Войти в почту

Почему сериал «Связанные насмерть» не уступает оригиналу

На Prime Video целиком вышел сериал «Связанные насмерть» Элис Бирч — ремейк культового фильма о социопатичных близнецах-гинекологах. Проект Бирч, похоже, станет самым жутким сериалом этого года, но еще важнее, что он показывает пример того, как переосмыслить классику в новом контексте, при этом сохраняя ее провокационность. О том, что делает ремейк особенным, рассказывает «Лента.ру».

Почему сериал «Связанные насмерть» не уступает оригиналу
© Lenta.ru

«Мы только что вырезали ребенка из чрева женщины. Мы не хотели этого делать, но она нас попросила. Но что я хочу сделать сейчас, прямо как доем яичницу, — трахнуть свою сестру ради твоего наслаждения», — с такой яростно-ироничной тирадой акушерка-гинеколог Беверли Мэнтл () срывается на мужичка в закусочной, посмевшего позвать ее и ее сестру-близняшку Эллиот (тоже Рэйчел Вайс) на тройничок.

От подобных предложений Элли и Бев приходится отбиваться регулярно: на Манхэттене они являются чем-то вроде локальных знаменитостей, хотя от популярности такого рода сестры с радостью бы отказались. Беверли мечтает открыть собственный акушерский центр, в котором беременные смогут рожать комфортно и с минимальным для организма стрессом. Эллиот готова ей в этом самоотверженно помогать — при условии, что в новом учреждении она сможет проводить революционные, хоть и не обязательно законные лабораторные исследования.

Lenta.ru

Сказать, что отношения у сестер тесные, — значит не сказать ничего. Элли и Бев попросту неразлучны, они работают, живут и проводят почти все свободное время вместе. Даже объекты воздыхания у них общие — Элли, как более уверенная в себе персона, может провести первое свидание с актрисой Женевьев (имя персонажа в исполнении Бритни Олдфорд — милейшая отсылка к актрисе Женевьев Бюжо, снявшейся в оригинальном фильме Кроненберга), чтобы потом Бев, которой социальная жизнь дается в разы тяжелее, без особых усилий смогла увести ее в постель.

Различия в характерах на этом не заканчиваются. Если Беверли изо всех сил старается помогать нуждающимся во врачебной помощи и лишь изредка позволяет себе тайком выкурить сигарету на крыше, то Элли в перерывах между работой рассыпает дорожки из капсул клоназепама, а также (без какой-либо на то медицинской нужды) инспектирует пенисы мужчин, пока их беременные жены ждут осмотра за ширмой.

Такую намеренную провокационность сериала можно считать данью уважения оригиналу: вышедшие в 1988 году «Связанные насмерть» Дэвида Кроненберга наделали немало шуму

Во-первых, фильм Кроненберга был основан на мрачной и громкой реальной истории о близнецах-гинекологах Маркусах, обнаженные и разложившиеся тела которых нашли в их нью-йоркской квартире в 1975-м. Братья скончались от передозировки барбитуратами. Во-вторых, мало какой коммерческий фильм тех времен затрагивал тему гинекологии, а у Кроненберга на первом плане оказались сразу два профессионала в этой области (что немаловажно, в исполнении обаятельного ). Ну и, наконец, «Связанные насмерть» поднимали волнующие многих метафизические темы дуализма и неразделимости души — и раздирающих каждого человека дихотомий добра и зла, этики и амбиций, любви и жажды власти.

Lenta.ru

Неспроста среди нью-эйдж-писателей того времени такой популярной стала псевдопритча о двух волках, живущих в каждом из нас, впоследствии разлетевшаяся на мемы

Вышедший 35 лет спустя сериал-ремейк выглядит настолько же чужеродно в основной массе современных телепроектов, усиленно пытающихся понравиться зрителю. Да, неписаное табу на тему беременности и родов уже кануло в Лету — в 2022-м, к примеру, на экранах появилась увлекательная трагикомедия «Будет больно» Адама Кея о тяготах акушера из муниципальной клиники (в России , увидевшим в «Будет больно» пропаганду ЛГБТ). Да и тема гендера, ключевая для новых «Связанных насмерть», стала в западных сериалах общим местом. И тем не менее.

Те ремейки классики, в которых место героев мужского пола из оригиналов теперь занимают женщины, чаще всего вызывают у зрителя приступ легкой истерики. Голливуду еще долго будут припоминать конвейерный выпуск провальных женских версий блокбастеров а-ля «Охотницы за привидениями» или «Восемь подруг Оушена». Но для «Связанных насмерть» такой ход выглядит единственно верным решением. Фильм Кроненберга дифференцировал близнецов в исполнении Айронса в том числе по преобладанию в одном маскулинности (Эллиот Мэнтл), в другом — феминности (Беверли Мэнтл).

По Кроненбергу, слабым, подверженным страстям и наркозависимости в итоге оказывался близнец с женским именем.

В сериале различия между близнецами осмыслены иначе: все-таки сегодня разделение на мужское и женское скорее остается скорее уделом массовых телепередач, нежели кино, ответственно погружающегося в изучение человеческих характеров. Элли — это страсть и восторг, смелость и амбиции, доминирование и алчность. Бев, напротив, — логика и этика, эмпатия и нежность, пассивность и жертвенность. Беверли хорошо планирует путь к цели и вынашивает в себе светлые идеи, Эллиот же отлично этих целей достигает, не боясь идти по головам. Бев способна на глубокую любовь и постоянные отношения, а Элли может увести любого понравившегося человека из бара в туалет и заняться с ним сексом. Кто из них в итоге подсядет на рецептурные препараты, кажется очевидным.

Не будет особым секретом и то, что речь в сериале, как и в фильме Кроненберга, идет не о близнецах, а об ипостасях одного человека.

Сериал этот деструктивно-конструктивный дуализм изучает куда шире уже хотя бы благодаря формату — вместо двух часов экранного времени жизни близнецов Мэнтл посвящено целых шесть. Если фильм Кроненберга был куда более камерным, с тремя ключевыми персонажами и парой второстепенных, то шоу обрастает массой интересных героев и сторонних тем, в которых этот дуализм проявляется еще ярче. Нашлось здесь место и критике разъедающего душу капитализма с в образе жадной до бессмертия бенифициарки Мэнтлов, и кровавой, незаслуженно забытой истории науки о женском репродуктивном здоровье в эпизодах с в роли гинеколога-консерватора из Алабамы. А также, что немаловажно, есть здесь и остроумный комментарий о кэнселинге и о том, как в одном человеке могут уживаться непревзойденный светлый ум и разрушительная абьюзивность (здесь на сцену вступает Нтаре Мвине, играющий разочаровавшегося в жизни журналиста-алкоголика).

Дань фильму Кроненберга отдается здесь и на уровне стиля: «Связанные насмерть» будто бы сняты для большого экрана, с массой тщательно выстроенных статичных кадров и красочных жутких сцен под инфернальную музыку Bauhaus и Eurythmics. Сериал полон и не уступающего работам классика символизма. Например, принимаясь за тему алчности, он живописно изображает трапезы персонажей — поглощение еды в разных обстоятельствах здесь становится метафорой неутолимого голода совсем другого толка. Увлекает и игра Рэйчел Вайс, напоминающей, в зависимости от роли, то ведущую в прямом эфире новостей, то порноактрису в понятно каких фильмах.

На фоне десятков проходных ремейков и спин-оффов, паразитирующих на культовых именах и сюжетах из прошлого века, по-настоящему оригинальный подход к классике — редкость.

Lenta.ru

«Связанные насмерть» — достойный пример того, как новый проект по мотивам киношедевра привносит в историю современный контекст, но при этом не выглядит вымученным, призванным всех ублажить и направленным исключительно на максимизацию прибыли. Учитывая сложившийся в последнее время дефицит по-настоящему острых и провокационных фильмов и сериалов на взрослые сюжеты и темы, такое возвращение дорогого стоит.

Сериал «Связанные насмерть» (Dead Ringers) вышел на Amazon Prime Video