лучшего капитана «Энтерпрайза» — Жан-Люка Пиккарда.
Эйнштейн и Пиккард были сами тиражируемыми учёными своего времени. Их фотографии часто мелькали в газетах и журналах, а их неброский и неряшливый вид с растрёпанными волосами часто становился основой для шуток о типичных учёных. Постепенно их внешность смешался с характером Виктора Франкенштейна, явив миру бессмертный архетип — безумного учёного.
Грязная рубашка, потрёпанная шляпа-федора, хлыст и револьвер — кто в детстве не мечтал с факелом в руках погружаться в затерянные руины? Именно такими мы часто видим археологов — бесстрашных исследователей, что борются за сохранение исторических артефактов.
Ох, сколько фильмов и игр мы знаем про них:
И весь этот образ обязан одному человеку, чьё имя пробуждает дух приключений и включает в голове бессмертную музыку . Имя ему — Индиана Джонс.
Индиана Джонс в исполнении
После 1981 года, когда вышел фильм «В поисках утраченного ковчега», мир захлестнула новая волна историй о мрачных руинах и волшебных артефактах. Десятки фильмов, сериалов и игр были обязаны принести дань уважения доктору исторических наук, борющегося с нацистами. Или же просто пытаться походить на него.
Одним из первых жертв, попытавшихся обуздать волну авантюры и поисков затерянных сокровищ, стал культовый персонаж Аллан Квотермейн.
Литературный герой Генри Хаггарда мало имеет общего с Индианой. Квотермейн — немногословный охотник, выросший в Африке. Жизнь настолько его потрепала, что в каждой мелочи он видит опасность и угрозу.
Его приключения начались поздно — в книгах ему пятьдесят-шестьдесят лет. Но благодаря , исполнителю роли в фильме «Копи царя Соломона», мрачный охотник превратился в вечно улыбающегося сердцееда. Не удивительно, что за это и попытку скопировать Индиану Джонса актера номинировали на «Золотую малину» в 1985 году.
Аллан Квотермейн в исполнении Ричарда Чемберлена
Иронично, что Квотермейн частично вдохновил на создание образа археолога-авантюриста, но при этом на экранах сам попытался походить на него. Могущество образа Индианы Джонса было настолько велико, что оно сумело уничтожить и исказить образ другого культового искателя приключений.
Более каноничный образ старого охотника сохранился в комиксах Аллана Мура «Лига выдающихся джентльменов»
Но вдруг кто-то скажет, что наш любимый археолог — всего лишь устоявшийся стереотип? Уверен, буйству не будет конца. Но что поделать, сами создатели, Джордж Лукас и , признавались, что Индиана — собирательный образ героев приключенческих фильмов 30-х и 40-х годов.
Но это был всего лишь уклончивый ответ. Знатоки и заядлые киноманы сразу узнали в Индиане Джонсе своего старого друга — Чарльза Хестона, а именно его персонажа Гарри Стила из картины «Тайна инков» 1954 года.
Замените лицо Чарльза Хестона на Харрисона Форда, и вы не заметите разницы
На такой внешний вид археолога настаивала художник по костюмам Дебора Надулман. Пробковый шлем, что был отличительной чертой археологов и исследователей тридцатых годов, не слишком подходил для будущего ловеласа и любителя уворачиваться от валунов. Хоть Индиана Джонс и был доктором наук, в первую очередь он — олицетворение храбреца, готовый на всё ради сохранения музейных экспонатов. И именно Гарри Стил вдохновил создателей «В поисках утраченного ковчега» почти полностью скопировать его брутальный внешний вид.
У Гарри Стила было всё, чем мы запомнили старину Джонса — федора, кожанка, сумка через плечо и даже револьвер. Ну, и характер у него тоже немного раздражительный и сварливый. Но есть одно большое отличие — Стил не был археологом, он всего лишь экскурсовод в Мачу Пикчу.
Когда фильм «В поисках утраченного ковчега» возымел успех, множество археологов решили поделить с ним славу, сообщив, что они и есть тот самый Индиана Джонс. Среди множества личностей самым интересным окажется археолог Вендил Джонс, специалист по Библии.
Вендил Джонс и его любимая шляпа
Совпадения просто невероятные. Во-первых, фамилия. Даже его имя «Вендил» созвучно с «Инди». Во-вторых, Вендил Джонс специализировался в поисках того самого утраченного ковчега. В-третьих, его узнаваемым атрибутом была федора. Но несмотря на весь ажиотаж вокруг его персоны, сам Вендил Джонс отрицал свою какую-либо связь с Индианой. Да и Спилберг признался сразу, что Инди — всего лишь кличка собаки Лукаса, а Джонс — всего лишь вторая по распространенности фамилия после Смита. Да, в изначальных набросках сценария нашего доктора звали Индиана Смит.
Реальными же прототипами Индианы можно считать множество других археологов и исследователей, что посвятили свою жизнь раскрытию тайн истории. Среди них можно выделить Хайрама Бингема III, Перси Форсетта, Карла Эйкли, Фредерика Бёрнхэма, Уолтера Файрсервиса, Фредерика Митчелл-Хеджеса. Кстати, именно мемуары последнего легли в основу четвертого фильма серии «Королевство хрустального черепа».
Харизматичный Индиана Джонс для нас всегда останется тем самым археологом, с которого копируют образ самоотверженного борца за артефакты, грубоватого, но всегда доброго и юморного искателя приключений. Приятно осознавать, что этот архетип чеканился десятилетиями, вбирая в себя все лучшее из исследователей и увековечивая романтичные кинообразы пятидесятых. И в итоге мы с детским нетерпением ждем очередные приключения бессмертных бравых археологов.
Случилось так, что художников в кино часто показывают в негативном ключе. Обычно они — самовлюбленные и мало кем понятые персонажи. Само собой, это оммаж или пародия на самого известного художника современности — . Наверно, Голливуд всё ещё в обиде за его фильм, где в течение шести часов на экране мы наблюдаем за спящим любовником Уорхола.
Но есть один устоявшийся стереотип, который мы часто видим в мультфильмах. Закрученные усы, короткая бородка и берет — этих трёх атрибутов достаточно, чтобы изобразить художника:
Стоит отметить, что и сами художники часто поддерживали этот образ:
Наличие берета у художника объясняется по-разному. Самый распространенный вариант: краски не попадают в волосы. Это спорно, ведь тогда зачем художники опускают бороду?
Еще один вариант склоняется к тому, что береты весьма удобны — в них не жарко в помещении, защищают от солнца и дождя, не требуют особого ухода. Художники часто были бедны, а береты весьма дешёвы и практичны.
Но, несмотря на все плюсы, именно благодаря одному человеку береты возымели популярность у образа художников. Виной всему Рембрандт.
Величайший голландец XVII века, мастер игры света и тени, учитель Карела Фабрициуса и Готфрида Неллера. Его картины украшают коридоры крупнейших музеев мира, по мотивам его картин ставят эксцентричные спектакли. Однако всенародная слава его постигла поздно, почти через двести лет после смерти.
Среди его бесподобных картин нам интересны одни весьма особые — его автопортреты. Рембрандт просто не мог не нарисовать себя в берете:
Эта особое отличие автопортретов и создал типаж художника, вечно носящего берет. Пройдет немало лет, и на подчёркивание образа повлияет другой великий художник — Сальвадор Дали. Благодаря его знаменитым усам стереотип принял свое современное состояние, дополнив образ художника еще одним незаменимым атрибутом.
Обаятельный Дали так и просится перенестись в мультфильмы и остаться там навеки:
Ему осталось лишь надеть берет, чтобы навсегда увековечить архетип стильного художника и запомниться как самый экстравагантный и харизматичный сюрреалист в истории.
Неповторимый Сальвадор Дали
Надеюсь, вам понравилась вот такая краткая история возникновения стереотипов. Каждый из них создавался изменялся и дополнялся, но все они имели отправную точку, своих прототипов. В мире еще много профессий, образы которых в кино и играх имеют неизменные архетипы. Буду рад рассказать о них в следующих постах, если захотите:)
#стереотипы #ликбез
Видео дня. Как Семен Фердман превратился в Семена Фараду
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео